Отдых, как правило, длился не более пяти минут. Затем все начиналось сначала. Курсанты вздыхали и ворчали про себя. «Черт же меня дернул попасть сюда. Командовал бы спокойно взводом, где все привычно и никаких нагрузок. Тут, в школе выкладываешься, словно раб на галерах до самого посинения». Бобер своим внутренним устройством или «нутром» как он сам называл свое сокровенное чутье, – командовал громогласным голосом:

– Подъем! У нас не институтки, а бойцы. Бегом десять километров.

«Когда же все это закончится? Мне временами кажется, что тренировкам не будет конца. А впереди ожидают и прыжки с парашютом и горно – штурмовое дело. И много всего, о чем можно только догадываться». Несмотря на тяжелейшие нагрузки, Лера стала ощущать в себе относительную легкость в движениях, да и во всём, чем бы она не занималась. То, что раньше ей казалось тяжелым и затруднительным, типа пробежки на длинные дистанции или схватки с превосходящим по силе противником, сейчас эти упражнения она проделывала значительно легче и лучше. Инструкторы, проводящие занятия с курсантами, иногда подшучивали:

– Берите пример с Ли. Она стала все делать лучше и увереннее. Вы мужики равняйтесь на нее.

Лера в последнее время стала замечать у себя одну неизвестную ей раньше способность. В моменты сильнейшего напряжения, когда требовались мобилизовать все имеющиеся силы для успешного выполнения учебного задания, ее ноги могли спокойно отрываться от земли и она, в буквальном смысле, пролетала над землей с десяток метров, не опускаясь на нее. Но не появившаяся способность удивляла девушку. Ее больше поразило то, что находящиеся рядом курсанты вовсе не замечали подобного перемещения своей коллеги. Правда, один из них – Сергей все же удивился, когда девушка неизвестным образом оказалась не рядом с ним, а в другом месте.

– Какой я растяпа, Ли! Когда же ты успела отбежать от меня? Почему я не заметил? Ты ведешь себя как настоящий диверсант.

Лера ничего не стала объяснять курсанту. Она и сама до конца не могла понять: что с ней произошло и почему именно с ней? Сразу после отбоя вместо привычного сна, она стала вспоминать рассказы матери – Светланы Сергеевны. Лера, естественно, не помнила обряд крещения. Немыслимо, что-либо помнить любому человеку, когда ему всего три месяца, но рассказ матери о крещении она твердо запомнила на всю жизнь. «Тогда, в церкви я также удержалась в воздухе, одна, без всякой поддержки и посторонней помощи, когда священник выпустил меня из своих рук. И крещенской воды я совсем не испугалась, а напротив, радостно лепетала при погружении в купель. Произошло определенно чудо, – заметил священник. Видно, Благодать Божия сошла на девочку. Но почему именно на меня, мне не дано знать». После подобных размышлений Лера заснула и спала до подъема. В силу природной осторожности Лера никому не говорила о том, что она может подниматься над землей, оставаясь целой и невредимой. Любой здравомыслящий человек, не говоря о ее начальстве, сразу бы покрутил указательным пальцем вокруг виска, не веря рассказчику ни единого слова. Подобного не может быть в нашем совершенном мире. У нас не раннее Средневековье, когда суеверные люди верили, что женщины (а почти все они – ведьмы) могут летать на своих хозяйственных метлах. Вскоре Лера убедилась, что произошедший с ней случай вовсе не единичный эпизод, а вполне регулируемая волевым усилием объективная реальность. Когда у нее предоставлялась редкая возможность остаться одной, она сознательно вызывала у себя эту способность: перемещаться и пролетать по воздуху приличные расстояния. Особенно хорошо перемещения получались в моменты сильного волевого напряжения, когда все имеющие у нее силы были сконцентрированы в единый кулак. «Кто же мне помогает? Откуда у меня появилась такая способность? Неужели наш Всемогущий Господь, осенивший меня этим даром? Только Он может даровать подобные способности людям из любви к ним, заранее зная и видя, что с ними случится в будущем». Лера поцеловала крестик, аккуратно и незаметно зашитый под подкладку ее повседневной, камуфляжной куртки, для того, чтобы он не вызывал никаких вопросов у начальства. Руководство школы хотя и не одобряло, так называемые, «поповские» штучки, но и не запрещало носить курсантам различные амулеты. В военном училище девушки – переводчицы, в особенности «мажорки», чуть ли не на показ выставляли сплошь золотые кресты окружающим. Лера никогда не одобряла подобный показ. Она считала, что вовсе не нужно свое сугубо личное демонстрировать различным людям, способных всегда высмеять важное для человека. В особом отряде такие вещи были строго запрещены. Разрешалось носить только специальные жетоны с индивидуальным номером, присвоенным курсантам. Естественно, что никаких молитв и посещение церквей в школе не было и в помине. Не хватало еще элитному подразделению тратить время и силы на все эти бесполезные посещения. Лера, чтобы окончательно не забыть почти забытые молитвы по два – три раза в день произносила Иисусову молитву. Она хотела поддерживать незримую связь с Верховным Существом, даровавшим ей необычные способности. Пришлось Ларе испытать и все «прелести» горно-штурмового боя с условным противником. Курсантам требовалось подняться на горную вершину с полной выкладкой боеприпасов и с другим оборудованием и осуществить ее захват. Задача требовала не только значительных физических усилий, но и напряженной, умственной работы. «Наш противник тоже не лыком шит. С высоты ему значительно лучше виден обзор и передвижение группы захвата. Приходиться использовать обходные маневры, чтобы перехитрить его и выйти к намеченной цели. Но как лучше сделать? Условный враг достаточно нас изучил, и он знает каждый наш шаг» – раздумывала Лера, продвигаясь с группой из четырех человек к заветной высотке.

– Командир! Что нам делать? – услышала она по рации голос своего напарника, поднимающегося чуть выше ее. – Нас начали обстреливать из пулемета.

Лера уже знала, так как звук пуль был отчетливо слышен издалека. Они совсем недалеко от противника.

– Прекратите движение и укройтесь! – приказала Лера остальным. – Я полезу вверх и осмотрюсь.

Она взяла вправо и поползла к высоте, используя для маскировки любой изгиб местности и горные складки. Через пятнадцать минут она увидела своего противника – такого же курсанта, периодически выпускающего очереди из пулемета. Остальные трое – старались не выдавать себя, но по колыханию невысокой травы можно было допустить, что в ней скрываются люди.

«Как же мне скрытнее подобраться к противнику? Задача усложняется тем, что противник чувствует себя в полной безопасности». Его от группы Леры разделяла глубокая и черная трещина, шириной не менее трех метров. Ни один боец, как бы он ни был хорошо подготовлен, не смог бы преодолеть возникшее препятствие. Требовался длительный по времени обход неожиданной помехи. «Времени у моей группы остается совсем немного. Всего полчаса. По истечению срока считалось, что бой закончился нашим поражением, и поставленная задача не будет выполнена. Нет! Так дело не пойдет! Надо мне лично проявить инициативу».

Она откатилась немного в сторону, чтобы пулеметчик не смог ее видеть и прыгнула через широкую расщелину, уходящую вниз на неизвестно какую глубину. Как она сумела ее преодолеть впоследствии она и сама не могла толком разобраться. Никакого страха и волнения она не испытывала. Когда она отталкивалась перед прыжком, ее тело чувствовало необычайную легкость, и она знала заранее, что благополучно приземлится туда, куда и намечала попасть. Ошеломленные неожиданным появлением Леры бойцы не могли сразу понять: откуда на них словно на голову свалился неожиданный противник. Никто из них не ожидал дерзкой атаки с этого направления. По всем канонам горно-локальной войны здесь имелось непроходимое для любого альпиниста место, для преодоления которого требовалось много времени. Захваченным врасплох курсантам, изображающих из себя условного противника ничего не оставалось делать, как признать себя побежденными. Лера сразу нейтрализовала пулеметчика, а остальные бойцы были ликвидированы брошенной гранатой. Инструкторы, разбирающие учебный бой никак не могли поверить, что курсанту Ли удалось молниеносным броском через расщелину выиграть сражение.

– Прыжок выше человеческих возможностей. Такого не может быть. А как же законы гравитации? – в унисон повторяли они и покачивали головами. – Но все же она сумела прыгнуть. Как же она смогла? – удивлялся майор Бугрецов, присутствующий при разборе. – Надо мне повнимательнее присмотреться к этой Лере или Ли, как ее здесь называют. Возможно, что у нее имеются такие уникальные способности, неизвестные нам. Все ее данные, несомненно, пригодятся в последующих операциях, разработкой которых мы и занимаемся. Наша наука, и это доказывают тибетские монахи, не отрицает факта существования левитации – передвижение человека по воздуху без всяких летательных аппаратов. Все научно доказано. Доказано и явление телепортации. Редко, но все же подобное явление встречается в нашей жизни. Вот вам и все объяснение немыслимого прыжка курсанта через непреодолимое препятствие.

Майор Бугрецов после поразительного случая стал особо выделять Леру и внимательно следил за ее дальнейшими успехами в обучении. Началась морская подготовка будущих специалистов. О чем давно думала и мечтала Лариса, теперь наяву находилось перед ней. Огромный, безграничный синий простор, переливающийся под солнечными лучами всеми красками палитры. Она увидела безграничное количество водной массы то накатывающейся на берег, то отступающей от него благодаря ветрам и подводным течениям. Соленые брызги, долетающие до девушки и свежий морской воздух, несущий в себе едва ощутимый запах глубинных водорослей, йода и Бог знает еще чего – все удивляло и завораживало Леру. «Хорошо бы поплавать в морской водичке и слегка освежиться», – подумала она и чуть подалась вперед.

– Ли! Встаньте на место, – приказал инструктор, словно читая ее мысли. – Сегодня мы отрабатываем плавание в гидрокостюмах. – Видите морской буй, – преподаватель показал на красное возвышение, едва различимое из-за расстояния. – Цель занятия – доплыть до него и вернуться обратно. Предупреждаю, что упражнение не из легких, как вам кажется на первый взгляд. Поплыли. Кто раньше из вас вернется – получит два часа свободного времени.

Лера чувствовала себя в море, как рыба в воде. Она плыла без труда, не прилагая для передвижения слишком много усилий. Ее напарники, чувствовали себя значительно хуже, чем она, хотя и они справились с поставленной задачей.

– Снова ты Лера хочешь отличиться и поставить себя на первое место, – подколол ее напарник Николаев, с позывным Конон. – Всегда норовишь вырваться вперед.

– Иначе нельзя, Конон. Только отдав все силы для выполнения задания, ты сможешь его выполнить. Работай над собой, Конон. Усиленно работай и тогда у тебя все получится.

– Отставить разговоры, – рявкнул на них инструктор-подводник. – Задача: снова плыть до этого буя, но плыть под водой. Воздуха в баллонах акваланга ровно на двадцать минут. Кто всплывет раньше, не достигнув цели, тому достается повторная попытка. Выполняйте.

После подводного заплыва Ли снова оказалась впереди всех напарников – мужчин. Контрольный замер показал, что при передвижении, она почти не использовала воздух, имевшийся у нее в двух баллонах, закрепленных на спине.

– Чем же ты дышала, курсант Ли, – услышала она голос инструктора. – Даже мне потребовалось бы значительно больше сжатого воздуха, чем то, который ты использовала. Объясни нам недоумкам.

– Все получилось само собой. Я плыла и плыла и ни о чем особо не думала.

Лера знала, что она длительное время может находиться под водой без всяких специальных аппаратов типа различных аквалангов и дыхательных трубок. Во время различных погружений под воду, она убедилась, что вполне может не дышать сжатым воздухом из баллонов, а надолго задерживать свое дыхание. Удивительно, но при таком способе дыхания, Лера чувствовала себя так, как будто в ее лёгкие поступал сжатый воздух из баллонов. «Рассказывать мне о таком способе дыхания некому и ни к чему. Если я и расскажу, меня сразу возьмут в оборот и будут исследовать, словно лабораторную мышь. Мне такого совсем не надо. Моя задача – отлично закончить порядком надоевшее мне обучение и попасть за рубеж, где я возможно и разыщу отца».

Бугрецов, естественно, был осведомлен об успехах Леры в подводном плавании. Он был руководителем особого отряда. Она вновь заинтересовала старого диверсанта – разведчика и он решил лично убедиться в ее способностях. При очередном погружении в море, когда требовалось достать условный груз с сорокаметровой глубины, Бугрецов дал указание заполнить баллоны Леры на половину сжатым воздухом. «Если она может дышать без аппаратов, для нее это количество воздуха будет достаточно и тогда все уловки нашей курсантки будут налицо. Впоследствии я решу, что с ней дальше делать». Лера, ничего не подозревая, спокойно дышала в акваланге. Но когда ее глубиномер показал тридцать метров, она сразу поняла, что ее баллоны пусты. «Что же остается делать, когда я стану погружаться дальше и начну искать груз? Все сразу поймут, что я смогу обходиться без дыхательных аппаратов и тогда… Тогда меня обязательно начнут изучать со всех сторон и прощай моя мечта – встреча с отцом. Нет! Мне надо поступить иначе».

– База. Я. Ли. У меня заканчивается воздух. Задание выполнить не могу. Начну всплытие.

Через короткую паузу последовал ответ: – Всплытие разрешаю. Конец связи.

Бобр с нарочито серьезным видом дал хороший нагоняй техникам, заправляющим баллоны, хотя они действовали по его прямому приказу. «Неужели наша сопливая девчонка догадалась о моей задумке? Никогда бы на нее не подумал, что она смогла обвести вокруг пальца старого морского лиса. Явно Ли – незаурядная личность и мне стоит поближе сойтись с ней. Что интересно: к ней не придраться. Всегда действует по инструкциям и уставу». На следующий день Ли вызвали в кабинет Бугрецова.

– Наслышан о твоих успехах курсант. Давно таких бойцов у нас не было в нашей школе. Надо же тебе так учиться, что по всем показателям ты превосходишь всех мужиков. Они тоже не середнячки, а настоящие офицеры.

– Рада стараться, товарищ майор. Вы для комплиментов меня пригласили?

– Не слишком дерзи, Озерова. Не то отправлю на гауптвахту. Честно говоря, нравишься ты мне своей дерзостью и упрямством. Нам как раз такие специалисты и требуются.

– И каким же специалистом вы хотите меня сделать, товарищ майор.

– Всему свое время, Озерова. Когда оно настанет, то ты сразу поймешь, в чем будет заключаться твоя будущая работа. Вопросы есть?

– Есть один вопрос. Скажите, где может находиться мой отец. Я думаю, что вы знаете ответ.