Гоголь в жизни

Что мы знаем о Николае Васильевиче Гоголе? Наверняка большинство из нас ответит то, что в школьной программе в обязательном порядке читали "Мертвые души". И наверняка это же большинство из нас не осилили (забили) на это художественное произведение. Только со временем (в той же степени изучая жизнь автора, понимаешь значимость и бессмертие) выстраданного, пройденного свой путь, можно теперь с уверенностью называть визитной карточкой Н.В. Гоголя "Мертвые души". Хорошо. Так, а что же мы знаем о Гоголе? Кроме мистической судьбы и причины сожжения второго тома (Мертвые души)?

Так взяв книгу с залежавшихся архивных книг в центральной библиотеке, я натыкаюсь на труд Викентия Викентьевича Вересаева "Гоголь в жизни". Книга является систематическим сводом современных свидетельств. Отсюда и следует отметить, что в ней множество примечаний, взятых из десятков источников, разобраться в которых дай то Бог сил и терпения. У меня сразу же при осмотре на надлежащее состояние книги, (она оказалась весьма сохранена) появилось большое желание узнать о Николае Васильевиче Гоголе. На прочтение ушло около десяти дней
(у М.А. Булгакова— две ночи). Это чтение было обстоятельным. И хоть я не делаю работу с заметками (использование всевозможных стикеров), мне хотелось погрузиться в неторопливое пребывание в биографии мастера народного слова, почувствовать на себе все тяготы томления души, понять главный "перформанс" Гоголя, для себя открыть величие его личности.

Уже изначально открыв книгу для себя помечаешь главный всеми известный спойлер - смерть писателя. Я понимал, что последняя страница будет грустной, поскольку чем больше изучаешь автора, волей магических слов, собранных в одном устройстве под названием книга – становишься почти сородичем истории. И вот закрывая большую историю, ощущаешь принадлежность свидетельства жизни и последних мгновений И.В. Гоголя. Описать в двух словах не получится. Огромный комок в груди застыл. Величайший автор, мыслитель, свободолюбивый, впоследствии верующий человек, творчество которого на протяжении уже больше века мы внимаем.

Свод над которым работал В.В.Вересаев хронологически почти доведён до идеала. Прослеживая за текстом, улавливаешь цепочку событий, являющуюся маркером становления из обычного мальчишки в уединённого человека с заявкой на широкое будущее. Детство Гоголя было проведено в гимназии, семь лет образования открыли в нем тягу к живописи, зачатки попыток давались весьма удачно, Гоголь хотел при случае показать труды родителям, но роковая судьба у него забирает в раннем возрасте отца. Вообще изначально в книге нам даётся понимание от какой ветки произрастает писатель. Интересные повороты судьбы у представителей семейства Гоголя-Яновича присутствуют в истории, о которой предлагаю вам самим прочитать.

В Нежинской гимназии Гоголь тяготеет также к театру. Лицедейство произрастает от его творчества, на ранних стадиях пера Гоголь собственноручно ставит пьесы в гимназии последних лет обучения, окружение изъявляет восторг такого перевоплощения на сцене. Постепенное рукопожатие будущего автора с нужными, чаще всего это близкие по духу, людьми, обрисуется в возможность проявиться на писательском поприще.

В отступлении хотелось бы уточнить, что книга имеет свойство подсвечивать с разных ракурсов одно и тоже событие, (разговор, замечание) поэтому она считается объёмистой, с элементами кажущимися повторениями. Говорю сейчас о себе, чтение ни в коем случае не откладывалось в долгий ящик, мне хотелось вновь с самого утра продолжать поглощать её.

В книге прекрасно передана жизнь повседневная Гоголя. Большие абзацы посвящены его ритуалам ежедневным, от вкуса в одежде до подробного меню на его кухне. Было примечательно вдаваться в такие очень хорошо и тонко замеченные подробности его жизни окружением. Знаменитый "гоголь - моголь" ( у каждого вертелся на языке) оказывается совсем состоял из иных консистенций. Гоголь был ярым любителем сладостей. В одном из воспоминаний его младшей сестры, он попросту обманом съедает все лакомства законной обладательницы. Родня Гоголя в лице матери и трёх сестёр проживала в Васильевке.

Отдельные страницы посвящены перепискам Гоголя с его матерью, сестрами, а также с многочисленными товарищами, встречавшиеся в разный период его жизни. В них открывается настоящая любовь и дружба, с годами лишь подтверждающая своё основное свойство - преданность. В определенный период жизни Гоголь принимающий дары встречных людей на дорогах своей судьбы, становится отзывчивым и преданным своим людям. Мне нравилось читать письма от лица Гоголя, это строки таланта, каждая живёт своей собственной жизнью, каждая проявляет то тепло, то уважение к людям, к которым он испытывал самые яркие чувства. Даже момент ссоры с одним из его друзей, он в письме оказался таким лояльным, обходчивым, что восхищение, одно только восхищение было читать и перечитывать отдельные эпизоды.

Много сказано о его пристрастии путешествовать, хотя оно тесно было связано с его особенностями в здоровья, Гоголь восхищен был Римом, на земле итальянской культуры он чувствовал себя кореным жителем. Предавался прогулкам, новым знакомствам и наблюдениям. Спустя годы он и получит по данному поводу критику в свой адрес, что мол как человек живущий вдали от родины может писать о ней.

Критика для Гоголя была неимоверно и топливом, и уязвимостью. В первом случае он писал друзьям после выхода первого тома "Мертвые души" запечатлеть разговоры о произведении как и негативные, так и положительные. Язвительно было для него всё, хотя публично он об этом не изъявлял внимания. Было любопытно читать про цензорство произведений автора. Гоголь не единожды попадал под агрессивную проверку и изменения его детища. Так с названием "Мертвые души" цензоры и в том числе богослужащие отзывались как кощунство над самим понятием души.

Личная жизнь Гоголя со сведений собранных современниками - тайна, покрытая мраком. Хотя в книге прослеживается одна княгиня, которой Гоголь однажды сделал предложение (почти). Другая же Смирнова до последнего времени была товарищем для Гоголя.

Под занавес жизни Гоголь принимает в себе священнослужение, отрекаясь от всего земного блага. В книге указывается эпизод с сожжением второго тома. При этом даётся всё же некая ясность в поведении Гоголя. Свидетели указывают на несколько вариаций судьбы сожжённой рукописи, одна из которых даёт понять о смягчении сожаления, что мы не увидим второй том "Мертвые души".

Это был необычный опыт чтения. В перерыве от художественных жанров приятно было исследовать жизнь великого писателя с большой буквы. Появилось желание погрузиться в работы теперь уже до боли знакомого Николая Васильевича Гоголя, произведения этого автора теперь же будут открываться совсем с иной стороны, зная такой масштабный контекст.

Любопытнее всего было мое свидание с типографией. Только что я просунулся в двери, наборщики, завидя меня, давай каждый фиркать и прыскать себе в руку, отворотившись к стенке. Это меня несколько удивило. Я к фактору, и он после некоторых ловких уклонений наконец сказал, что: штучки, которые изволили прислать из Павловска для печатания, оченно до чрезвычайности забавны и наборщикам принесли большую забаву. Из этого я заключил, что я писатель совершенно во вкусе черни. — Письмо А. С. Пушкину 21 августа 1831 г. О печатании «Вечеров на хуторе близ Диканьки».

Вересаев Викентий Викентьевич — русский советский писатель, критик, литературовед, лауреат Государственной премии СССР 1943 года. Родился в 1867 году в Туле в семье врача. Окончил историко-филологический факультет Петербургского университета и медицинский факультет Дерптского университета.

Для художественной прозы Вересаева характерно описание исканий и метаний интеллигенции на переходе от XIX к XX вв. («Без дороги», «Записки врача»). Кроме того, Вересаев создал философские и документальные работы о целом ряде знаменитых русских писателей (Ф.М. Достоевском, Л.Н. Толстом, А.С. Пушкине и Н.В. Гоголе).

Из его трудов я выбрала к прочтению “Гоголь в жизни”, так как давно, еще со школьных лет, Николай Васильевич вызывает у меня интерес.
В книге Вересаев собрал большое количество писем самого писателя и его современников.

Начинается повествование с предков Гоголя-Яновского. Родословная довольно запутанная, но в дневнике одного миргородского священника указано, что род берет начало от выходца из Польши, который был назначен “викарным” священником в том уезде.

В самом начале чтение идет легко. Из писем читатель узнает о характере и жизни родителей будущего писателя. Подробно описано детство маленького Никоши. Именно это и понравилось мне в книге Вересаева: читая письма, достаточно близко узнаешь человека и больше не кажется, что Николай Васильевич Гоголь какой-то далекий и даже нереальный человек. Наоборот, на протяжении всего чтения, узнавая его характер и его привычки, уже кажется, что он живет в наше время, среди нас.

Немного расстроило то, что в письмах современников писателя встречается много несоответствий по поводу внешности, характера и поступков Николая Васильевича.

“По воспоминаниям его соучеников, Гоголь представляется нам красивым белокурым мальчиком, в густой зелени сада нежинской гимназии, у вод поросшей камышом речки, над которою взлетают чайки, возбуждавшие в нем грезы о родине. Он – любимец своих товарищей…”

И в то же время в другом воспоминании:

“Гоголь постоянно косился на нас, держался в стороне, смотрел всегда букою. Насмешки наши над Гоголем еще усугублялись потому, что он держал себя каким-то демократом среди нас, детей аристократов, редко когда мыл себе лицо и руки по утрам каждого дня, ходил всегда в грязном белье и выпачканном платье. В карманах брюк у него постоянно имелся значительный запас всяких сладостей – конфет и пряников. И все это по временам, доставая оттуда, он жевал не переставая, даже и в классах, во время занятий. Для этого он обыкновенно забивался куда-нибудь в угол, подальше от всех, и там уже поедал свое лакомство. Чтобы занять в классе местечко, где бы его никто не видел, он приходил в аудиторию первым или последним и, засев в задних рядах, так же и уходил из класса, чтобы не подлежать осмеянию.”

На протяжении всей книги указывается то, что Николай Васильевич был сластеной, и не только в детстве. Даже будучи взрослым, он обязательно имел при себе конфеты или куски сахара, которые частенько грыз во время работы.

Литературой Гоголь начал увлекаться рано. Учась в гимназии, он больше времени уделял изучению новых вышедших произведений знаменитых писателей (особенно любил Пушкина), чем школьным предметам.

В гимназии Гоголь играл в театре и делал это неподражаемо.

“Вот является дряхлый старик в простом кожухе, в бараньей шапке и смазных сапогах. Опираясь на палку, он едва передвигается, доходит крехтя до скамейки и садится. Сидит трясется, крехтит, хихикает и кашляет; да наконец захихикал и закашлял таким удушливым и сиплым старческим кашлем, с неожиданным прибавлением, что вся публика грохнула и разразилась неудержимым смехом... А старик преспокойно поднялся со скамейки и поплелся со сцены, уморивши всех со смеху… С этого вечера публика узнала и заинтересовалась Гоголем как замечательным комиком.”

Так же великолепно он читал. Не только свои произведения, но и чужие. Частенько показывал актерам, как надо играть ту или иную роль.
Помимо этого любил рисовать, готовить, шить.

Поразил меня и тот факт, что буквально каждое свое произведение Гоголю приходилось защищать от цензоров и с боем выдавать их в печать. Многое приходилось переписывать. Одни восхищались остроумными его произведениями, другие считали его чуть ли не врагом народа.

Личность Николая Васильевича всегда была окутана мистификациями и принимаясь за книгу Викентия Вересаева я ожидала, что будет там описано много непонятных, возможно сверхъестественных историй из жизни писателя. Но ничего подобного там нет.

Единственной странностью было поведение писателя. Он мог быть душой компании, читал, веселил всех, шутил, но через мгновенье он становился угрюмым, молчаливым и мог запросто уйти, не сказав никому ни слова.

Из писем выходит, что натура у него все же была замкнутой. Он чурался новых незнакомых людей, оживал только в кругу хорошо знакомых ему личностей. С людьми сходился тяжело. И все же никто из друзей до конца не знал и не мог понять Николая Васильевича.

“В одном месте я самый тихий, скромный, учтивый, в другом угрюмый, задумчивый, неотесанный и проч., в третьем болтлив и докучлив до чрезвычайности, у иных умен, у других глуп. Только с настоящего моего поприща вы узнаете настоящий мой характер.”

Концовка книги шла у меня тяжело. Книга сама по себе большая и такой ее формат (в письмах) немного выматывает, поэтому читалась она довольно долго. Но я ни капли не жалею всего потраченного на нее времени. Было интересно узнать чем же жил классик русской литературы, с кем общался, что любил и что отвергал. Конечно, мы не можем полноценно доверять всем этим материалам: что-то привиралось, что-то фантазировалось как современниками, так и самим Николаем Васильевичем. Правда неясно - для каких целей. А был он известный фантазер и шутник!

Книга является сборником систематизированных свидетельств современников о жизни Гоголя, при этом наряду с короткими цитатами приводятся и достаточно большие (на несколько страниц) выдержки из дневников, воспоминаний и других источников. Несмотря на то, что автором была проделана огромная работа, меня книга, к сожалению, оставила равнодушной. Основная претензия - целостный портрет не сложился. Как ни странно это звучит в отношении биографии, мне не хватало авторского взгляда, отношения самого Вересаева к описываемым событиям. Возможно, если бы воспоминания современников о Гоголе сопровождались обобщениями автора, его собственными мыслями и суждениями, книга воспринималась бы несколько по-другому. Кроме того, ничего нового для себя о личности Гоголя я не узнала. От книг подобного рода ждешь открытий, а у Вересаева получился шаблонный портрет странного человека, занятого литературным трудом.