Цитаты из книги «Титан»

Не следует думать, что сердечный тон этих слов был наигранным. Бить лежачего было не в правилах Каупервуда, несмотря на все вероломство и коварство его натуры. В момент своего торжества над врагом он всегда бывал мягок, любезен, великодушен, а в иных случаях даже исполнен сочувствия, как, например, сейчас, и это отнюдь не было притворством.

Объяснялось это тем, что он верил в себя, только в себя, и потому имел смелость не считаться с мнениями других.

Сама жизнь с ее физиологическими законами часто берет на себя роль сводни.

Самой примечательной чертой рода человеческого было, по его мнению, то, что одни и те же люди, смотря по времени и обстоятельствам, могли быть чем угодно и ничем.

Он любил жизнь со всеми ее трудностями и осложнениями, быть может, даже больше всего и любил именно эти трудности и осложнения. Природа, конечно, прекрасна, временами благосклонна к человеку, но препятствия, которые надо преодолеть, интриги и козни, которые надо предвосхитить, разгадать, разрушить, – вот ради чего действительно стоило жить!

Надо признаться, что никто так не кичится внешними проявлениями богатства, как тот, кто недавно это богатство приобрел.

Как это глупо, что все отцы непременно хотят навязать своим дочерям добродетель, к которой те не питают ни малейшей склонности».

По меткому выражению Наполеона, нельзя приготовить яичницу, не разбив яиц.

Из всех живых существ женщины больше всего боятся женщин, и прежде всего умных и красивых

Любовь! Загадочное, необъяснимое томление духа, которому сильные подвержены еще больше, чем слабые…