Губа привела Леру в смежную комнату, примыкающую к кабинету для занятий, и открыла громадный шкаф-купе, простирающийся на всю длину своеобразного хранилища вещей.

– Вижу целый магазин-универсам для женщин! – не сдержав удивления, воскликнула Лера. – И чего только в нем нет. И одежда и обувь и платья. И все разнообразных цветов и фасонов. Для того чтобы примерить все на себя потребуется не меньше месяца.

– Все, курсант Ли, мы не станем мерять. Нам такая работа ни к чему. Но основные базовые вещи, которые должны быть в гардеробе каждой культурной и воспитанной девушки или женщины ты обязана знать наизусть. С изучения базовых вещей мы и начнем новое занятие.

Достав жакет светло-бежевого цвета, инструктор привычным движением надела его на манекен женщины, облаченной в длинное вечернее платье.

– Смотри и запоминай. Наш жакет подойдет и к другим вещам. Следовательно, он является одним из базовых предметов и подобным обстоятельством нам надо обязательно воспользоваться. Добавим нашей символической женщине, чтобы она выглядела настоящей дамой, приглашенной на торжественный прием – красивое ожерелье.

– Какое красивое ожерелье! – удивилась Ли. – Ожерелье из настоящего жемчуга?

– Имей привычку надевать красивые и дорогие вещи, а не дешевую китайскую бижутерию. Настоящий знаток моментально различит подделку и тогда все – конец. Задание считай провалено.

«Похоже, это целое искусство – умение красиво и модно одеваться. Мне потребуется приложить немало усилий, чтобы все запомнить и разложить у себя в голове по отдельным полочкам».

– Запомни, курсант Ли один непреложный закон женского дизайна. Ансамбль молодой женщины может быть самым разнообразным, но в нем должны присутствовать всего три цветовые гаммы. Лишние цвета являются перебором и смотрятся вульгарно. Первым делом ты сама составишь ансамбль для похода с другом-мужчиной в театр. Для наглядности просмотри альбом. В нем представлены наиболее типичные и изысканные наряды для подобных мероприятий. Выбирай на свой вкус. На все тебе отводится тридцать минут. А я пока отдохну у себя. Кроме твоего обучения, курсант Ли у меня есть и другие дела.

Губа скрылась в соседней комнате. Лера начала колдовать над своим вечерним нарядом. Задание оказалось совсем непростым. Ничуть не легче, чем тридцатикилометровая пробежка с полной боевой выкладкой. Она остановилась на бледно-вишневом вечернем платье и ожерелье, доходящим до середины груди. Не удержавшись от соблазна при виде настоящих драгоценных камней она, больше не сомневаясь, надела перстни на свои отнюдь не слабые пальцы. «Кстати, мне впору заняться бедными пальчиками. Какие они грубые и выглядят как у доярки, отработавшую целую смену на дойке коров. Конечно, это будет другая история. Я считаю, что мой инструктор давно заметила мои руки. Мы не подходили к этому вопросу из-за недостатка времени».

– Как успехи, курсант. Ты прилично выглядишь. Но мне придется внести свои коррективы. Я думаю, что ты не станешь на меня обижаться. Во-первых: наше ожерелье хотя и гармонирует по цвету с платьем, но оно слишком длинно для тебя и его надо укоротить или заменить другим. Далее – слишком много ювелирных украшений. Не надо публике показывать много золота и камней. Излишки раздражают людей, и они невольно отторгаются от тебя. У них возникает неосознанная внутренняя агрессия и тогда продуктивный контакт может не состояться. Напоследок – твои лодочки выглядят просто ужасно и они никак не сочетаются с остальным туалетом. Возьмем другие туфли. Я думаю, что они будут тебе впору. Так и есть, подошли. Прической и всем остальным, курсант Ли мы займемся чуть позже. Занятие на сегодня закончено. Повторяй вновь то, что мы прошли сегодня. Завтрашнее занятие начнем с повторения прошлого урока.

«Фактически, я занята целый день и последние три месяца я постигаю азы этой науки. Остался всего один месяц обучения и тогда, если я сдам выпускные экзамены (а они обязательно состоятся) меня зачислят в специальный отряд, и я начну выполнять особые задания. В чем они будут заключаться, можно только догадываться, но то, что они будут нелёгкими – однозначно. Но, поскорее бы обучение заканчивалось. Тогда появилась бы какая-то определенность и тогда я смогла бы импровизировать и строить дальнейшие планы. Пока у меня жизнь подчиняется расписанию и уставу нашей школы».

Отряд из десяти бойцов спешно высадился на плато горного массива, тянущегося вдоль нескольких соседних стран. Начальник отряда Николаев или Конон ставил задачу перед группой.

– Мы в двадцати километрах от нашей цели. Цель – химическая лаборатория, производящая неизвестное химическое вещество. Рядом находится военная база противника. Наша задача – проникнуть скрытно в лабораторию и взять образцы и документы. Все надо сделать тихо и без прямого боестолкновения с противником. Следует учесть, что мы находимся на территории соседнего государства, с которым у нас дружеские отношения, но оно проводит собственную военную политику. Через пять часов нас будет ждать вертушка в условленном месте. Всем все ясно? Вопросы есть?

– Разрешите вопрос, командир. Если государство для нас дружественное, зачем нужна операция?

– Оперативник Ли вы задали пустой вопрос. Мы должны только четко выполнить поставленную задачу и не нам решать: что делать, а от чего отказаться. Это приказ и его надо выполнить любой ценой.

Часа через три группа оказалась перед химической лабораторией. Невысокое двухэтажное здание, обнесенное железным забором, весьма напоминала загородный домик крупного чиновника, нажившего свое добро путем многочисленных взяток и откатов. Подобных особнячков и особняков особенно много расплодилось в стране за последние десять-двенадцать лет и все люди как бы привыкли к подобным вещам. Иначе и быть не могло – у нас разрешили все. Было бы достаточно финансов. Каким путем они достались владельцам подобных особнячков – никого и не интересовало.

– Шесть человек по периметру и четверо со мною в здание, – приказал старший Николаев. – Помните, как можно меньше шума. Стрелять только при крайней необходимости. Через две минуты начнем просачивание.

Лера внимательно осмотрела свое снаряжение. Черный комбинезон, бронежилет, маска скрывающая лицо и специальный автомат. «Все на месте. Главное, мне надо действовать быстро и незамедлительно, чтобы не подвести команду».

– Вперед. Начали, – в наушниках раздался голос Конона.

Четверо бойцов скрытно подобрались к центральному входу. Часовые были сняты без единого выстрела. Лера и двое бойцов поднялись на второй этаж. Конон продолжал руководить операцией. Лера тут же заметила боевика, явно не ожидающего гостей. Противник сумел разрядить автомат в незваных посетителей. Очередь, едва не задев бойцов, прошла мимо. «Родилась в сорочке, не иначе, – горестно улыбнулась девушка. Было бы обидно погибнуть зря, не успев ничего сделать». Обезвредив боевика, Лера двинулась вперед. Увиденная картина поразила ее. С десяток полуголых девушек, обнаженных до пояса перебирали мелкие свертки, сортировали и взвешивали готовую продукцию. В замкнутом помещении было душно, и стоял неприятный, «химический» запах, напоминающий огородный дуст, применяемый дачниками в борьбе с черными земляными блохами. «Интересная картина вырисовывается. Откуда появились дамочки? Чем они тут занимаются и для чего военной разведке нужно подобное производство? Наркотой должен заниматься наркоконтроль, но только не мы».

– Девиц закрыть в соседнем помещении, – прозвучал голос Николаева. – Возьмите пробы и бегом в серверную. Изъять все данные с компьютеров. Выполнять.

При подходе к серверной комнате Лере и двоим бойцам, пришлось основательно поработать. Несколько очередей произведенных из бесшумных автоматов сделали свое дело. Большая часть охранников были тяжело ранены и не смогли оказать серьезного сопротивления. Николаев или Конон координировал ход, проводя операцию, хотя лично и не принимал непосредственного участия в схватке с противником. Он наблюдал перемещение своих бойцов по специальному дисплею и отдавал команды. Справиться с компьютерами оказалось несложным делом. Изъяв четыре жестких диска (их обучали на занятиях) Лера подошла к сейфу.

– Действуй быстрее, Ли, – скомандовал Николаев. – У тебя всего семь минут. К ним идет подкрепление с военной базы.

Через три минут напряженной работы замок сейфа был успешно открыт. Сняв с полок все документы и сложив их в сумку, Лера поспешила к выходу. Она осталась одна. Двое других бойцов заканчивали обыск в соседних помещениях. Подоспевшие на помощь охранники с двух сторон открыли огонь. Сняв двух охранников справа, Лера успела укрыться за небольшим выступом.

– Конон! Требуется помощь! Огонь слева.

– Николаев, находившийся позади Леры, уложил одного боевика.

– Выходи, Ли! Путь свободен, – сообщил Николаев.

Как только она вышла, из своего импровизированного укрытия, полная очередь из автомата Николаева прошла чуть выше головы Леры. Девушка побледнела. Ей было действительно страшно. Она чудом избежала верной гибели. Но одна из выпущенных пуль, отрекошетив от кирпичной стены задело плечо Леры. В пылу атаки она сразу и не заметила ранения, но через десять минут плечо заныло и стало неметь.

– Конон! Я ранена. Вытаскивай меня отсюда. Николаев с бойцами незамедлительно вынесли девушку из здания, и вся команда растворилась в темнеющих вечерних горах. Через три часа все вернулись на базу. Николаев ходил мрачный и угрюмый. Бугрецов приказал ему написать подробный рапорт о проведенной операции и детально описать эпизод, произошедший с Лерой. В госпитале девушка чувствовала себя удовлетворительно и можно сказать: радовалась про себя. «Я вчера родилась во второй раз». На следующий день Николаев появился в палате Леры с цветами.

– Ты меня извини Ли, что так все вышло. Стрелял я совершенно случайно. Я тебя сильно задел?

– Не волнуйся, Конон. По крайней мере, жить буду. Но все же скажи мне: зачем ты начал стрелять, когда все охранники были ликвидированы?

– Я увидел тень, мелькнувшую рядом с тобой. И, соответственно, среагировал на нее очередью. Считаю, что будь ты на моем месте, ты поступила бы так же.

– Будь уверен, Конон. Ты же меня прикрывал и действовал правильно.

– Теперь Ли поняла, как все произошло. Ты больше на меня не сердись. Мы с тобою остаёмся друзьями?

– Можешь не сомневаться, Конон. Будем считать инцидент исчерпанным. Спасибо тебе за цветы. Я их очень люблю.

Лера интуитивно чувствовала, что дело заключается не в этой якобы случайной автоматной очереди, а в чем-то другом, пока не понятном и не доступном для осмысления. Во время диалога глаза Николаева обычно холодно и серьезно смотрящие на собеседника, часто уходили вниз, и его взгляд был направлен в сторону. «Он или что-то недоговаривает или лжет. Но зачем парню все надо? С какой целью он делает? Во всяком случае, мне надо пристальнее присмотреться к нему, но сделать правильный вывод будет совсем непросто».

– Спасибо Конон, что навестил меня и постарался объяснить свои действия. До свидания. У меня закружилась голова.

Лера закрыла глаза и перед ней вновь стали всплывать картины прошлой операции. Она теперь полностью вспомнила, что никакой чужой тени противника не было. Иначе, она бы видела ее. Она отчетливо представила весь коридор, где происходила перестрелка. «Пока мне ничего не ясно. Докладывать о сомнениях нашему Бугрецову я не стану. Нет никаких конкретных очевидных фактов, а без них руководство сочтет мои обвинения необоснованными данными и фантазиями. Я думаю, что со временем разберусь с этим делом. В целом операция была довольно странная. Вместо химического завода, производящего якобы боевые отравляющие вещества, мы обнаружили первоклассную лабораторию, производящую наркотики. В том, что в ней изготавливают наркотики, я не сомневаюсь, даже без всяких лабораторных анализов. Все виды наркотиков мы в свое время изучали на специальных курсах, и я их хорошо запомнила». Лера не стала рассказывать матери о своем ранении. «Не хватало мне добавлять ей порцию горечи и страданий в одинокую, однообразную жизнь моей мамы. Чем она мне сможет конкретно помочь? Естественно – ничем. Кроме лишних слов и причитаний от нее больше другого не дождёшься». Через десять дней ее выписали из госпиталя.

– Молодец, старший лейтенант. Ты хорошо проявила себя и успела принять боевое крещение. О тебе доложили нашему генералу. Он в курсе твоих достижений.

«Кто же такой таинственный генерал? Почему его все так бояться, и выполняют все его указания? Хотелось бы мне на него посмотреть?»

– Ты на себе почувствовала старший лейтенант, каково участвовать в реальном бою с настоящим противником. Враги не дремлют и тоже не пальцем деланные. Поэтому, тебе, да и всем нам, следует готовиться к любой операции тщательно и просчитывать все варианты.

«Бугрецов говорит мне эти прописные истины, так как будто я их никогда не слышала. Я думала, что он мне скажет что-то более дельное и определенное».

– У вас все, товарищ майор. Разрешите идти.

– Снова начала хорохориться, лейтенант. Кстати, от подобной вредной и ненужной привычки торопиться и перебивать начальство тебе нужно срочно избавляться. Иначе, она повредит твоей карьере. Начальство не любит всезнающих, торопливых людей. На то оно и начальство, наподобие меня, чтобы давать соответствующие указания и приказы какими бы они не были нелепыми и неразумными в глазах подчиненных. Но, я Ли отношусь к тебе с уважением и прощаю твою дерзость. Учти старший лейтенант, что это – пока. В дальнейшем, никаких скидок на молодость и отсутствия опыта я делать не стану. У меня пулей вылетишь из отряда и станешь обычной переводчицей (каких пруд пруди) в отдаленном, захудалом гарнизоне.

«Нашел мужик, чем бабу пугать, – вспомнила Лера старинную поговорку. – Можно подумать, что я до смерти хочу всех этих боев и кровопролитий. Можно жить и работать везде, в любом месте. Без меня мир ни как не изменится. Но тогда прощай моя заветная мечта – разыскать отца и повидать другие страны. Мне надо быть сдержаннее и не грубить нашему майору. Он человек совсем неплохой и, по всей видимости, желает мне добра».

– Так точно, товарищ майор. Я поняла, что вы мне сказали и приму к сведению ваши замечания.