Нерадивый ученик
На обложке вынесена фраза из London Review of Books: “Возможно, самый выдающийся стилист в англоязычной прозе со времен Джойса.”
Возможно, стоило читать на английском, чтобы прийти к такому же выводу.
Кринж или база?
Энтропия амбициозно начинается с почти Телемачной строки Улисса, дальше развиваясь в сумбурный набор зарисовок “пира во время чумы”: вокруг идет сороковой час вечеринки, в то время пока в одной из комнат мужчина пытается передать часть своего тепла умирающей птахе, уповая на скорый приход теплового равновесия вселенной. Один нюанс: описываю я это сейчас красивее, чем сам рассказ.
К низинам низин - о мужском инфантилизме. В более оптимистичном (и стоит отдать должное - менее правдоподобном) развитии сюжета герой должен был бы выбраться из своих околоплодных вод и туннелей фалопиевых труб к новому рождению, перебраться на новый этап жизни, но вместо этого застревает там с маленькой женщиной.
Мелкий дождь и Секретная интеграция - попытки рефлексировать на социальные проблемы. В мелком дожде герой Левайн - это типичный Обломов, который все понимает и которого от всего подташнивает, но все же не настолько чтобы что-то с этим сделать. Секретная интеграция - проблема рас и поколений, показанная через группу тех же ребят, которые будут бегать от Пеннивайза в Дерри и расследовать странные дела в Хоукинс. Обломов недописан; история с детьми вроде имеет какие-то интересные штрихи (например, один из ребят - член общества анонимных алкоголиков), но все же довольно ванильно-плаксивая - к этому скатываются многие произведения, касающиеся социально-острых тем.
Под розой - просто откровенная графомания, в чем сам автор признается в предисловии.
Проблема с оценкой этих рассказов в том, что в кратком пересказе, в выжимке и переобдумывании они выглядят гораздо привлекательнее, чем в оригинале. Чувствуешь себя золотоискателем, который должен перемазаться в грязи с головы до ног, чтобы намыть сгусток золотой пыли. Не знаю, дело ли тут в читательской лени, кривом переводе, или просто в том, что это одни из первых опытов Пинчона (сборник не просто так назван “Нерадивый ученик”). Похоже, стоило начать знакомство с “Лота”.