Шестая.

"Или у меня паранойя, или у Рубцова действительно любовь к семье своей супруги кажется наигранной?"

Степан сделал несколько пометок у себя в блокноте.

"Если предположить… Чисто теоретически, что Никита как-то замешан в этом деле… То он очень хорошо играет свою ненавязчивую заинтересованность. Сразу так и не заметишь… Если бы что-то в нем не отталкивало, – размышлял Степан по дороге к дому Мухова. – Но ведь мое отношение к нему – это лишь мое личное мнение. Какой смысл Рубцову избавляться от "любимого" тестя? Он и так, судя по его внешнему виду и машине, живет в шоколаде. Да и про недуг Владимиры Егоровича он, скорее всего, знал. Для него выгоднее, чтобы тесть продолжал жить и работать на его благо. Интересно, а у Мухова кроме дочери есть еще наследники? Кто будет управлять всем огромным бизнесом, оставшимся от олигарха?"

Вопросов становилось все больше, а вот ответов…

– Приехали, товарищ капитан!

За думами Степан не заметил, как они оказались возле дома потерпевшего. Его встретила высокая миловидная женщина в трауре. Своими грациозными движениями она напоминала балерину. Рядом с ней маячила такая же высокая, но, в отличии от первой, очень угловатая и даже неуклюжая дама. Черная одежда только подчеркивала ее непривлекательную внешность. Степан растерялся: и кто из них вдова?

– Капитан Тиханов? – пропела миловидная и, дождавшись от Степана подтверждения в виде развернутого удостоверения, представилась: – Алиса Константиновна Мухова.

– Примите мои соболезнования, Алиса Константиновна, – проговорил Степан, не зная, что делать дальше. Пройти в дом его пока не приглашали. Вторая женщина молчала и, совершенно не стесняясь, его разглядывала.

– Ах, познакомьтесь – это моя дочь, Валерия, – произнесла после молчания хозяйка дома и указала на угловатую. "Вот так финт ушами! – присвистнул про себя Степан. – С трудом верится, что красавчик – Рубцов с первого взгляда влюбился именно в девушку, а не в миллионы ее папаши!"

– Очень приятно! – галантно наклонил голову Степан.

– Давайте пройдем в дом! – звук голоса Валерии напоминал карканье.

Замыкая шествие, Степан проследовал в большую, очень богато обставленную гостиную. Не спрашивая его, Алиса Константиновна велела подать чай. Через несколько минут, во время которых стояла гробовая тишина, принесли приборы и несколько вазочек со сладостями.

– О чем же вы хотели поговорить, капитан? – наконец нарушила молчание Валерия.

– Я веду дело Владимира Егоровича.. – начал Степан, но Валерия его перебила.

– Надеюсь, вполне успешно?

– Пока об этом еще рано говорить, – уклончиво ответил мужчина. "Если так пойдет и дальше, подумал он, – мне лучше уйти сразу. Эта девица и слова не даст матери вставить. А ее показания, скорее всего, уже скорректированы супругом!" – но у нас уже есть подозреваемые!

– Она – не подозреваемая! Она – убийца! – выкрикнула Валерия.

– О ком вы? – удивился Степан.

– Конечно же о Даниловой! Или.. – Валерия нехорошо прищурилась. – Вы хотите сказать, что даже не приняли ее в разработку?

– Простите, Валерия Владимировна, но это секретная информация и я не имею права ее разглашать! – Степан еле сдерживался, чтобы не нагрубить этой напыщенной, самоуверенной женщине. Вот что могут сделать большие деньги и брак с полицейским!

– Хм! Да вы просто ничего не можете! Или не хотите! – презрительно воскликнула Валерия. – Мой бы Никиточка давно бы уже посадил убийцу за решетку!

Понимая, что здесь ему ничего не удастся выяснить, Степан уже хотел начинать прощаться, как хозяйка дома его удивила. Тихо, но твердо она прикрикнула на дочь:

– Валерия! Прекрати! Ни тебе судить, как капитан Тиханов ведет расследование!

– Но мама!…

– Лучше сходи и принеси мне мои капли!

Степан мысленно аплодировал вдове Мухина. Не смотря на свою хрупкость и кажущуюся инфантильность, Алиса Константиновна оказалась сильной и уверенной женщиной.

– Что вы хотели узнать, капитан? – поинтересовалась она, как только ее дочь вышла из гостиной.

– Алиса Константиновна, у вашего мужа были враги?

– Конечно, – пожала плечами вдова, – у таких людей их всегда полно. Большой бизнес не возможно сделать, не нажив пару-тройку врагов.