Мальчик изумительно развивался. Объявления и рекламы сыпались из него, как искры бенгальского огня, и он замечательно руководил остальными детьми. Будущее его было ясным.
( Маргарет Сент-Клэр. "Потребители")
О том, что нынешнее общество -- общество потребителей ни для кого не секрет. Желтая и не желтая пресса, интернеты и телевизоры открывают и так широко открытые глаза потребителя на то, что им манипулируют оттуда, сверху, что злые гении пропаганды и Пи-Ара формируют общественное мнение и вообще, это всё придумал Черчиль в 18 году козни американских врагов, пытающихся нас отупить и завоевать.
Пелевин с этим не спорит, наоборот, он настойчиво доказывает, что вся свобода Homo Zappiens (сокращенно -- хз) ограничена выбором между "Кока-колой" и "Пепси". Более того, он не видит в этом ничего дурного.
Конец света, о котором так долго говорили христиане и к которому неизбежно ведет вауеризация сознания, будет абсолютно безопасен во всех смыслах – ибо исчезает тот, кому опасность могла бы угрожать. Конец света будет просто телепередачей. И это, соратники, наполняет нас всех невыразимым блаженством.
Место действия -- Москва, время -- эпоха первичного накопления капитала, герой -- среднестатистический недоучка, талант которого -- реклама. Из всех черт характера Татарского самая яркая и определяющая -- цинизм. "Ничего святого за душой" -- это как раз о нём. Как результат -- креативная реклама, адаптирующая иностранные брэнды под русского потребителя.
Плакат представляет собой фотографию набережной Москвы-реки, сделанную с моста, на котором в октябре 93 года стояли исторические танки. На месте Белого дома мы видим огромную пачку «Парламента» (компьютерный монтаж). Вокруг нее в изобилии растут пальмы. Слоган – цитата из Грибоедова:
И ДЫМ ОТЕЧЕСТВА НАМ СЛАДОК И ПРИЯТЕН.
ПАРЛАМЕНТ
Кроме рекламы из атрибутов постперестроечной России присутствуют: бандиты, бизнесмены, mersedes 600, пьяный Ельцин, пэйджеры, танки на мосту, палёная водка "Абсолют", хач с автоматом, бодяженный анальгином кокс etc. Но книга не об этом. Волею случая Татарский сталкивается с двумя однокласниками: один приглашает его на работу, а второй угощает грибным чаем... Работа -- рекламный криэйтэр (кто сказал "Бегбедер"?), грибы -- ясно, галлюциногенные (кто сказал "Кастанеда"?). Что было дальше? Остапа Татарского понесло... Живя где-то на грани трёх (как минимум) миров, он знакомится с древним культом, делает открытие за открытием, замечает не виденные раньше закономерности и обратную суть вещей; Знаки Судьбы (кто сказал "Алхимик"?) появляются неожиданно и приводят к ещё более ошеломляющим (для читателя, не для героя, того уже ничем не удивишь) находкам.
Шо дальше? (кто сказал -- дальше Сорокин? Блин, да кто мне постоянно под руку говорит? Задолбал уже!) Дальше -- полный Generation "Пи". Но это всё спойлеры, а тут я хотел о книге...
Грамотно построена, вот что. Поднапрягши читателя сложными, эмоционально напряженными фрагментами, автор дает на страничек пять отдохнуть и поржать над рекламными концепциями, погрузив во мрачную атмосферу вавилонской мифологии -- выдергивает в предельно реальный мир матушки России, прочитав философскую лекцию о анально-оральных wow-импульсах, ставит следующей парой в расписании компьютерную графику. Прелесть в том, что эти фрагменты связаны между собой не только сюжетной линией, но и гиппертекстово -- по всему роману расбросанно множество тегов, делая его спутанным в плотный клубок взаимосвязей.
Юмор. Спсифичсский... Черный. Едкая ирония и злой сарказм. Стёб и троллинг. Явное издевательство и полное безобразие =)
Автор призывает... Да ни к чему он не призывает! Просто констатирует факты. Выбор "кем быть" остается за читателем, Пелевин просто уточняет, что выбора, собственно нет.
Ну и буддизм. Какой же это Пелевин без самопознания и выхода из материального тела. По этому поводу цитата и нею я эту писанину и закончу.
Есть три буддийских способа смотреть телевизор. В сущности, это один и тот же способ, но на разных стадиях тренировки он выглядит по-разному. Сначала ты смотришь телевизор с выключенным звуком. Примерно полчаса в день, свои любимые передачи. Когда возникает мысль, что по телевизору говорят что-то важное и интересное, ты осознаешь ее в момент появления и тем самым нейтрализуешь. Сперва ты будешь срываться и включать звук, но постепенно привыкнешь. Главное, чтобы не возникало чувства вины, когда не можешь удержаться. Сначала так со всеми бывает, даже с ламами. Потом ты начинаешь смотреть телевизор с включенным звуком, но отключенным изображением. И наконец, начинаешь смотреть выключенный телевизор. Это, собственно, главная техника, а первые две – подготовительные. Смотришь все программы новостей, но телевизор не включаешь.