Когда люди в чёрных одеяниях вернулись из леса, их лидер тут же направился к Дун Луну, чтобы доложить о результатах преследования. Однако вместо господина в кабинете его встретил другой человек, который также только недавно пришёл с задания. Ростом чуть выше среднего, он не был особо мускулистым, а яркая многослойная одежда контрастировала с формой большинства обитателей резиденции.
– Дун Лун сегодня занят. С чем бы ты ни пришёл, придётся подождать до завтра.
Мужчина нахмурился, не понимая, что происходит. Он знал, что господин с нетерпением ждёт результатов, ведь дело касается Тан Хуа.
– В чём дело? Что-то срочное?
В ответ мужчина сначала кивнул, а затем покачал головой. Девушка уже была мертва – не было необходимости в спешке.
– Тогда… ты свободен.
– Господин Го Хаоюй! Господин Дун Лун… отдал мне это, чтобы я передал вам, но теперь я не уверен, что от него будет польза…
В свёртке, который мужчина протянул, лежал старый кинжал. Им явно много раз пользовались, но в остальном в нём не было ничего примечательного. Обычное оружие, которое можно было достать где угодно. Опытный воин мог бы носить такое только в качестве трофея или… для подлога.
Ярко-зелёные персиковые глаза12 вспыхнули, когда он увидел оружие. Го Хаоюй не стал спрашивать о том, что ему делать с кинжалом. Вместо этого он сказал:
– Понятно. Кто умер?
– Это… Тан Хуа.
Го Хаоюй натянуто улыбнулся, а затем внезапно схватился за голову. Руна, расположенная в центре его лба, изменила цвет с чёрного на тёмно-зелёный, но благодаря волосам, закрывавшим лоб, этого нельзя было увидеть.
– Господин Го Хаоюй, с вами всё в порядке?!
Мужчина переживал, поскольку статус Го Хаоюя в резиденции на данный момент был вторым после Дун Луна. Раньше это место занимали Дун Чжу и Цзян, но оба погибли…
– Всё в порядке. Всё в порядке. Просто… не ожидал такого.
Вдруг что-то поняв, мужчина в чёрном кивнул:
– Действительно, Цзян ведь был вашим наставником…
Увидев недовольный взгляд, адресованный в его строну, мужчина замолчал и больше не поднимал эту тему. Он откланялся и спешно покинул кабинет.
***
На следующий день воин появился у дверей ещё до обеда.
– Она мертва.
– А тело?
Заметив, что подчинённый не решается заговорить, Дун Лун едва заметно нахмурился. Быстро вернув самообладание, он спросил:
– Как именно она умерла?
Обычно он не интересовался такими подробностями, ведь каждый сам знал, как следует поступить. Дисциплина была основой всего в резиденции, и должно было произойти нечто серьёзное, чтобы она была нарушена.
– Она… – дрожащими губами произнёс мужчина, – утонула. В Ледяном озере. Я пытался вернуть её в резиденцию, но…
Дун Лун ошарашенно смотрел на подчинённого, будто не понимая, что тот только что сказал. Утонула? В том самом озере? Сколько бы Дун Лун ни думал об этом, слова воина казались полной чушью.
– И ты просто наблюдал за этим?
Голос был ровным и тихим, но у мужчины от него по спине пробежали мурашки.
– Нет, я пытался доставить её сюда, но…
– Но от одного прикосновения к воде конечности занемели от холода?
Подчинённый решительно закивал.
Дун Лун усмехнулся, а затем встал со своего места и подошёл к мужчине в чёрном.
– Значит, ты говоришь, что, даже обладая духовной энергией, ты не смог войти в воду, но хрупкая девушка просто сделала это?
Хвост дракона сделал дугу в воздухе, и в следующую секунду голова мужчины оказалась отделена от тела.
– Ты не можешь доказать, что она мертва…
Дун Лун лучше других знал о свойствах Ледяного озера. Когда-то его заинтересовал тот факт, что энергия вокруг этого места была плотнее, чем в остальном лесу, и он предположил, что причина может быть в воде. Однако едва пальцы коснулись водной глади, их тут же сковал невыносимый холод, весь ужас которого сложно было переоценить.
Тогда Дун Лун решил найти другое место для своей тайной резиденции, которое он позже нашёл в горах.
– Мертва ли…
Несколько раз постучав пальцем по столу, Дун Лун задумчиво занял прежнее место и позвал стражников, чтобы вынести тело.
***
Тан Хуа провела два дня, балансируя между сном и реальностью, и единственным развлечением девушки в это время были разговоры с её спасительницей.
– Массивов так много, что ради них пришлось построить отдельный этаж, – с интересом рассказывала она об устройстве Дворца Тысячи Лиц.
Её звали Лю Сюэци13, и она жила здесь вместе со своим господином. Поскольку Тан Хуа не могла ничего делать самостоятельно из-за постоянной боли и размытого зрения, она была крайне признательна Лю Сюэци не только за спасение, но и за тщательный уход и внимание.
По-видимому, Лю Сюэци было очень одиноко во дворце, потому что она была счастлива поговорить с Тан Хуа о чём угодно. Обе девушки не сильно привыкли к женскому обществу, и поначалу диалог у них не клеился, но со временем атмосфера между ними стала более естественной.
Тан Хуа слушала рассказы Сюэци о дворце, о саде с множеством редких чудодейственных трав, из которых делалось лекарство для неё, и о масках, в честь которых было названо это место, иногда с трудом произнося несколько фраз.
– Стена с масками довольно широкая – пришлось потрудиться, чтобы скрыть их все за колоннами. Господин предлагал поставить ширмы, но мне не хотелось совсем скрывать эти лица. Каждое из них уникально, и их всегда ровно одна тысяча: когда одна маска ломается, её место естественным образом занимает другая. Конечно, если просто снять одну или немного повредить, то ничего подобного не произойдёт. Сначала может показаться, что маски сделаны из клёна: у них действительно та же текстура и запах, представляете? Но это не совсем верно. На самом же деле каждая маска соткана из частички души умершего, запертого в этом дворце, и если надеть её на себя, то можно по-настоящему перевоплотиться в другого человека! Ох, правда владельцу души это может не понравиться, но для меня это не имеет ни малейшего значения.
– Почему… ты рассказываешь мне об этом?
По мнению Тан Хуа, те чудеса, которые прятал дворец, не просто так были спрятаны на дне озера. Нормально ли было рассказывать о них первой встречной? Если только…
– Я… никогда не смогу отсюда уйти?
На какое-то время в помещении воцарилась тишина, и сердце Тан Хуа сжалось. Но потом Лю Сюэци сказала:
– Вы желаете покинуть дворец, даже не встав на ноги? Я слишком надоедаю вам разговорами?
Теперь наступила очередь Тан Хуа молчать.
– Так, значит… со дна озера есть выход?
Лю Сюэци ответила согласием, а потом объяснила:
– Конечно же есть, хоть воспользоваться им могут только те, кто находится во Дворце Тысячи Лиц. Как думаете, легко ли сюда попасть? Те, кого дворец не хочет впустить, никогда не переступят его порог. Я нашла вас уже за барьером, а значит, вы – хороший человек, не желающий зла.
Услышав это, Тан Хуа испытала сложные эмоции: с одной стороны, она была признательна за то, что смогла спастись, а с другой не была уверена в справедливости суждений Лю Сюэци. Ведь если бы она не захотела использовать силу, таившуюся на дне озера, то никогда не рискнула бы шагнуть в воду.
– Вам повезло, что в вас совсем не было духовной энергии во время погружения, иначе ваше тело бы разорвало ещё на полпути, – тяжело вздыхая, произнесла Лю Сюэци. – Ледяное озеро находится в очень особенном месте, и духовная энергия, проходящая через воду, легко может ранить воина. Разумеется, вы тоже пострадали, но хотя бы не погибли. Поскольку дворец вас принял, а господин в это время спал, я не могла бросить вас в тяжёлом состоянии.
– Спасибо, – хрипло произнесла Тан Хуа, тщетно пытаясь рассмотреть тёмный силуэт.
– Это мой долг, – скромно ответила Лю Сюэци, а потом добавила. – Тот путь, которым вы прибыли сюда, довольно опасен, и не каждый способен его выдержать. Когда мы отправимся наружу, то используем выход за стеной масок.
Сердце Тан Хуа пропустило удар. Она переспросила:
– Другой выход?
– Да, не переживайте, вы сможете покинуть это место как только придёте в себя и поговорите с господином.
Тан Хуа согласно хмыкнула, но её нервы напряглись: был ли хозяин этого места таким же добрым, как Лю Сюэци? Спустя некоторое время девушка нерешительно спросила:
– А где сейчас хозяин этого места?
– Ох, он всё ещё спит. Но не бойтесь, просто кое-что произошло, и господин потратил много сил, поэтому восстановление занимает чуть больше времени, чем обычно.
Тан Хуа открыла и закрыла рот, так ничего и не сказав. Она была посторонней и плохо разбиралась в ситуации, так что решила оставить подозрения о худшем при себе.
На третий день состояние Тан Хуа значительно улучшилось, и хоть она не была готова бегать, как раньше, но, по крайней мере, могла стоять и ходить самостоятельно. Зрение также пришло в норму, и теперь девушка с любопытством рассматривала убранство комнаты.
Покои Лю Сюэци состояли из двух комнат, и, насколько Тан Хуа знала, внешняя обычно пустовала. Лю Сюэци проводила много времени в саду и на кухне, и если бы не внезапно появившаяся гостья, она вряд ли появилась бы на этом этаже раньше ночи.
Стены цвета индиго мерцали и переливались перламутровым блеском, а пол был целиком покрыт мягким мехом какого-то зверя. Успокаивающий аромат в спальне, который, как думала Тан Хуа, исходил от лекарств, на самом деле источали благовония, стоявшие на противоположном от кровати конце комнаты. Сама кровать была небольшой, но качественной, и каждый её элемент был сделан мастером своего дела.
Поборов желание заглянуть в другую комнату, Тан Хуа обратила внимание на окна. Они были закрыты, чтобы не мешать Тан Хуа отдыхать, но теперь, когда девушка вернула себе способность ходить, она не могла усидеть на месте, так что решила выглянуть наружу.
Яркий золотистый свет едва не ослепил Тан Хуа. Она прикрыла глаза одной рукой и спешно закрыла ставни, чтобы привести глаза в порядок. Лю Сюэци говорила, что, даже если использовать лучшие лекарства, восстановление тела потребует некоторое время, так что Тан Хуа не стоило играть с огнём. Осознав свою ошибку, девушка больше не хотела рисковать, и вернулась к осмотру внутренней части дворца.
Не решившись заглядывать в чужую комнату, Тан Хуа покинула спальню и нашла лестницу, ведущую в двух направлениях. По краям ступеней стояли изысканные перила, а между столбиков располагались небольшие нефритовые статуэтки львов. Если идти по лестнице и смотреть на них, то казалось, что львы танцуют.
Оказавшись на первом этаже, Тан Хуа огляделась: слева и справа были проходы вперёд, вдоль каждого из которых висели занимательные картины и расписные веера. По центру же располагался целый ряд широких лакированных колонн, которые будто специально поставили для того, чтобы загородить вид. Догадавшись, что это за место, Тан Хуа обогнула колонны и посмотрела на ярко-красную стену перед собой.
На ней, ровными рядами, висели сотни масок с человеческими лицами. Мужчины, женщины, молодые, старики – все смешались в едином полотне, отчего у Тан Хуа по спине пробежали мурашки. Она помнила слова Лю Сюэци о том, что все эти маски были душами умерших. С другой стороны…
Тан Хуа сделала два шага вперёд и протянула руку к маске молодой женщины. У неё были тонкие черты лица и красивые чёрные волосы. Губы напоминали лепестки цветка, и выглядели настолько живыми, что казалось, что маска вот-вот заговорит.
Слабый древесный запах клёна наполнил лёгкие Тан Хуа, и она невольно расслабилась. В тот момент, когда девушка уже почти коснулась маски, снаружи раздался грохот.
– Ай! – Лю Сюэци вскрикнула, когда медный таз, в котором она замачивала драгоценные травы, выскользнул из рук и перевернулся.
Тан Хуа инстинктивно дёрнулась в сторону звука, из-за чего тело тут же пронзила острая боль. К счастью, лекарства, которые девушка принимала, были наилучшего качества, и довольно быстро ощущения притупились.
– Что случилось? Тебе нужна помощь? – выкрикнула Тан Хуа, ища выход к саду.
Когда она наконец увидела чью-то спину и таз с разбросанными вокруг растениями, Тан Хуа обрадовалась и сделала шаг вперёд. Но затем её движения резко остановились.
О проекте
О подписке
Другие проекты