– Ах, вы уже проснулись? Я, должно быть, совсем потерла счёт времени, извините. Не нужно помогать, таз довольно тяжёлый.

Лю Сюэци повернулась к Тан Хуа лицом и вежливо улыбнулась. Но от этой улыбки девушке стало дурно. Поняв, что гостья не отвечает, Лю Сюэци вопросительно посмотрела на Тан Хуа. Та выглядела бледной, как полотно, и девушка забеспокоилась.

– С вами всё в порядке? Давайте я провожу вас в комнату, вам нужно отдохнуть.

Словно выйдя из транса, Тан Хуа поспешно отказалась, после чего сама вернулась на второй этаж и легла в постель. Несмотря на то, что в комнате было довольно тепло, девушка накрылась одеялом с головой. Внутренне она дрожала, но не хотела, чтобы её эмоции увидели.

Плотно закрыв глаза, Тан Хуа попыталась выровнять дыхание и привести мысли в порядок. Однако как бы она ни старалась, в голове всё время всплывал образ Лю Сюэци. Она была, без сомнения, прекрасной женщиной: утончённая, с благородной осанкой и приятными чертами лица, частично скрываемыми россыпью длинных чёрных волос, гладких, словно шёлк. Светлые фиолетовые одежды подчёркивали бледную кожу, а вышитая золотыми нитями обувь делала стопы маленькими и симпатичными. Лю Сюэци, должно быть, была известной красавицей в своём родном городе или деревне, но теперь… она была мертва.

Большие миндалевидные глаза Лю Сюэци были ярко-фиолетового цвета, что являлось отличительной чертой духов и людей, чьи тела были отняты ими. Более того, её кожа… несмотря на то, что женщина явно ухаживала за собой, тонкая паутина трещин покрывала пальцы и лицо, подтверждая, что Лю Сюэци больше не было среди живых. Раньше Тан Хуа только слышала истории о духах, занимавших чужие тела, поэтому, столкнувшись с этим лично, она пришла в настоящий ужас.

Каждый на континенте знал, что духи были опасными созданиями. Одни из них оставались на земле после смерти и не могли обрести покой, в то время как другие проходили через тонкие места барьера, разделяющего мир живых и мир мёртвых. Но каким бы ни был их путь, духи несли несчастья тем, с кем повстречались, и про это нельзя было забывать. Светлые образы и болезненные моменты – всё это сплеталось для них в один запутанный клубок, и чем дольше дух бродил по земле, тем меньше он помнил себя прежнего, превращаясь в безликое чудовище, жаждущее убивать.

Лю Сюэци была спокойной и внимательной, когда заботилась о Тан Хуа, но кто мог сказать, как долго продержится это тело? К тому же, она говорила, что служит хозяину дворца. Значит ли это, что он убивает женщин, чтобы передавать их безжизненную плоть подчинённой? А что насчёт душ на стене масок?..

Тан Хуа поняла, что не может больше оставаться в этом месте. Отрезанная от людей, здесь она была рыбой, пойманной в сети, и если упустить момент для побега, то она наверняка лишится жизни.

Пока Тан Хуа размышляла, в комнате появилась Лю Сюэци. Она подошла к кровати и тихонько спросила:

– С вами точно всё в порядке? Я начала варить новое лекарство, оно должно помочь восстановить силы.

– Со мной всё хорошо, просто голова закружилась с непривычки, – торопливо ответила Тан Хуа.

Она мастерски скрывала дрожь в голосе, привыкнув обманывать людей для Дун Луна, но если бы Лю Сюэци заглянула под одеяло, то увидела бы отчётливый отпечаток страха на лице девушки.

– Хорошо, тогда отдыхайте. О, вы можете беспрепятственно осматривать первые два этажа, но я попрошу вас не заходить дальше. Третий этаж отведён под массивы, поддерживающие барьер вокруг дворца, а на четвёртом находятся покои господина. С пятого этажа открывается красивый вид, но сейчас он используется в качестве кладовой и там довольно сильный беспорядок, а следующие два этажа давно никем не убирались, и я не уверена, что вам не станет плохо от скопившейся пыли.

Тан Хуа быстро согласилась не ходить туда, куда не следует, и вскоре Лю Сюэци ушла. Оставшись в одиночестве, девушка ещё долгое время обдумывала дальнейший план действий.

Раньше, услышав о возможности обследовать такое необычное место, Тан Хуа радовалась бы, словно маленький ребёнок. Но сейчас у неё не было никакого желания рассматривать вещи и картины, разбросанные по коридорам. Единственной целью девушки был побег, и она не собиралась терять время впустую.

Когда Лю Сюэци вернулась с миской горячего лекарства, Так Хуа уже взяла под контроль выражение своего лица, и, спокойно поблагодарив духа, выпила отвар.

– Он немного горький, но хорошо пополняет силы, – мягким голосом произнесла Лю Сюэци.

Каждое её движение было выверенным и элегантным. Если бы не состояние кожи, Лю Сюэци могла бы сойти за молодую госпожу какого-нибудь знатного или богатого рода. В определённый момент Тан Хуа захотелось расспросить её о прошлом, но девушка сдержалась, понимая, что это может спровоцировать духа. Кроме того, люди и духи шли разными путями, и даже если человек был любопытен или сочувствовал духу, ему не следовало лезть не в своё дело.

– Сегодня я закончу дела раньше и смогу составить вам компанию, если захотите прогуляться вокруг дворца. Однако завтра мне придётся ненадолго покинуть вас, чтобы обработать замоченные шкуры.

Тан Хуа согласно промычала. Лю Сюэци, привыкшая за последние дни к неразговорчивой гостье, не нашла в её поведении ничего странного. Забрав пустую миску из-под лекарства, она ушла, чтобы заниматься травами в саду.

Вновь оставшись в одиночестве, Тан Хуа лежала и набиралась сил. Она не думала, что дух давал ей что-то странное вместо лекарств – за эти дни девушка по достоинству смогла оценить знания Лю Сюэци. Возможно, хозяин Дворца Тысячи Лиц каким-то образом сдерживал необузданную сторону духа, что было на руку Тан Хуа.

Оценив улучшение собственного состояния спустя несколько часов, девушка решила воспользоваться случаем и сбежать, как только Лю Сюэци завтра отправится обрабатывать шкуры. Однако прежде ей нужно было узнать, как выбраться из озера.

– Вот этот проход, – Лю Сюэци указала на левый коридор у стены с масками, – он ведёт к крыльцу. Оттуда дорога сама приведёт вас к поверхности. В прошлый раз вы упали прямо посреди сада – это должно быть очень больно.

Пока Лю Сюэци сочувственно вздыхала, Тан Хуа запоминала дорогу. К счастью, дух был довольно услужливым, так что, как Лю Сюэци и обещала, они вдвоём прогулялись вокруг дворца.

Снаружи здание выглядело настолько великолепным, что достойная резиденция Дун Луна показалась Тан Хуа лачугой. Воистину, в строительство этого шедевра было вложено целое состояние.

Свет барьера окружал дворец сверху и по бокам, создавая иллюзию искажённого золотистого неба. Стоя у окна, можно было поучаствовать себя в ловушке, однако если ступать вниз по главной лестнице, то путь будет волшебным образом расчищаться, углубляясь всё дальше в неизвестность. Это было удивительное и волнующее зрелище, но Тан Хуа была слишком занята мыслями о побеге, чтобы оценить его.

Когда с прогулкой было покончено, Лю Сюэци закрылась в спальне. Тан Хуа какое-то время молча рассматривала сложные узоры на двери внутренней комнаты, а потом всё же легла отдыхать. Ей нужно было как можно лучше восстановиться за эту ночь.

Свет барьера всегда был одинаковым, и вода в озере, находящемся в лесной глуши, тоже не меняла оттенок в разное время суток, из-за чего невозможно было определить, день снаружи был или ночь. Однако привычки тела было не так просто обмануть, и, закрывая глаза, Тан Хуа наверняка знала, что сейчас над Юанем нависли сумерки.

***

Ночь прошла без сновидений. Проснувшись, Тан Хуа умылась водой из таза, который принесла Лю Сюэци, а затем спокойно приняла предложенное лекарство.

– Спасибо.

Лю Сюэци нежно улыбалась, из-за чего трещинки в уголках её губ становились всё глубже. Тан Хуа внутренне вздрогнула от этого зрелища, но не от отвращения, а от жалости. Эта женщина… наверняка при жизни она была любима. А теперь она вынуждена жить здесь и прислуживать странному человеку, предпочитающему прозябать на дне Ледяного озера. Впрочем, в этом месте каждый цунь¹⁴ был пропитан духовной энергией, так что имей кто-нибудь другой подобную возможность, то не отказался бы от такого жилища.

– Если вам что-нибудь будет нужно, можете просто взять это во внутренней комнате. Я оставила немного еды и чая на случай, если вы проголодаетесь, так что не будьте вежливы, если почувствуете голод. Чай из листьев, выросших в этом месте, может показаться слишком горьким, но он прекрасно бодрит тело и дух. И не беспокойтесь, что он остынет – я оставила гореть лампаду с маслом бурого зверя, так что она будет поддерживать нужную температуру до моего возвращения.

Тан Хуа поблагодарила Лю Сюэци, после чего та ушла работать. Оставшись одна, девушка тут же налила себе чай, чтобы с его целебными свойствами дольше продержаться на ногах.

– Какой горький!

Едва не подавившись, Тан Хуа тут же заела чай сладкой выпечкой. К счастью, вкус фруктов частично перебил горечь, иначе девушке сложно было бы справиться с полной чашкой.

Быстро закончив есть, Тан Хуа покинула комнату и спустилась вниз. Танцующие львы приветствовали каждое её движение, будто радуясь возвращению гостьи, но внимание Тан Хуа было приковано не к ним, а к стене за колоннами. Она успела подумать об этом вчера: Лю Сюэци сказала, что маски способны скрыть даже запах человека, полностью заменив личность на новую. При этом единственным неприятным последствием было то, что на носящего маску могли нахлынуть некоторые эмоции усопшего.

– Если я просто появлюсь в городе, то недолго пробуду среди живых, – прошептала себе под нос Тан Хуа, постукивая большим пальцем о мизинец.

Она колебалась, поскольку знала, что маски были сотканы из душ мёртвых, но, с другой стороны, прекрасно понимала, что подобную возможность упускать нельзя.

В результате, когда её рука дёрнулась, несколько масок, включая ту, которую девушка рассматривала на днях, отправились в широкие рукава аккуратно зашитого голубого платья.

В следующее мгновение дворец задрожал. Тан Хуа покачнулась, а затем бросилась прочь. Она поняла, что её действия не остались незамеченными, и не хотела встречаться с загадочным хозяином Дворца Тысячи Лиц.

Выбежав на улицу, Тан Хуа бросилась вперёд. Она бежала так быстро, что не успевала увидеть то, что было впереди. К счастью, Лю Сюэци не обманула её, и в какой-то момент Тан Хуа обнаружила, что находится в знакомом лесу. Обернувшись, девушка бросила взгляд на Ледяное озеро, от которого шёл густой белоснежный пар, а затем продолжила бежать в прежнем направлении. Когда в поле зрения остались только ветви деревьев и очертания корней, девушка вдруг остановилась и бросила на землю одну из масок. Это было привычкой, выработанной годами выполнения воровских заданий: убегая, оставлять ложный след.

Бросив одну маску на землю так, будто она случайно там оказалась, Тан Хуа протоптала дорожку следов, ведущую в самую гущу леса, а затем аккуратно вернулась назад и лёгкими шагами побежала в другом направлении. Девушка знала, что не сможет совсем не оставить следов, но этот трюк, как минимум, должен был выиграть ей время. А потом… она уже растворится в толпе незнакомцев.

***

В тот момент, когда пол и стены дворца задрожали, мужчина, спавший на четвёртом этаже, открыл глаза. Словно статуя, ожившая от чужого вмешательства, он нахмурился; в карих глазах засверкали мелкие частицы золота.

Быстро поднявшись с кровати, мужчина направился вниз, где столкнулся с Лю Сюэци. В отличие от прежнего нежного и ласкового облика, сейчас она куда больше напоминала разъярённого духа, и на светлой потрескавшейся коже виднелись ярко-синие вены.

– Господин Ван Бо¹⁵, пока вы спали, сюда попал человек, и я…

Не дав Лю Сюэци договорить, Ван Бо приложил два пальца к её лбу. Синие вены исчезли вместе с частью особенно глубоких трещин. Вернувшись в прежнее состояние, Лю Сюэци заплакала. Увы, духи не имели возможности лить слёз, поэтому женщина могла только жалобно хныкать.

– Господин, она… украла… это всё моя вина…

Ван Бо кивнул и тут же ушёл. Ему не было нужды слушать историю дальше, ведь он отчётливо ощущал духовный след каждой маски, находившейся вне стен дворца.