Молодой амбициозный чиновник приезжает в Вецлар, чтобы исполнять обязанности в имперском суде. В этом небольшом городке он встречает Шарлотту Буфф, будущую Кестнер, связь с которой (не более, чем платоническая, ограниченная лишь одним горячим поцелуем) повлияет не только на жизнь юноши, но и всего поколения в мире. Отношениям не суждено было состояться из-за помолвки юной особы с другим человеком. Борясь с депрессивным состоянием молодой человек пишет один из главных своих шедевров - роман "Страдания юного Вертера", где запечатлел весь свой четырехмесячный опыт общения с Шарлоттой (и её женихом).
Проходит сорок четыре года. Уже престарелая муза когда-то юного гения едет в Веймар, место его нынешнего обитания. И вот именно этот-то момент и интересует Томаса Манна, как повод для исследований мифа и его влияния на общество и жизнь разных слоёв населения. В Веймаре её встречают как звезду, от мала до велика пытаются лицезреть её божественный лик и получить хотя бы толику аудиенции. И это как раз тот случай, "когда прошлое и настоящее сливаются воедино". Стародавний шедевр и связь великого гения с юной особой обросли славой и деталями и догнали прообраз в старости.
Для описания деталей, события и портретов Томас Манн выбрал диалоги, что может, конечно, нас в эпоху твиттера, постмодернистской фрагментарности (несмотря на то, что её ругают, а поди ж попробуй почитать произведения Манна, Музиля или Пруста), рубленых коротких фраз и клипового сознания может несколько угнетать. Отвык современный читатель от больших фраз, хоть и столь поэтичных и философски содержательных. Набравшись терпения, он получит не просто очередной шедевр, но исследования мифа во времени, множество деталей описываемой эпохи (патриотическое настроение (пруссачество), отношения Гёте с сыном, дочерью, отцом, матерью, отношение людей того времени к Наполеону и его войнам), исследования величия гения и его окружения (обед у Гёте, где столь явственно отобразилось лживость и льстивость окружающих людей, а сам великий поэт показан чванливыми и высокомерным, шедеврален), жертвенности близких людей и прообразов персонажей. Манн рисует нам противоречивый портрет Гёте (ну или, в целом, гения, кумира), в котором физическая монументальность (по ожиданиям современников) вполне уживается с духовной:
Ей подумалось, что людям очень уж облегчено преклонение перед духовным, когда, украшенное пышным титулом и звездой, оно живет в великолепном доме с античной лестницей в образе элегантного старца с блестящими глазами, чей лоб напоминает вон того Юпитера в углу и кто глаголет амброзическими устами. Духовное, думала она, должно было бы быть бедным, уродливым, не ведающим земных почестей, для того чтобы истинно проверить людскую способность ему поклоняться.
А высокомерие и снисходительность - с жертвенностью (опять же диалог Шарлотты с Гетё в конце, в котором он показан не столь высокомерным, но чуть более человечным, великолепен):
Ты прибегала к сравнению, мне милому и близкому: мошка и смертоносное пламя. Ты хочешь сказать – я то, куда жадно стремится мотылек, но разве среди превратностей и перемен я не остался горящей свечой, которая жертвует своим телом для того, чтобы горело пламя? И разве я сам – не одурманенный мотылек, извечный образ сожжения жизни и плоти во имя наивысшего духовного пресуществления. Старая подруга, милая, чистая душа, я первый – жертва, и я же жертвоприноситель.
И вот эта противоречивость "поэзии и правды", гения и человека не даёт покоя людям тысячелетиями, что постоянно привлекает к ним всё новые и новые поколения читателей и исследователей.