Глава 3

Время шло, но спать не хотелось.

Мы так и сидели в обнимку, молча смотря сквозь щели. Утро ещё не наступило, а по грязным улицам уже начали мелькать суетливые тени. Они лишь на мгновение появлялись в искусственном свете фонарей и, не задерживаясь, исчезали, словно тараканы. Одетые в однотипные грубые тёмные одежды жители Тасона спешили на работу. Я наблюдала за ними сквозь щели, иногда выхватывая среди ссутулившихся силуэтов маленькие детские фигуры, отчего в груди появилось неприятное чувство отвращения.

— Тасон всегда был таким? — хрипло спросила я.

Маркус тоже следил за проснувшейся серой массой, и его взгляд был полон тоски.

— Всегда, — выдохнул он и, усмехнувшись, добавил: — Это единственный сектор, который катастрофа так и не смогла изменить.

— Ты по нему скучаешь?

— Я бы сжёг его точно так же, как и Кируд, — произнёс он, брезгливо поморщившись.

От этих слов мне стало не по себе. Не найдя, что ответить, я стыдливо опустила глаза на свои руки, до сих пор нервно сжимавшие кепку.

— Кем он был? — вдруг спросил Маркус, проследив за моим взглядом.

— Кто?

— Твой… Рой.

Я вскинула голову и утонула в чёрной бездне. Он смотрел отстранённо, но ему всё равно не удалось скрыть за этой напускной холодностью болезненный интерес.

— Он говорил, что охотник… но я уже не уверена, что это было правдой… — прошептала я еле слышно.

— Ты его любила?

Этот вопрос выбил почву у меня из-под ног, и я на мгновение замешкалась. Внимательно ловя каждую мою эмоцию, Маркус склонился ниже, нависнув надо мной и не давая отстраниться.

— Он спас меня. Стал для меня всем… целым миром… — выдохнула я, заметив, как нервно сжалась его челюсть. — Да, Маркус… я его любила…

Впервые открыто делясь с ним памятью о Рое, я почувствовала странное облегчение. Признание лёгкостью разлилось по телу, придав уверенности, и я спросила:

— Что связывает тебя с этой кепкой? Я видела, как ты на неё смотрел.

Маркус резко отстранился, выпрямив спину, но взгляда не отвёл. Пристально рассматривая моё лицо, он молчал так долго, что показалось: уже не ответит.

— Мне было шестнадцать… — сдавленно произнёс он, стиснув челюсти. — Я встретил его… в том доме в лесу. Эта странная кепка… Думал, мне померещилось…

Кровь резко запульсировала в моих висках, сбив дыхание. Картинка потеряла чёткость, а в памяти отчётливо всплыли страшные слова Роя о парне, застрелившем семью и пожелавшем уйти вместе с ней. Только сейчас я осознала, что тогда мы проходили недалеко от Тасона… рядом с лесным домом.

Голова закружилась, а с губ сорвался тихий стон:

— Ты убил… их всех…

Маркус дёрнулся, а его глаза наполнились кровью.

— Откуда ты… — прохрипел он, давясь словами.

— Я слышала их… выстрелы… все три…

Он закрыл глаза, а по моим щекам покатились слёзы, делая его образ расплывчатым. Грудь разорвало от боли, словно мне живьём вскрыли рёбра, грубо ковыряясь внутри.

Он хотел уйти вместе с ними…

Я подняла трясущиеся руки и несмело обхватила его лицо ладонями. Маркус замер, закрыв глаза. Его щёки оказались холодными, колючими от щетины, и я чувствовала, как под пальцами дёрнулись желваки.

— Прости… — проскулила я, захлёбываясь от спазма. — Я была так близко…

— Не надо, Латея! — процедил он, ещё сильнее сжав челюсти.

— Но я могла тебе помочь… я ведь хотела…

— Прекрати… пожалуйста!

Передо мной сидел солдат, напряжённый до предела, а я видела лишь мальчишку, которого до сих пор сжирает омерзительное чувство вины.

Я знала, что теперь оно и меня не отпустит.

Руки соскользнули, и, подавшись вперёд, я крепко обхватила его, уткнувшись лбом в грудь. Я чувствовала, как под моими ледяными пальцами напряглись мышцы, превратившись в камень. Под щекой бешено колотилось сердце, а я всеми силами пыталась удержать рвущийся из горла вой.

Моей поясницы коснулась горячая ладонь. Она невесомо поднялась по позвоночнику и легла мне на спину. Маркус притянул меня ближе, зарывшись носом в волосы, а я сильнее сжала пальцы, пытаясь его удержать и не позволить отстраниться.

— Не вини себя, — выдохнул он, нежно скользнув рукой по моей шее. — Ты бы ничего не изменила.

— Но мы могли тебя забрать, а вместо этого просто бросили одного… в лесу.

— А что потом? Вы бы меня усыновили? — хмыкнул он.

Я ошарашенно подняла глаза, встретившись с его холодным и абсолютно непроницаемым взглядом.

— Но… если бы…

— Латея, хватит перебирать варианты! — оборвал меня Маркус. — Нет никаких «если», «но» и «может быть». Всё случилось так, как случилось, и это мой выбор! Мои руки по локоть в крови не по твоей вине, а потому, что я так решил сам.

Неожиданно повисшую тишину между нами разорвал хриплый и чуть насмешливый голос Виктора:

— Ну хорошо, хоть у тебя хватило духу в этом признаться.

Колкая фраза достигла цели, и Маркус, шумно втянув воздух, прошипел:

— В отличие от тебя, я никогда не боялся замарать руки!

— Значит, убийство своих солдат для тебя — всего лишь «замарать руки»? — зло процедил Виктор, резко вскочив с матраса.

Вдруг раздался грохот, и крышка люка на чердак откинулась в сторону. В образовавшемся проёме появилась взъерошенная голова Брана, и я была очень рада его видеть. Неизвестно, чем могла закончиться эта перепалка.

— У нас проблемы, — буркнул он, неуклюже поднимаясь по лестнице с огромным подносом в руках.

— Да неужели? — бросил Виктор, цинично закатив глаза.

Неохотно высвободившись из тёплых рук, я вернулась на свой замызганный матрас. А Маркус так и остался сидеть у щербатой стены, недовольно сверля Брана взглядом.

— Машины будет сопровождать Назитрап, — заявил глава Тасона, виновато пряча глаза. — Но я смогу вас незаметно посадить в одну из них. Закроем ящиками и…

— Ты в своём уме? — раздражённо гаркнул Маркус так, что Бран попятился обратно к люку. — Зачем ты согласился на их сопровождение?

— Они как с цепи сорвались, лезут во все щели, — суетливо затараторил он, оправдываясь. — Говорят — всё в целях безопасности. Я не могу просто так им отказать. Там будут мои надёжные люди. Вам нужно просто не высовываться, пока не попадёте в Мирт.

— Сколько их? — процедил сквозь зубы Маркус, и я заметила, как с силой сжались его кулаки.

— Пять машин с моими водителями, плюс по одному сопровождающему. Ну и… — Бран замялся, но, помедлив, неуверенно произнёс: — По два солдата на каждую…

— Да ты издеваешься! — возмущённо выкрикнул Виктор. — Десять бойцов! Может, лучше сразу пойдёшь сообщишь им, где нас искать?

— Ты, щенок, на меня не гавкай! — отрезал глава шестого сектора, недовольно раздув ноздри. — Я вам ничего не должен! Вы и так мне кучу проблем создали.

— Когда всё будет готово? — совершенно спокойно спросил Маркус.

Мы с Виктором одновременно повернули головы в его сторону, недоумённо открыв рты. Даже Бран, опешив от такой сговорчивости, несколько секунд молча пялился на него, не веря своим ушам. Придя в себя, он неожиданно выдал:

— Через час сюда подъедет уже гружёная машина. У вас будет пять минут.

— Ты же говорил, нужны сутки, — удивился Маркус.

— Всю ночь грузились. Грузовики на электробатареях, и дорога до Мирта расчищена, к вечеру уже будете на месте.

— Так не терпится от нас избавиться?

— А я и не скрывал своих желаний, — огрызнулся Бран, небрежно поставив поднос прямо на пол. — Ешьте.

Он спустился, шумно закрыв за собой люк, а мы так и продолжили стоять, растерянно глядя на Маркуса.

— Как всё для тебя удачно сложилось, — прошипел Виктор сквозь зубы, сжав кулаки. — Ты ведь собирался в Мирт с самого начала?

— Маркус… — выдохнула я, пребывая в шоке. — Зачем ты хочешь туда попасть?

Прислонившись спиной к дощатой стене и свесив руку через согнутую в колене ногу, он отрешённо смотрел на нас, и в его взгляде не было сомнений.

— Потому что мы должны там быть, — спокойно ответил он без угрызений совести. — Система трещит по швам, и мы не можем просто так отсидеться в лесу.

— Кто «мы»? — рявкнул Виктор, еле сдерживаясь. — Говори только за себя!

— Я тебя с собой не звал. Ты сам прицепился, так что не избавиться. Можешь валить на все четыре стороны, я не держу.

— Ты опять решил поиграть в героя?

— У меня там сын, — зло бросил Маркус, резко поднявшись. — И я не буду наблюдать со стороны, как горит Мирт.

Его слова прибили меня к полу, словно гвозди, и я вся сжалась, не в силах выдохнуть.

О чём я только думала?

Ведь там у Маркуса практически семья…

А кто я для него?

Перед глазами промелькнула ехидно улыбающаяся Берта, и стало совсем тошно.

— А я? — хрипло прошептала я, вскинув голову. — Я всего лишь нужна, чтобы…

— Ты идёшь со мной! — перебил меня Маркус, подойдя вплотную. — Нет, Латея!

— Что «нет»?

— Ответ на твой следующий вопрос, который ты так хочешь задать, — раздражённо произнёс он, нависнув надо мной. — Я прямо вижу, как он крутится в твоей голове! Выбрось из неё все сомнения. Хватит!

Да, крутится, сжирая меня изнутри. Вечные сомнения не дают мне покоя, и от этого хочется выть, забившись в угол. Что, если я всего лишь удобный инструмент для спасения этого мира? Способ разрушить Систему и забрать сына… Маркус всё это почувствовал, считал по моему лицу, а может, просто знал, о чём я постоянно думаю.

Я промолчала. Нечего было ответить. Просто стояла и наблюдала за тем, как Виктор, усевшись у подноса с едой, складывает себе бутерброд.

— Какой у тебя план? — недовольно буркнул он, запихивая его в рот.

Задержав на мне задумчивый взгляд, Маркус отошёл к люку и, перед тем как потянуть за крышку, произнёс:

— Хочу связаться с Назитрапом, нужно предупредить ребят. Зная Мору, она с удовольствием перебьёт всех неугодных, лишь бы расчистить себе дорогу.

У Виктора отвисла челюсть, и на несколько секунд он в ступоре завис, перестав жевать.

— Альтруист хренов, — недовольно бросил он, покачав головой. — За две стороны играть не получится.

— А у меня своя сторона. Лучше сам определись, на чьей ты, а то плывёшь по течению, как кусок дерьма, — огрызнулся Маркус, открывая люк. — Ешьте, мне нужно с Браном переговорить.

Он спустился по лестнице, а мы на пару минут просто зависли в тишине, переваривая услышанное.

— Тебе действительно лучше пойти с ним, — тихо произнёс Виктор, криво улыбнувшись. — Он хоть и мудак, но защитить сможет.