Цитаты из книг автора «Томас Харди»

Лучше знать самое худшее, чем мучиться неизвестностью!

добросовестно выучила историю Аголы и Аголибы и знала, какой урок

по нему видно было, что он впервые живет сейчас вне своей скорлупы и очень остро ощущает ее отсутствие. Так оно всегда бывает с сильными натурами, когда они влюбляются.

Мужчины такой ужасный народ – им только бы на вас пялиться.

крестьянками. Немного стоит нормандская кровь, если нет викторианского богатства.

чем с большим жаром мы от чего-либо отрекаемся, тем менее действенно и бесповоротно наше отреченье.

Любовь – это зреющая сила, заложенная в преходящей слабости. Брак превращает ослепление в выносливость, и сила этой выносливости должна быть – и, к счастью, нередко и бывает – соразмерна степени одурения, на смену которому она приходит;

Вид этих ласк изменил все ее решения. Она не могла уже уступить Шадрача. Придя домой, она сожгла письмо и сказала матери, что если капитан Джолифф придет, то сказать ему, что она не здорова и принять его не может. Однако Шадрач не пришел. Он, послал ей записку, высказывая в простых выражениях состояние своего чувства и прося позволения воспользоваться теми намеками, которые она давала относительно ее любви к нему, находя в этом чувстве только дружбу, и взять свое слово назад. Рассматривая гавань и остров, он ждал ответа в своей квартире, но не получил его. Неизвестность делалась для него невыносимой и вечером он пошел в Хай-Стрит. Он не мог не зайти к Жанне, чтобы не узнать решения своей судьбы. Ея мать сказала, что дочь больна и не может принять его, а на его вопросы, заявила, что письмо, полученное от него, очень расстроило ее.

Он поцеловал ее несколько раз, и ее гибкая фигура дрожала от волнения при его поцелуях. – Я бы хотела знать, уверены ли вы, что Жанна намеревается отказать вам. Уверены ли вы? Потому что… – Я знаю, что она не захочет нас сделать несчастными. Она освободит меня. – Надеюсь, что да. Уходите, капитан. Однако он медлил, пока не пришел покупатель за палочкою сургуча, и тогда он ушел. Страшная зависть охватила Жанну при виде этой сцены. Она придумывала, как бы уйти незаметно. Необходимо было, чтобы Эмилия ничего не знала об ее посещении. Она пробралась из гостиной в коридор, а затем к парадной двери, из которой она вышла без всякого шума.

Эмилия повиновалась и, смеясь, подошла к нему. – Вот так, дорогая, – сказал он. – Вы не должны этого говорить, капитан Джолифф, – эти слова относятся к другой. – О, я знаю, что вы хотите сказать. Но, Эмилия, даю вам слово, что я до сегодняшнего утра совсем не знал, что вы интересуетесь мною, иначе я бы так не поступил. Я очень расположен к Жанне, но знаю, что с самого начала она ко мне относится только по-дружески, и теперь я вижу, что я должен был попросить вас быть моею женою. Вы знаете, Эмилия, когда человек возвращается из продолжительного плавания, он слеп, как летучая мышь, – он не понимает женщин. Все они для него одинаково прелестные создания, и он выбирает первую, которая ему попадется, не думая, любит ли она его, и не полюбит ли он сам другую больше нее. Вначале я был более расположен к вам, но вы так были застенчивы и сдержаны, что я начал ухаживать за Жанной. – Ни слова больше, господин Джолифф, – сказала она, задыхаясь. – Вы женитесь на Жанне в будущем месяце, и нехорошо… – Эмилия, дорогая моя, – воскликнул он и схватил ее маленькую фигуру в объятия, прежде чем она опомнилась. Жанна за занавеской побледнела, старалась не смотреть, но не могла. – Только вас одну я люблю так, как мужчина должен любить женщину, на которой он женится, и я понял из слов Жанны, что она охотно уступит меня. Она хочет выйти замуж за человека выше себя по положению и согласилась выйти за меня только по доброте. Прекрасная, высокая девушка не подходит быть женою простого моряка: вы больше подходите.