Цитаты из книг автора «Виктор Ремизов»

Не где-то за лагерем, под рокот трактора, как это делали обычно… а на глазах у пятисот человек, устрашая их, законно действовало самое гуманное государство в мире.

У самого Горчакова было два ножевых ранения, одно предназначалось в живот, но ушло в ногу, это было в конце Колымы, другое сзади в плечо – на страшной Красноярской пересылке. И в общих ночных драках, и один на один с блатными приходилось участвовать. Этого в лагере было не избежать.

Горчакову лезли в голову разные лагеря, пересылки – виделись картины его лагерной жизни, совершенно ничего не значащие, как один бессмысленный, дурацкий гул. Лесоповал – этого было больше всего, шахты разные, то вдруг лазарет или работа на кухне, где он почти месяц мыл горы посуды. Жизнь тогда была сытая, где же это было? Почему-то казалось, что на огромной Владивостокской пересылке, но он не был уверен. Что там было точно, так это страшная эпидемия дизентерии. А он не заболел. Ему вообще везло на людей, вспомнил врача, который оставил его в больнице ночным санитаром. Одного из многих врачей, спасших ему жизнь. И сейчас врач отправил его с этим этапом…

Столько людей молятся, чтоб он сдох, и это случится.

У меня один батюшка лежал, говорит, болезнь поворачивает человека лицом к Богу. Так что я с хорошими людьми общаюсь, без туфты обходимся.

Им и алмазы нужны, чтобы пушек побольше наделать и всю землю опутать колючей проволокой! Без

– Генрих впрямую в этом не участвует. Его работы для умных, и эти умные их знают и молчат. И даже отправляют поисковые партии туда, где точно знают, что ничего нет. – Гера, тебе же все это интересно!

– Ты чего такой бодрый? Думаешь, на волю отпустят? – Горчаков был очень спокоен. – Если алмазы найдем – точно отпустят! – Сначала расстреляют за то, что не там копали… Ты же старый зэк, Ваня…

Как Ваня ни старайся, никогда уркам не приговорить, а ему не убить столько безвинных людей, сколько приговорил и убил тот, кому всей страной лизали сейчас жопу.

У каждого в биографии немало серьезных мужских дел, но все они сидели и слушали эту галиматью. Никто не посмел бы встать и выключить радио. Это было опаснее, чем остаться в одиночестве за тысячу километров от жилья. Там у человека еще был шанс.