Отзывы на книги автора «Василий Быков»

Старыя муж з жонкай, Пятрок ды Сцепаніда, дажываюць свой век на хутары Яхімоўшчына. Дакладней кажучы Сцепаніда і яе муж Пятрок, бо ў сям'і менавіта жонка з'яўляецца галоўнай. Здаецца ўсё у іх добра. У хатняй гаспадарцы ёсць куры, парася і нават карова. Харчоў таксама хапае: бульба, крупы, яйкі і зразумела сала. Дзеці прыстроеныя. Дачка вучыцца ў Мінску, сын служыць у войску, але пачалася вайна і хаця аб дзецях зусім няма звестак, старыя вераць што з імі ўсё будзе добра.

Асноўныя падзеі разгортваюцца ўвосень 1941-га. На хутар заносіць паліцаяў з мястэчка, Гужа з Каландзёнкам. Пакуль Сцепаніда на выпасе з каровай, яны чапляюцца да Петрака. Калі вяртаецца старая, то адразу пачынае Сварыцца з паліцаямі. Магчыма з-за гэтага, а мажліва проста каб зрабіць дрэннае тыя накіроўваюць на хутар немцаў, каб яны спыніліся там на пастой. Гаспадары па няволе павінны падпарадкоўвацца варожай сіле і з гэтай пары гаспадарка пачынае прыходзіць у заняпад.

Магчыма ў гэтым і крыецца "знак бяды", проста вайна і немцы, але здаецца ўсё складаней і глыбей.

У тэксце "знак бяды" узгадваецца толькі раз, калі маладыя Пятрок са Сцепанідай працуюць на выдадзеных у маёмасць дзесяцінах зямлі. Пятрок знаходзіць мёртвае птушаня і Сцепаніда кажа, што гэта дрэнная прыкмета. Прароцтва адразу пачынае здзяйсняцца - неўзабаве дохне конь на якім апрацоўвалі надзел. А без каня пад час пасяўной для гаспадаркі будучыні няма. Але праз настойлівасць і руплівую працу муж з жонкаю пераадолелі бяду, успахаўшы зямлю на сабе.

Другі знак гэта савецкя ўлада, а дакладней яе палітыка калектывізацыі і раскулачвання. Верагодна у ёй і было штосьці добрае, але дакладна быў вялізны недахоп. Адсутнасць крытэрыяў для вызначэння кулакоў. Які ўзровень дастатку робіцца крытычным і пераўтварае селяніна ў кулака? Любы. Асабліва калі даведзены план па раскулачванню не выконваецца, а з раёну з'явілась кіраўніцтва. Тут кулакамі робяцца не тое што багатыя, нават нямоглая бабка, якой дапамагалі з агародам запісана ў кулакі. А аднарукага старшыню які таксама выкарыстоўваў наёмную працу да пары можна не заўважыць.
Яшчэ адзін бядовы бок савецкай улады гэта даносы, шпегі і доўгія языкі. Ад чаго старшыня ўжо не ўратаваўся.

Апошні знак гэта пакінутая і схаваная па беларускіх землях зброя, якая відавочна калісці пачне "гаварыць". І ёй будзе ўсё адно каго зрабіць сваёй ахвярай, нашчадкаў здраднікаў ці нашчадкаў змагароў з захопнікамі

Усе гэтыя знакі азначаюць, што ў беларускай вёскі не магло быць будучыні. Тое што не развалілі саветы дабівалі немцы. Але тое як героі разабраліся з першым "знакам бяды" прымушае думаць, што надзея на лепшае ёсць.

Не мне, сидящему на диване судить автора прошедшего всю Великую Отечественную. Быков испытал и прожил все ужасы войны - голод, холод, атаки и отступления под огнем противника, неоднократно был ранен.
Но... ведь промолчишь - и дьявол восторжествует.
После прочтения книги создалось впечатление что когда - то в юности представитель советской власти ( чекист или партийный чиновник) обидел Быкова и его семью, наверняка эта обида была несправедлива, и до конца жизни автор затаил злобу на советскую власть, которую и выплеснул на страницах книги.
Сравниваю с книгами Драбкина

( в каждом сборнике интервью ветеранов ВОВ), там есть и белое и черное, там есть разное, а у Быкова все с оттенком черноты, все с какой-то червоточиной.
Мне представляется, если бы Быков описывал простую белую стену, то сказал бы так: "Ну да, белая, только посмотрите, сколько на ней полос, да и стена то на глиняном фундаменте, так как ничего путного советская система не создаст."
Вот пример из книги В.Быков:

«Вообще разговор о качестве оружия возникал среди фронтовиков довольно часто – и в госпиталях, и в минуты недолгого затишья. Злободневная тема! Все сводилось к одному: какая дрянь наши автоматы, пулеметы, орудия и танки. Но на политзанятиях сказать об этом не решался никто. Так как во всех газетах можно было прочесть: наше оружие, наша техника лучше немецких. У них там все искусственное, сплошные эрзацы – и хлеб, и мыло, и кофе. Да еще войска снабжают невыносимо вонючим порошком – дустом, которым пересыпают все в блиндажах. Выходило, что куда удобнее по нашему примеру жарить вшей в бочках, чем пользоваться им.

Читаешь и удивляешься - как мы с таким "дряным" оружием выиграли у лучшей армии мира.
Каждый бой, каждая стычка, упомянутая в книге это почти всегда проигрыш, горы трупов советских солдат, дураки - командиры, сволочи - штабисты, ну а о смершевцах и чекистах лучше и не упоминать, в их сторону одни проклятья.
Так и хочется спросить: Вы же описываете 1943-1944 года, продвижение советских войск, а текст ваш такой как - будто мы отступаем за Урал. Почему?

Некоторые раненые, не сдерживаясь, матерят больших и малых командиров, и тогда в палате нередко возникает крутой и откровенный разговор. А вечером или ночью в ней появляется офицер из СМЕРШа, и чересчур откровенного раненого куда-то забирают.

Так и представляешь себе, как под покровом ночи вампиры-смершевцы каждые сутки утаскивают в свое чекистское логово раненых бойцов.
Вот еще характерный для книги Быкова фрагмент:

Но где, спрашиваю, наша дивизия? «А вот она, — говорит и показывает на тонущую в грязи пехоту. — Перебрасывают на другой участок фронта». Ка-ак? Передо мной прошел мой полк, и я не смог его узнать — ни одного знакомого лица. «Да, почти никого не осталось, — со вздохом сказал старший лейтенант, посочувствовав мне. — А вообще-то зачем тебе возвращаться в нашу дивизию? Очень она невезучая. Ее всегда бьют. Поищи другую…» (Наивный человек! Он, очевидно, полагал, что где-то есть «везучие» дивизии.) Но тогда и я еще верил в такую возможность и последовал его совету.

По словам автора, подвиг 28 панфиловцев придуман, подвига Матросова не было как не было и подвига комсомолки Зои.
А что было?
Была советская пропаганда - отвечает Быков.
Кстати автор приводит и слова Брехта "Воистину, несчастна та страна, которая нуждается в героях". И как к этому относиться? Мы не нуждаемся в героях? Во всем мире прославляют своих граждан пожертвовавших жизнью за свободу своей Родины, а мы в них не нуждаемся? Мне не понять, как такое мог написать фронтовик, ходивший сам не раз под градом пуль в атаку.
Не понять.
В 1946 году Быков был в составе частей дислоцировавшихся в Болгарии. Будучи комсоргом, пропил ( он откровенно об этом пишет в книге, я ничего не придумываю ) вместе с сослуживцами комсомольские взносы. За этот поступок был исключен из комсомола.
И что делает Быков?

Я со злости пошел в ресторан и напился, и, вернувшись, бросил в грубку свой комсомольский билет. (С того дня и на всю жизнь — беспартийный.)

Для одних комсомол был игрой, а для других целью жизни
Завещание красноармейца С.Волкова: "Дорогие братья по оружию! Если я погибну в этом сражении, назовите меня коммунистом..." 12 февраля 1942 года
И я всегда буду на стороне одних и буду противостоять другим.
Мои советские предки были великими людьми, они были великанами отстроившие страну, выигравшие войну и отстроившие страну заново. А через 26 лет после окончания Великой Отечественной первый советский человек полетел в космос.
Если мы "ни на что не способны", то как мы добились таких результатов?
Очень настораживает один момент. Прочитают одну такую книгу, добавят "знаменитую" книгу Н.Никулина и будут кричать на всех углах: "Вот она, правда о войне, вот только это настоящая окопная правда." "Все что было до этого нам врала кровавая коммунистическая пропаганда" и т.д.
Настоятельно рекомендую книги Драбкина, они помогают понять наших предков и окунуться во времена героев - прадедов.
Нам нужны герои. Каждый человек, поднявшийся под огнем фашистов в атаку - это герой, каждый работавший по 14-16 часов на заводе чтобы дать стране оружие - это герой.
Мы нуждаемся в таких героях.
И движение "Бессмертный полк" тому подтверждение.

Это одна из самых страшных книг, которые я знаю. Книги о войне всегда тяжело читать, но читать про бессилие и ужасы существования на оккупированной двух пожилых людей практически невозможно. Мое сердце замирало от боли, когда я читала, как Степанида и Петрок пытались выжить в этих нечеловеческих условиях, и не просто выжить. Не имея никакого оружия и практически не имея сил в силу возраста и тяжелой крестьянской жизни, они так и не сломились перед немцами и полицией и даже как могли противостояли им. Преклоняюсь перед мужеством таких людей.

Содержание книги разворачивается в двух временных пластах - в 1980 году и в 1941. В 1980 году Павел Агеев возвращается в местечко в Белоруссии в поисках ответа на вопрос, который не дает ему покоя вот уже сорок лет, ответа, который смог бы снять груз с его души, либо наоборот. Он уже прошерстил массу архивов и теперь у него осталась последняя возможность - и он перекапывает карьер на окраине, чтобы найти хоть какие-то свидетельства.

Сорок лет назад после выхода из окружения, раненый, он вынужден был остановиться в этом местечке, чтобы залечить рану, набраться сил и двинуться дальше к линии фронта - к своим. Его приютила местная одинокая женщина, связанная с подпольем, выдав Агеева за своего сына. Но полиция сразу разгадывает этот обман и решает использовать героя в своих интересах. И с этого момента каждое решение Павла Агеева становится сложным, так как присутствует масса неизвестных параметров. И по прочтении я думаю, а не лучше ли ему было не идти на притворное соглашение с полицией, а сразу проявить стойкость и попасть в лагерь для военнопленных, но при этом, возможно, впоследствии сохранить жизнь нескольких людей? Да, в этом случае Агеев не познакомился бы с Марией, не случилось бы любви, но стоит ли любовь жизни - не своей, чужой?

Я ни в коем случае не осуждаю героя, у меня нет на это никакого морального права, да и реально никого из подполья он не предал, не подставил, только с Марией вопрос спорный. Поэтому и не может он успокоиться даже сорок лет спустя.

В книге нет батальных сцен, никто не бросается на амбразуру или под танк, не ползет по лесу с переставшими подчиняться ногами, геройство и преодоление здесь совершенно другое. Здесь нет сражений, здесь только жизнь одного конкретного человека, и его каждодневные решения и поступки. Да, наверное, каждому хотелось бы видеть себя героем в такой сложной ситуации, но, возможно, проще в чем-то сделать это на линии фронта, а не в оккупированном поселке.

Данная повесть первая для меня из творчества Василя Быкова и как же я рад открытию этого замечательного автора! Текст небольшой, но сколько в нем содержания, у меня прям полыхнуло от эмоций, куча мыслей в голове появилось и даже не знаю стоит ли прям раскатывать тут длиннющую портянку.
Понравилось как автор пишет: без затянутостей, ненужных отступлений, излишних перечислений, четко и по делу, гармонично выстроенный емкий текст что и говорить.
Это второе для меня произведение после "Госпиталя" Михаила Елизарова, где описана дедовщина в советской армии, а именно описаны ИЗНАСИЛОВАНИЯ молодых солдат старослужащими. Только в отличие от зубодробильной елизаровской повести, целиком посвященной дедовщине, тут эта тема всплывает как одна из сюжетных составляющих, но занимает немало места. Я когда читал это все, то вспомнилось как отец, служивший в 80-х под Москвой, мне 16-летнему говорил, что у них в соседней части были "петухи". Вспомнился давно смотренный новостной ролик про нашумевшее дело Сычева, в котором прозвучала фраза, мол по старой армейской традиции этого парня по ночам насиловал старослужащий. То есть эти вещи, упоминаемые в "Госпитале" и "Волчьей яме" не преувеличение какое. Предполагаю, что конечно не во всех частях такое царило, но, по всей видимости, это происходило (или происходит?) в куда большем масштабе, нежели мне казалось до прочтения повести Быкова.
Во время чтения вспомнились реплики женщин на работе, дескать мужчины в армии сейчас в основном не служат, мельчают - какие же они дуры, кто это говорил! Ладно армия, когда тебя гоняют по спорту, по военной подготовке, но и дают нормально восстанавливаться, качественно питаться - тут вопросов нет. Но когда мой знакомый, отслуживший лет 14 назад рассказывал, что после тяжелейших работ им выдали суп, они ели уже и тут один парень замечает, что в супе не вермишель, а червяки - все офигели сперва, но были так голодны, что каждый в итоге доел. Девушки, что недовольны, мол парни маменькины сынки неслуживые, вы бы хотели себе такой вот участи? Да и кто мелок на самом деле с этими вот закидонами?
В самой повести солдат-дезертир мучается вопросом как ему было поступать в данной ситуации, когда такое творилось? Священник с ютуб-канала Videoparaklit отвечал так: если христианин попал в обстоятельства (армия, тюрьма) где его насилуют и никак такие ужасные прелюбодеяния остановить нельзя, то допустимо самоубийство как выбор меньшего зла и оно не будет греховным. Как с этой ситуацией справлялся главный герой спойлерить не буду.
Очень житейски описана судьба бомжа, второго героя повести и как-то изменилось отношение к этой категории населения, они такими стали из разных причин, но в обществе их воспринимают под одну гребенку.
Не буду долго томить. Такие тексты однозначно являются высоким искусством, т. е. шевелят в человеке правильные шестеренки, недурошлепские; заставляют по новому посмотреть на те или иные явления, а главное на себя.

О войне пишут несколько типов писателей. Первые сами прошли через неё, но они не владеют языком на высоком уровне, и книги их застывают на грани между мемуарами и романами. К сожалению, эти книги не представляют высокой художественной ценности, хотя эмоционально насыщены до предела. Писатели второй группы никогда не были на войне, но язык и стиль их очень хорошо отточен. Такие книги, за редким исключением, оставляют ощущение, что вас обманули.
А есть такие писатели как Быков. Когда читаешь его книги, веришь каждому предложению, потому что это правда и потому что каждое написано так, как должно быть написано.
И да, это страшно. По-настоящему страшно. Безнадёжность, одиночество героев, их борьба с самими собой, упрямое движение вперёд, а в конце нелепая смерть. Именно у Быкова эта нелепая, почти бессмысленная, отнюдь не героическая, смерть ощущается так остро. Потому его очень тяжело читать.
А о войне и не должно быть легко.

Так уж вышло, что я решила перечитать многое из школьной программы и вообще классики. Сравнить, так сказать, впечатления спустя годы. И первыми на очереди в книжном шкафу оказались книги Быкова. Того Быкова, который Василь, а не Дмитрий Львович.

Рассказ довольно короткий, но, как всегда у Быкова, емкий и насыщенный эмоциями. В центре сюжета взвод автоматчиков, которому предстоит непростая ночь, и к утру никто уже не будет прежним.

О войне Быков пишет жестко, мрачно, и местами жестоко. Без всяких приукрашательств, без патриотически-угоднического пыла... Жизненно пишет. Оно и понятно, Василь Быков прошел ВОВ, на собственной шкуре испытал все тяготы и видел столько, что хватит сотне писателей. Любопытно, что в 1997 он уехал в Финляндию и стал, по сути, политическим эмигрантом. После Финляндии была Германия, а затем и Чехия.

Продолжу читать. Тяжелое чтение, но книги очень сильные.

Изнуряющая Вторая Мировая война, враг уже на территории Советов осаждает Сталинград, зима 1942-1943. Юная Зося Нарейко тайком сбежала из дома от матери в партизанский отряд восемь месяцев назад. У Зоськи задание, которое она очень боится провалить. Она комсомолка, истово верит в победу без единого сомнения. Ее девичья душа не терзается угрызениями совести, есть враг и ее вклад в общее дело сможет хоть на капельку остановить немцев, которые уже хозяйничают по деревням. Путь до задания предстоит нелегкий, зимние тропки заметает почти мгновенно, да и Зоська совсем не обучена к трудностям выживания в голом поле. На счастье к ней на помощь пришел бывалый партизан Антон Голубин, неплохо ориентирующийся на местности и в вопросах выживания в диких условиях. Дорога опасная, Зоська по неопытности доверилась Антону. Этот человек уже разочаровавшийся в войне, он засомневался в победе и пытался "улизнуть с войны". "Всего лишь потому, что где-то усомнился, по молодости захотел выжить и в трудный момент не совладал с нервами..." Откуда ж было знать Зоське, что опасность ближе чем она могла себе и представить! Быт и трудности партизанской войны удалось передать Быкову настолько правдоподобно, что в какой-то момент я поймала себя на мысли будто смотрю фильм, пробегая строчки глазами. Погони, страх преследования, плутание по горным тропинкам, остановка на ночлежку в доме польской семьи. Храбрость Зоськи, суровая правда войны и непонимание как она не рассмотрела потенциального врага раньше. Жалко Зоську, ей встретился Эгоист, жонглирующий своими принципами в угоду насущным желаниям и, как оказалось, успехам Красной Армии. "Предать, обмануть, надругаться ему ничего не стоит, потому что для него не существует моральных запретов, он всегда будет таким, каким его повернут обстоятельства. А обстоятельства на войне - вещь слишком изменчивая, и такой же скользко-изменчивый по отношению к людям будет Голубин." А смелости и отваги Зоськи не занимать, молодец девчушка!

Не так просто с этой самой штуковиной, которая называется совестью, сносно прожить даже в мирное время, не говоря уже о войне. Ведь тут борьба. Кто - кого.

Бывают свои хуже врагов, - тихо сказала Зоська. - Врага можно убить. А в своего не так легко выстрелить.

Для меня Василь Быков - автор, который точно может передать атмосферу времени.
Взять детей Алеся и Семку. Как они повзрослели, как Быков описывает их решительность и настрой. Они уже не маленькие дети, которые готовы увернуться от удара матери, они эти удары принимают, показывая всю серьёзность принятого решения.

Они бы должны разбежаться, как делали это не раз прежде, но теперь даже не сдвинулись с места, и это вовсе озлило ее.

По поводу матери...очень её жаль. Хотела как лучше: уберечь, защитить...а вышло, что стала практически убийцей собственных детей.

Не зря повесть называется "Свояки". Остаётся вопрос насколько свояк остаётся свояком если каждый воюет по разные стороны?Что важнее родственные связи, родная кровь или идеология? Это прослеживалось и в Гражданской войне, и в Великой Отечественной.

Фронтовика, который в детстве ел лебеду и траву вместо конфет, работал на стройке в юности, потому что не на что было учиться, которого чуть не расстреляли как шпиона, который в войну валялся днями в снегу под пулемётным огнём, в которого стреляли из танков, которого били командиры, который прошёл с боями Украину, Венгрию, Болгарию.
Имеет ли он право говорить плохое про колхозы, если его батька за год зарабатывал там половину торбы зерна? Имеет.
Имеет ли он право говорить о жестоких командирах, слабом советском оружии, и бросать в печку комсомольский билет, если он ощутил, как хлюпает в сапоге его собственная кровь и как отнимается речь при контузии? Имеет.
Имеет ли он право уважительно относиться к немцам и их оружию, если он с ними схватился непосредственно в бою? Имеет.
Имеет ли он право, отслужив несколько лет на Кунашире, говорить о муштре и показухе в Армии и слишком усердно работающем СМЕРШе? Имеет.
Можно сказать, что Армия сделала из него человека, а можно сказать, что на таких людях держится Армия.
Читать однозначно стоит интересующимся историей ВОВ и желающим "повторить".