Андрей Ковалёв сидел в головном офисе группы компаний «Планета развлечений» и беседовал с секретарём Потанина: бледная женщина сбивчиво отвечала на его вопросы.
– Вы плохо себя чувствуете? – спросил он.
– Я… немного простудилась. С вашего позволения… – она вышла в дамскую комнату. Ковалёв задумался: «Явно нервничает! Что-то скрывает?»
Женщина вернулась: болезненная улыбка играла на лице её.
– Екатерина… Как вас по отчеству?
– Ивановна.
– Екатерина Ивановна, вы ничего странного в поведении господина Потанина не замечали в последнее время?
– Нет.
– Может, были звонки с угрозами или посетители… неадекватные?
– Ничего этого не было!
– Насколько успешно идут дела в компании?
– По финансовой части вам лучше обратиться в бухгалтерию, но, насколько мне известно, долгов у фирмы… нет, – неуверенно отвечала секретарша на вопрос оперативника.
– А враги, может быть, конкуренты?
– Олег Борисович… враждовал с одним человеком, – у них когда-то был общий бизнес, а потом… они рассорились.
– Как его зовут?
– Нечаев Роман Борисович. У него ночной клуб на парке Культуры.
– Думаете, он мог желать смерти господину Потанину?
– Я знаю немного, но… они ненавидели друг друга. Говорили, будто… Извините, – секретарша поднялась и налила из кулера воды в пластиковый стаканчик.
– У вас нездоровый вид, – заметил Ковалёв.
– Ничего, это пройдёт, – сказала женщина и, выпив воды, продолжала. – Говорили, будто Олег Борисович отбил жену у господина Нечаева…
– Странно, Наталья Потанина ничего не рассказывала об этом.
– Это было ещё до знакомства с ней…
– Что же случилось с той женщиной?
– Я не знаю, но вражда между ними была! Месяца два тому назад приходили ревизоры из налоговой… Я слышала, как Олег Борисович говорил: «Это Нечаев копает под меня!»
– Стало быть, он боялся проверок. Как вы думаете, с чем это связано?
Секретарша ещё больше побледнела:
– Я не знаю…
– Если что-нибудь вспомните, позвоните мне по этому телефону, – Ковалёв оставил секретарше Потанина свою визитку и направился к лифту. Женщина, между тем, тихо всхлипнула, закрыв лицо руками…
Небо хмурилось. Моросил косой дождь.
Полагаясь на показания навигатора, Ковалёв попытался объехать пробку, что образовалась в центре города, однако путь ему преградило полицейское оцепление. Он крикнул сержантам, стоявшим у заграждения:
– Ребята, что случилось? Снова теракт, да?
– Мужик, давай назад. Не проедешь тут. Крест из Греции привезли…
– Какой крест? – удивился Ковалёв. Он отъехал и включил радио: «Очередь из желающих поклониться кресту апостола Андрея Первозванного растянулась по Пречистенской набережной до Садового кольца», – говорил голос ведущей.
«Теперь понятно, – подумал Ковалёв, – меня развернули из-за паломников… Меры безопасности! Сначала пояс Богородицы, теперь этот крест… Что-то зачастили к нам греки! Но они просто так ничего не делают. Это наверняка связано с кризисом. Видимо, надеются на помощь России. Эх, Марина была верующей… Не дожила она до этого дня, а то бы и меня потащила с собой!»
К вечеру Ковалёв подъехал к стриптиз-клубу «От заката до рассвета». Танцовщицы в откровенных нарядах готовились к очередной бурной ночи и лениво вертелись у шеста. Ковалёв показал охраннику своё удостоверение и прошёл в кабинет хозяина заведения, которого звали Роман Борисович Нечаев…
Их было трое… Трое закадычных друзей! Двоих после школы забрали в армию, третьему повезло – вовремя папаша-генерал пристроил в Высшую школу милиции. Они были очень разными: одного занимали женщины, другой – грезил о карьере, а третий, скромный и застенчивый Рома, мечтал о семейном счастье…
Двое парней вернулись из армии настоящими мужчинами и вместе поступили в один из технических вузов столицы. И быть им инженерами на каком-нибудь государственном предприятии, если бы не случилась в стране… перестройка. Олег первым почувствовал дуновение ветра перемен, раздобыл модный в те времена видеомагнитофон и устроил настоящий видеосалон. Фильмы, где потрясали мускулами Арнольд Шварценеггер и Жан-Клод Ван Дамм, и сверкали прелестями обнажённого тела звёзды немецкого кино, шли с неизменными аншлагами в студенческой общаге. Рома помогал другу в бизнесе: во время сеансов стоял на стрёме и подавал сигнал о приближении коменданта или его шестёрок из комсомольцев. Видеокассетами приятелей снабжал их друг из милиции – Игорь, который участвовал в рейдах по подпольным видеосалонам. За просмотр боевика кооператоры брали по рублю, за эротику – по два рубля. И студенты охотно раскошеливались, чтобы поглазеть на иностранных шлюх и накачанных парней.
Выручку друзья делили поровну: Игорь с Олегом стали завсегдатаями первых в столице ночных клубов, Рома деньги копил, а однажды в ресторане спьяну сболтнул приятелям об идее платного туалета. Они вволю потешились над своим скромным товарищем, но, протрезвев, решили открыть собственный кооператив. Арендовали помещение на задворках столицы, привлекли дизайнера и подрядчика: вскоре один из первых платных туалетов заработал и, более того, начал приносить доход… Красненькие советские купюры не пахли! Эксцентричный сангвиник Олег вскоре потерял интерес к этому бизнесу, который продолжал за него Рома, но вскоре загорелся новой идеей и уговорил приятеля вложить деньги в открытие кафе фастфуда.
В начале 90-х трудолюбивый и настойчивый Роман превратил уличную забегаловку в ресторан для богатых, в котором по выходным выступали известные певцы и рок-музыканты. А Олега снова понесло! Он наладил контакты с европейскими производителями интим-товаров и решил открыть в Москве магазин для взрослых, проще говоря – секс-шоп, но денег у него не было. И тогда Олег обратился за помощью к своему давнему приятелю – Роману Нечаеву, который к тому времени обзавёлся семьёй: жена-красавица Евгения родила ему дочь, наречённую Ириной.
Олегу немалых трудов стоило уговорить друга на создание совместного предприятия с брендом в виде красного сердечка. Тогда же Рома познакомил Олега со своей женой, о чём впоследствии горько пожалел…
Вскоре партнёры открыли собственный ночной клуб со световыми эффектами и привлекли в диджеи известного радио ведущего. А потом у неугомонного Олега родилась очередная блестящая идея:
– Стриптиз на Западе давным-давно стал рядовым явлением. Красивое женское тело пользуется неизменным спросом! К нам потекут реки клиентов…
Так, ночной клуб стал стриптиз-клубом. Дело пошло в гору. Однако со временем между партнёрами начались разногласия. Клуб постепенно превращался в бордель с приватными танцами, вип-зонами и практикой «увольнений».
Однажды Роман Нечаев поругался с Олегом Потаниным, забрал свою долю из всех совместных предприятий и открыл собственное дело. А вскоре от него ушла жена…
– Я полюбила другого, Рома, – сказала она мужу на прощание.
– Я его знаю? – мрачно спросил Нечаев.
– Да, это Олег… Потанин.
– Дура, – вспылил Нечаев. – У него таких, как ты… Он женщин меняет как перчатки!
– В тебе говорит ущемлённое самолюбие, Рома.
– Уходи, но… Я не отдам тебе Ирину!
Евгения пришла на суд со своим любовником. Бывшие друзья исподлобья глядели друг на друга. Судья встал на сторону Нечаева, и девочка осталась с отцом.
Спустя месяц влюблённые поженились, а через год с Евгенией случилось несчастье: по версии следствия она покончила с собой… Замять это дело Олегу Потанину помог друг Игорь, который к тому времени уже выбился в большие чины центрального аппарата МВД.
С тех пор между школьными товарищами пробежала чёрная кошка… Олег натравливал на бизнес Нечаева братков, Роман отвечал попытками рейдерских захватов предприятий Потанина. Оба обращались за помощью к третьему другу – Игорю, и тот занимал сторону одного из них в зависимости от того, кто больше отстёгивал…
Бизнес Потанина в нулевых годах процветал за счёт стриптиз-клуба с фривольными порядками, где и сам он время от времени появлялся (в качестве клиента), сети магазинов для взрослых и ночных клубов.
Нечаев был человеком другого склада ума; он относился к тому редкому типу бизнесменов, которые показывают собственным примером, что капитализм бывает «с человеческим лицом». Он исправно платил налоги государству, поощрял своих работников премиями, покровительствовал подающим надежды художникам, построил церковь у себя на Родине под Воронежем, изрядную часть прибыли своих ночных клубов направлял на благотворительность и даже основал собственный фонд помощи детям, больным лейкемией. Кроме того, он был хорошим отцом и безмерно баловал свою дочь, но именно поэтому она выросла эгоисткой. Правда, сама она называла себя гедонисткой, что… впрочем, почти одно и то же.
Ирина Нечаева. Светская львица Ирэн. С ней столкнулся Андрей Ковалёв в стриптиз-клубе «От заката до рассвета». Загорелая девушка, несущая пышные формы, накаченные силиконом, улыбнулась статному мужчине. Он проводил её взглядом, усмехнулся и вошёл в кабинет. Хозяин заведения, которому уже сообщили о визите, встречал непрошеного гостя из провинции добродушной улыбкой на лице.
– Майор полиции Ковалёв, – представился оперативник.
– Товарищ майор, мне нравится называть человека по имени-отчеству…
– В таком случае – Андрей Владимирович.
– Присаживайтесь. Итак, что же вас, Андрей Владимирович, привело сюда из Подмосковья?
– Смерть Олега Потанина.
– Да, я слышал, – нахмурился Нечаев. – К сожалению, не могу сказать, что огорчён этим известием…
– В каких вы были отношениях с господином Потаниным?
– Если вы приехали ко мне, стало быть, уже кое-что знаете, – презрительно скривил губы Нечаев. – Да, мы, как и все конкуренты… не любили друг друга. Но, чтобы убивать из-за бизнеса…
– А, может, из-за женщины?
Нечаев встал с кресла и подошёл к окну, где вдалеке из темноты выступали золочёные купола Храма Христа Спасителя.
– Он отнял у меня жену, а у моей дочери – мать. Но не мне его судить! Теперь он там, где ему полагается быть…
– Быть может, вы его туда отправили? Где вы были сегодня между двумя и тремя часами ночи?
– Вы думаете, что я, если б захотел его убить, стал бы свои руки пачкать в крови? – усмехнулся Нечаев.
– Верно! Вы бы наняли убийцу…
– Андрей Владимирович, устранить человека в наше время ничего не стоит. Весь вопрос – зачем? Со смерти Жени прошло уже немало лет! Если бы я хотел отомстить, сделал бы это раньше…
– Нам известно, что господину Потанину перед смертью угрожали, – сказал Андрей Ковалёв и пристально посмотрел на своего собеседника.
– И кто? – устало осведомился Нечаев.
– Я думал, вы знаете…
– Вы всерьёз полагаете, что я заказал Олега?
– Мы отрабатываем все версии. А, по-вашему, кто мог желать его смерти?
Нечаев вздохнул:
– Видите ли, Олег был крайне неразборчив… в людях. Много говорили о его связях с преступным миром… с мафией! Я думаю, вам следует копать в этом направлении. И потом… он был неразборчив в средствах. Танцовщиц в своём клубе склонял к проституции… Кстати, вы знаете, в Москве действует целый ряд заведений, где абсолютно свободно девушки оказывают интимные услуги. И куда только смотрит полиция?
– Боюсь, что сейчас это к делу не относится, – заметил Ковалёв.
– Этот человек в погоне за прибылью ничем не брезговал! – продолжал Нечаев. – Чёрная бухгалтерия, фирмы, зарегистрированные через оффшоры, уклонение от уплаты налогов…
– А вы никогда не обманывали государство? – улыбнулся Ковалёв.
– Андрей Владимирович, я ответил на все ваши вопросы? – нетерпеливо проговорил бизнесмен.
– Да, пожалуй, мне пора, – Ковалёв направился к выходу и остановился вдруг. – Кстати, вы не знаете, почему Потанин жил в Подмосковье, когда у него бизнес – в столице?
– Он переехал из Москвы после смерти Жени… Но вам лучше спросить об этом у Натальи Потаниной, – эта женщина – ещё та… тёмная лошадка! И, кстати, ей выгодна смерть мужа. У Олега не было живых родственников. Так что она наверняка унаследует всё его состояние…
После ухода полицейского Нечаев сел в кресло, задумался ненадолго, а потом набрал номер телефона своего старого друга:
– Игорь, я приветствую тебя…
***
Андрей Ковалёв поздно вечером возвращался домой по Рублёво-Успенскому шоссе.
Наш опер знал, что накануне по этой дороге проехал тот, кто зверски расправился с Анастасией Развозжаевой. Сегодня, ещё до визита к Нечаеву, он заезжал в Кунцевский отдел полиции, где разговаривал с капитаном Трофимовым, оперативником, который принимал активное участие в рейдах по столичным притонам и некогда допрашивал проститутку, чье изуродованное тело теперь лежало в морге.
– Товарищ майор, я видел её всего один раз, и это было три года назад… – оправдывался Трофимов. – С тех пор она мне не попадалась на глаза.
– Она работала в этом районе. И ты её больше ни разу не видел? Ни в жизнь не поверю! Капитан, знаешь же, где она стояла, колись!
– Товарищ майор, я же вам говорю…
Тогда Ковалёв достал свой смартфон, зашёл в электронную почту и открыл сообщение, что прислал ему судмедэксперт:
– Смотри, что сотворили с этой девушкой!
Капитан Трофимов мельком взглянул на фотографию и отвернулся в сторону.
– Если этого маньяка не остановить, – продолжал Ковалёв, – он не перестанет убивать, и тогда новые жертвы на твоей совести будут…
Оперативник немного помедлил, постучал пальцами по столу и мрачно пробасил:
– Была у неё постоянная точка, на выезде из города, – на пересечении…
– А вы, ребята, наверняка сами были не прочь поразвлечься… в перерывах между задержаниями? – усмехнулся Ковалёв.
– Майор, я тебе ничего не говорил, – злобно гаркнул Трофимов.
– А чего ты так напрягся? Думаешь, мне есть дело до проституток, которых вы крышуете тут в Москве? Береги свои нервы, капитан, – засмеялся Ковалёв. – Будь здоров – не кашляй.
Теперь Андрей Ковалёв остановился у поста ДПС и, показав своё удостоверение, сказал инспектору:
– Я расследую убийство. Вчера вечером здесь должна была проехать одна машина…
– Здесь много машин проезжает, самых разных: от Лады-Калины до Ламборджини. Какая вас интересует? – с улыбкой на губах спросил инспектор.
– А видеорегистратор в патрульной машине работает? – спросил, немного подумав, Ковалёв.
Далее, больше двух часов он просматривал материал, отснятый камерой видеорегистратора, до тех пор, пока качество съёмки не ухудшилось из-за темноты. Но вдруг мелькнула тень – чёрная Бентли промчалась по дороге…
– Постойте! А если прокрутить назад? Так. А теперь увеличьте этот кадр…
О проекте
О подписке
Другие проекты