Это повесть о книгах, а не о злосчастной обыденности; прочитав ее, следует, наверное, повторить вслед за великим подражателем Кемпийцем[12]: «Повсюду искал я покоя и в одном лишь месте обрел его – в углу, с книгою».
«Да что же… значит, мы в таком месте, откуда отступился Господь…» – в отчаянии сказал я.
«А ты много видел мест, где Господь чувствовал бы себя уютно?» – спросил в ответ Вильгельм, глядя с высоты своего роста.