Не хочу никого обидеть, но остается констатировать факт категорической неспособности желтых реально относиться к феномену времени.
Желтым кажется, что время – субстанция бесконечная, и никто никуда не спешит.
Точно так же, как и желтые, они охотно общаются с людьми. Это в порядке вещей, до тех пор, пока они считают, что знают тех, с кем они общаются. Остерегайтесь, однако, дотронуться до зеленого, пока он не просигнализировал, что знает вас достаточно хорошо.
Но почему они такие молчуны? Помимо всего прочего, потому, что, в отличие от желтых, они не жаждут быть услышанными. Они могут сидеть в углу и никого не видеть и не слышать – для них это не играет никакой роли. Они наблюдатели, и эта черта в них доминирует больше, чем у всех остальных цветов. Они могут молча сидеть где-нибудь в тени, наблюдать и фиксировать все, что происходит вокруг.
Снаружи они спокойны, но под поверхностью может происходить все что угодно. Интроверт, конечно, не обязательно немногословен, но обязательно ведет активную внутреннюю жизнь. Хотя он, конечно, скрытен – не будем отрицать очевидное.
В целом же синие все дублируют и страхуют, они выстраивают суперсистемы, они просчитывают любые возникающие риски и предостерегают от любых неожиданностей. Они устанавливают три будильника. Они выезжают с двухчасовым запасом времени, хотя достаточно было бы приехать всего на час раньше. По утрам они дважды проверяют детские рюкзаки, несмотря на то что сами упаковали их накануне вечером, а за ночь никто другой к ним не прикасался. Они должны убедиться в том, что ключи действительно лежат в кармане. И они, конечно же, лежат в кармане. Где еще им быть?
суть которого сводится к следующему: синие не в состоянии принимать решения. Я не согласен: все-таки это не совсем так. Речь идет не о том, что этот вице-директор не мог принять решение. Просто он не испытывал потребности принимать решение. Для него гораздо интереснее был процесс, предшествовавший принятию решения. Его гораздо больше интересовала вся цепочка событий – до того, как он принял бы решение. Поэтому он требовал новые и более подробные материалы. И никак не мог остановиться.
Самое неожиданное в этой истории то, что ей удалось напрямую заключить с ним сделку. Но как она этого добилась? Она и вовсе ничего не делала – она только слушала. Он подписал контракт еще до того, как им принесли обед.
Я уже отмечал: для зеленых группа или команда всегда важнее индивида. «Мы» гораздо важнее, чем «я». Не забывайте, что это базовая ценность для зеленого, и его не следует провоцировать. Работа, команда, клуб или семья – все эти разные группы очень важны для зеленого. Он часто может позабыть о своих желаниях, пока группа не достигнет своих целей.
Грегер знал их и знал, как они будут реагировать на то или иное его предложение.
С желтыми такая ситуация исключена. Они даже и сами не знают, что они ответят, если у них появится выбор. Их это, конечно, вдохновляет. Но окружающие пребывают в некотором замешательстве. А насчет зеленых можно не беспокоиться.
Творчество и изобретательность не на первом месте в перечне желательных качеств. Короче говоря, требуются профессионалы, которые понимают свои задачи и исполняют работу без собственных нежелательных инициатив.
В таком случае нанимают зеленых. Они обязательно станут ядром стабильности и будут делать то, чего от них ожидают. Они не против подчиняться – до тех пор, пока распоряжения корректно сформулированы.