Отзывы на книги автора «Теодор Драйзер»

Все когда-нибудь заканчивается: хорошее и плохое, важное и ничтожное, умное и глупое. Все когда-нибудь заканчивается. Когда заканчивается что-то хорошее, приходит грусть. Для меня закончилась "Трилогия желаний" Драйзера. Это не грустно, это чертовски грустно, даже печально. Я теперь знаю, как завершилась почти биографическая история финансиста нового поколения, видела, как неуловимо быстро изменился западный мир, войдя из девятнадцатого века в двадцатый. Перед глазами пронеслись индустриализация, электрификация, строительство первых веток метро, взлеты и падения финансового мира. Это было увлекательнейшее путешествие.

А еще Драйзер отвратительно честен и реалистичен. "Реализм" как много в этом слове. Почему-то сейчас под "реализмом" понимают что-то вроде "Голодных игр" Коллинз, где Китнесс в конце сносит крышу. Ну да, не Мэри-Сью, ага, да, реалистично...Только реализм - это немножко другое. Описать мир без перегибов и пафоса, признав объективную правду жизни:
деление на черное и белое - это слишком примитивно и плоско. Не бывает абсолютных праведников и грешников. Чтобы преуспеть в жизни нужно обладать характером не мученика в белых одеждах, а зубастой эгоистичной акулы. А еще нужно бы приготовиться, что независимость и неуживчивость, эгоизм - все, те качества, которые приведут на вершину, они же низвергнут в небытие и безвестность. И все эти великие события произойдут без фанфар и криков, люди на следующий день забудут про похороны великого человека. Внимание людей привлекут новые герои. Жизнь пойдет своим чередом.

Пожалуй, тема величия доминирует в "Трилогии желаний". Что дозволено человеку, которому дано больше остальных? Фрэнк Каупервуд по мимо выдающегося организаторского таланта, характера, харизмы, любит искусство, интересуется живописью, растет, как личность на протяжении всех трех книг. И в то же самое время жесток, безжалостен и ставит себя выше всех: рабочих, деловых партнеров, своих женщин, и самоуверенно полагает, что может тягаться со всем миром. Этакий ницшеанский сверхчеловек. Драйзер им откровенно любуется, весьма своеобразно любуется - на расстоянии, как хищником в джунглях. И навязывает эту точку зрения читателям. Можно ли обижаться на тигра за то, что он ест антилоп и газелей? Можно ли порицать Каупервуда, если не самые лучшие черты его характера, которые принесли пользу всему обществу, разрушили ни одну жизнь? Он построил Лондону метрополитен, озолотил вкладчиков своей Чикагской копании, способствовал техническому прогрессу, строил обсерватории. И бросил своих детей и первую жену, довел вторую до алкоголизма, свел ее отца - своего покровителя - в могилу, соблазнил десяток чужих жен. Наши недостатки - продолжения, вернее, следствия наших достоинств. Бескомпромиссность и нетерпимость, эгоизм, хватка и постулат "Мои желания превыше всего" стали причиной каждого взлета Каупервуда и каждого его падения.

Почти после выхода романа Драйзера общество клеймило его и возмущенно кричало "Мы не такие!". Люди не любят правду, людям нужны герои. А герои носят белые одежды, не кутят с женщинами, не рушат чужие судьбы. Но достаточно почитать про частную жизнь любой исторической личности, чтобы понять, что еще как кутят и ой как рушат. Жизнь жестока, черное и белое перемешано в ней слишком сильно, иногда в рамках одного человека. Драйзера можно любить только за его дар видеть оба эти два цвета и не стыдиться ни одного из них. Честность, помноженная на скрупулезность проработки темы - "Трилогию" до сих пор советуют читать на экономическом за точное описание работы финансового мира - делает Драйзера ведущим американским реалистом двадцатого века. По-крайней мере, для меня.

Думается мне, главное в жизни не только знать, что ты хочешь, но и зачем.
Керри - милая барышня с минимальными знаниями. То есть, в голове ее конкретные опилки из: "если человек хорошо одет, то он приличный, с ним можно общаться" и "хочу бусики, хочу жакетик, не хочу убиваться на фабрике". Помните фильм "Москва слезам не верит"? Жизнь Керри во многом схожа с жизнью Люси: та же работа поначалу неизвестно где, не общаться с коллегами, считать, что создана для большего. Вообще, откуда в этих опилочных головах берется мысль, что они созданы для большего? Ничего не знать, ничего не уметь, но желать. Разница между Люсей и Керри в том, что последняя не понимала, что ей это даст и зачем ей это нужно, она просто хотела "свои цацки" и получила кучу жизненных плюшек, однако так и не поняла, что ей с этим делать, потому что никогда не задумывалась, зачем ей это нужно. Люся знала, что, как и зачем, но в угоду морали осталась с пустыми руками.
Вот этот вопрос - зачем? - краеугольный камень всего. Если бы не он, то была бы история о более-менее аморальной для своего времени женщине, которая через мужчин добежала до театра, а дальше терпение и труд (а вовсе не диван режиссера), что-то дали. То есть по сути несложная жизненная история о человеке, не очень обремененном моралью.
Но в этой книге всегда проскакивают маленькие нюансы. Керри не любит семью и уезжает из родного города, вычеркнув его и родных из памяти. Она - причем совершенно неосознанно - использует сестру и ее мужа как стартовую базу. А потом забывает и о них. Она встречает Друэ и живет с ним без любви и брака по одной причине - он дает ей то, что ей нужно. Потом она переходит к другому. И уходит от него, когда он опускается на дно. Фрагментарно, кстати, она совершенно права, Герствуд - вообще не тот, с кем стоило связываться, да и облико морале у него ниже плинтуса. Ну и мозгов маловато - вся эта идея с воровством - чистый авось. Но вот проходит время, она куда-то выбилась худо-бедно, встречает Друэ -и что же? А ничего. Ей уже не нужен ни тот, ни этот - все прошлое, все отживший ресурс, кем по сути и являются все в ее жизни.
И только смутное ощущение, что чего-то не хватает. Но опилочным мозгам не понять, не додуматься. Вся ее жизнь - какая-то звериная, бездушная попытка покрыть текущие потребности. Без осмысления, без будущего, без мыслей. Интересно, что она была в ужасе от жизни Минни и Свена. Но по сути ее жизнь - тоже бытовуха, просто другого уровня. И у нее все одно - выживание и покрытие потребностей. Но Свен и Минни по крайней мере понимают, что они делают и зачем, у них есть перспектива. А Керри... красивая пустышка.

Думается мне, главное в жизни не только знать, что ты хочешь, но и зачем.
Керри - милая барышня с минимальными знаниями. То есть, в голове ее конкретные опилки из: "если человек хорошо одет, то он приличный, с ним можно общаться" и "хочу бусики, хочу жакетик, не хочу убиваться на фабрике". Помните фильм "Москва слезам не верит"? Жизнь Керри во многом схожа с жизнью Люси: та же работа поначалу неизвестно где, не общаться с коллегами, считать, что создана для большего. Вообще, откуда в этих опилочных головах берется мысль, что они созданы для большего? Ничего не знать, ничего не уметь, но желать. Разница между Люсей и Керри в том, что последняя не понимала, что ей это даст и зачем ей это нужно, она просто хотела "свои цацки" и получила кучу жизненных плюшек, однако так и не поняла, что ей с этим делать, потому что никогда не задумывалась, зачем ей это нужно. Люся знала, что, как и зачем, но в угоду морали осталась с пустыми руками.
Вот этот вопрос - зачем? - краеугольный камень всего. Если бы не он, то была бы история о более-менее аморальной для своего времени женщине, которая через мужчин добежала до театра, а дальше терпение и труд (а вовсе не диван режиссера), что-то дали. То есть по сути несложная жизненная история о человеке, не очень обремененном моралью.
Но в этой книге всегда проскакивают маленькие нюансы. Керри не любит семью и уезжает из родного города, вычеркнув его и родных из памяти. Она - причем совершенно неосознанно - использует сестру и ее мужа как стартовую базу. А потом забывает и о них. Она встречает Друэ и живет с ним без любви и брака по одной причине - он дает ей то, что ей нужно. Потом она переходит к другому. И уходит от него, когда он опускается на дно. Фрагментарно, кстати, она совершенно права, Герствуд - вообще не тот, с кем стоило связываться, да и облико морале у него ниже плинтуса. Ну и мозгов маловато - вся эта идея с воровством - чистый авось. Но вот проходит время, она куда-то выбилась худо-бедно, встречает Друэ -и что же? А ничего. Ей уже не нужен ни тот, ни этот - все прошлое, все отживший ресурс, кем по сути и являются все в ее жизни.
И только смутное ощущение, что чего-то не хватает. Но опилочным мозгам не понять, не додуматься. Вся ее жизнь - какая-то звериная, бездушная попытка покрыть текущие потребности. Без осмысления, без будущего, без мыслей. Интересно, что она была в ужасе от жизни Минни и Свена. Но по сути ее жизнь - тоже бытовуха, просто другого уровня. И у нее все одно - выживание и покрытие потребностей. Но Свен и Минни по крайней мере понимают, что они делают и зачем, у них есть перспектива. А Керри... красивая пустышка.

Думается мне, главное в жизни не только знать, что ты хочешь, но и зачем.
Керри - милая барышня с минимальными знаниями. То есть, в голове ее конкретные опилки из: "если человек хорошо одет, то он приличный, с ним можно общаться" и "хочу бусики, хочу жакетик, не хочу убиваться на фабрике". Помните фильм "Москва слезам не верит"? Жизнь Керри во многом схожа с жизнью Люси: та же работа поначалу неизвестно где, не общаться с коллегами, считать, что создана для большего. Вообще, откуда в этих опилочных головах берется мысль, что они созданы для большего? Ничего не знать, ничего не уметь, но желать. Разница между Люсей и Керри в том, что последняя не понимала, что ей это даст и зачем ей это нужно, она просто хотела "свои цацки" и получила кучу жизненных плюшек, однако так и не поняла, что ей с этим делать, потому что никогда не задумывалась, зачем ей это нужно. Люся знала, что, как и зачем, но в угоду морали осталась с пустыми руками.
Вот этот вопрос - зачем? - краеугольный камень всего. Если бы не он, то была бы история о более-менее аморальной для своего времени женщине, которая через мужчин добежала до театра, а дальше терпение и труд (а вовсе не диван режиссера), что-то дали. То есть по сути несложная жизненная история о человеке, не очень обремененном моралью.
Но в этой книге всегда проскакивают маленькие нюансы. Керри не любит семью и уезжает из родного города, вычеркнув его и родных из памяти. Она - причем совершенно неосознанно - использует сестру и ее мужа как стартовую базу. А потом забывает и о них. Она встречает Друэ и живет с ним без любви и брака по одной причине - он дает ей то, что ей нужно. Потом она переходит к другому. И уходит от него, когда он опускается на дно. Фрагментарно, кстати, она совершенно права, Герствуд - вообще не тот, с кем стоило связываться, да и облико морале у него ниже плинтуса. Ну и мозгов маловато - вся эта идея с воровством - чистый авось. Но вот проходит время, она куда-то выбилась худо-бедно, встречает Друэ -и что же? А ничего. Ей уже не нужен ни тот, ни этот - все прошлое, все отживший ресурс, кем по сути и являются все в ее жизни.
И только смутное ощущение, что чего-то не хватает. Но опилочным мозгам не понять, не додуматься. Вся ее жизнь - какая-то звериная, бездушная попытка покрыть текущие потребности. Без осмысления, без будущего, без мыслей. Интересно, что она была в ужасе от жизни Минни и Свена. Но по сути ее жизнь - тоже бытовуха, просто другого уровня. И у нее все одно - выживание и покрытие потребностей. Но Свен и Минни по крайней мере понимают, что они делают и зачем, у них есть перспектива. А Керри... красивая пустышка.

Думается мне, главное в жизни не только знать, что ты хочешь, но и зачем.
Керри - милая барышня с минимальными знаниями. То есть, в голове ее конкретные опилки из: "если человек хорошо одет, то он приличный, с ним можно общаться" и "хочу бусики, хочу жакетик, не хочу убиваться на фабрике". Помните фильм "Москва слезам не верит"? Жизнь Керри во многом схожа с жизнью Люси: та же работа поначалу неизвестно где, не общаться с коллегами, считать, что создана для большего. Вообще, откуда в этих опилочных головах берется мысль, что они созданы для большего? Ничего не знать, ничего не уметь, но желать. Разница между Люсей и Керри в том, что последняя не понимала, что ей это даст и зачем ей это нужно, она просто хотела "свои цацки" и получила кучу жизненных плюшек, однако так и не поняла, что ей с этим делать, потому что никогда не задумывалась, зачем ей это нужно. Люся знала, что, как и зачем, но в угоду морали осталась с пустыми руками.
Вот этот вопрос - зачем? - краеугольный камень всего. Если бы не он, то была бы история о более-менее аморальной для своего времени женщине, которая через мужчин добежала до театра, а дальше терпение и труд (а вовсе не диван режиссера), что-то дали. То есть по сути несложная жизненная история о человеке, не очень обремененном моралью.
Но в этой книге всегда проскакивают маленькие нюансы. Керри не любит семью и уезжает из родного города, вычеркнув его и родных из памяти. Она - причем совершенно неосознанно - использует сестру и ее мужа как стартовую базу. А потом забывает и о них. Она встречает Друэ и живет с ним без любви и брака по одной причине - он дает ей то, что ей нужно. Потом она переходит к другому. И уходит от него, когда он опускается на дно. Фрагментарно, кстати, она совершенно права, Герствуд - вообще не тот, с кем стоило связываться, да и облико морале у него ниже плинтуса. Ну и мозгов маловато - вся эта идея с воровством - чистый авось. Но вот проходит время, она куда-то выбилась худо-бедно, встречает Друэ -и что же? А ничего. Ей уже не нужен ни тот, ни этот - все прошлое, все отживший ресурс, кем по сути и являются все в ее жизни.
И только смутное ощущение, что чего-то не хватает. Но опилочным мозгам не понять, не додуматься. Вся ее жизнь - какая-то звериная, бездушная попытка покрыть текущие потребности. Без осмысления, без будущего, без мыслей. Интересно, что она была в ужасе от жизни Минни и Свена. Но по сути ее жизнь - тоже бытовуха, просто другого уровня. И у нее все одно - выживание и покрытие потребностей. Но Свен и Минни по крайней мере понимают, что они делают и зачем, у них есть перспектива. А Керри... красивая пустышка.

Серьёзно разбираем. )
"Стоик"- финальный том "Трилогии желания", где логика Каупервуда наконец выходит за пределы привычных пространств и пробует закрепиться там, где правила уже другие - в Лондоне, в системе, которая так же холодна и рациональна, как он сам, но куда более инерционна.
Фрэнк Каупервуд здесь уже не столько завоеватель, сколько человек, который продолжает движение по инерции собственной конструкции. Он переносит схему успеха в новую среду, как будто мир -это просто другая версия той же игры, где достаточно сменить декорации, чтобы правила остались прежними.
Но именно здесь начинает проявляться странная усталость масштаба. Всё ещё есть сделки, проекты, влияние, но ощущение новизны постепенно исчезает. Как будто система работает идеально, но уже не производит внутреннего ответа.
Параллельно усиливается линия личных отношений, и здесь Драйзер делает почти жестокую вещь: то, что раньше было "человеческим фактором", окончательно становится частью общей стратегии.
Любовь, привязанность, социальные связи - всё это перестаёт быть отдельной сферой и включается в общий механизм распределения влияния. Даже чувства начинают вести себя как элементы конструкции.
И вот тут появляется Беренис - не как романтический контраст, а как фигура, которая сама начинает двигаться внутри этой системы координат.
В "Стоике" вообще мало пространства для наивной эмоции: всё уже вписано в расчёт, даже то, что должно было бы ему сопротивляться.
Ирония финального тома в том, что человек, который всю дорогу расширял границы внешнего мира, постепенно оказывается внутри всё более узкого внутреннего пространства. Масштаб растёт, но свободы в нём не становится больше- скорее наоборот.
И "стоик" здесь звучит уже не как характеристика силы, а как форма выживания внутри собственной логики, которая больше не оставляет возможности выйти из процесса.
И дальше остаётся только один вопрос, который Драйзер не проговаривает напрямую: что происходит с системой, когда она завершает рост, но не умеет останавливаться.
Всем спасибо.)

Серьёзно разбираем. )
"Стоик"- финальный том "Трилогии желания", где логика Каупервуда наконец выходит за пределы привычных пространств и пробует закрепиться там, где правила уже другие - в Лондоне, в системе, которая так же холодна и рациональна, как он сам, но куда более инерционна.
Фрэнк Каупервуд здесь уже не столько завоеватель, сколько человек, который продолжает движение по инерции собственной конструкции. Он переносит схему успеха в новую среду, как будто мир -это просто другая версия той же игры, где достаточно сменить декорации, чтобы правила остались прежними.
Но именно здесь начинает проявляться странная усталость масштаба. Всё ещё есть сделки, проекты, влияние, но ощущение новизны постепенно исчезает. Как будто система работает идеально, но уже не производит внутреннего ответа.
Параллельно усиливается линия личных отношений, и здесь Драйзер делает почти жестокую вещь: то, что раньше было "человеческим фактором", окончательно становится частью общей стратегии.
Любовь, привязанность, социальные связи - всё это перестаёт быть отдельной сферой и включается в общий механизм распределения влияния. Даже чувства начинают вести себя как элементы конструкции.
И вот тут появляется Беренис - не как романтический контраст, а как фигура, которая сама начинает двигаться внутри этой системы координат.
В "Стоике" вообще мало пространства для наивной эмоции: всё уже вписано в расчёт, даже то, что должно было бы ему сопротивляться.
Ирония финального тома в том, что человек, который всю дорогу расширял границы внешнего мира, постепенно оказывается внутри всё более узкого внутреннего пространства. Масштаб растёт, но свободы в нём не становится больше- скорее наоборот.
И "стоик" здесь звучит уже не как характеристика силы, а как форма выживания внутри собственной логики, которая больше не оставляет возможности выйти из процесса.
И дальше остаётся только один вопрос, который Драйзер не проговаривает напрямую: что происходит с системой, когда она завершает рост, но не умеет останавливаться.
Всем спасибо.)

Заключительная часть «Трилогии желания» и последний роман автора, где окончательная глава – записи, опубликованные после смерти писателя его женой.

Даже не зная, что роман был издан посмертно, чувствуется, что это прощание и конец. Конец истории Фрэнка Каупервуда и последнее слово Теодора Драйзера.

Впрочем, начало у романа начинается очень интригующе благодаря новой героини, Беренис Флеминг. Ох, Каупервуд, Каупервуд, как же долго я терпела ваши аморальные любовные связи, но за любовь к этой девушке вам можно многое простить.
Знает себе цену, эгоистична, даже высокомерна, но как прекрасный цветок тянется к свету, к прекрасному. В отличие от других женщин, от той же далеко несчастной Эйлин, Драйзер описывает мисс Флеминг не прекрасным дополнением к мужчине, а раскрывает ее как цельную, думающую личность, которая может многого добиться сама именно как человек, а не партия для мужчины. И дело тут не только в восприятии героини через взгляд влюбленного Фрэнка Каупервуда. Как и главный герой, Беренис тоже имеет реальный прототип - Эмили Григсби, и, хоть настоящих фактов известно мало, из прочитанного можно сделать вывод, что девушка эта была весьма незаурядная.

Всем, кто интересуется настоящей историей «Трилогии желания», советую прочитать эту статью - «Трилогия желания» Теодора Драйзера. История в фотографиях.

Но, как бы не была прекрасна Беренис, даже она не скрашивает ту печаль, окутавшую роман. Смерть расставит все по своим местам и уравнивает всех. Как пыль рассеется все материальное, а останется… ничто. Развязка истории как смех Смерти, которая смеется над всем, что было дорого Каупервуду. И, словно в назидании, в конце романа Драйзер вкладывает в уста индусского мудреца эти слова:

Ты освободишься от страдания, ибо страдание порождается желанием.

Достаточно долго я читала все три книги и сильно срослась с историей Фрэнка Каупервуда. Тяжело отпускать этот, безусловно, достойный роман Драйзера. Но там, где что-то кончается, обязательно начинается новое, пусть и неизведанное.

Мне кажется, Теодор Драйвер прямо-таки упивался литературным мазохизмом. Практически все его романы глубоко затрагивали актуальные на тот момент социально-политические проблемы, и морально ответственное общество никак не могло смотреть сквозь пальцы на то, как он обличает его в самых гнусных пороках.

Роман "Финансист" затронул, пожалуй, одну из самых больных точек развивающегося на тот момент капиталистического общества – финансовые махинации и коррупцию. О, тут Драйзер не пожалел ни красок, ни подробного описания весьма сомнительных финансовых операций, которыми управляли сильные мира сего. Само собой разумеется, прибыль от такого рода деятельности распределялась между ними же, соразмерно затраченным деньгам и усилиям. Как и следовало ожидать, его книгу запретили, а критики просто напросто ополчились на писателя. Однако спустя несколько лет, первая часть трилогии всё же увидела свет. И если даже не стала откровением о мире крупных финансистов, всё же обрела свою ценность.

О чём я не знала, так это о том, что у главного героя Фрэнка Алджернона Каупервуда имелся реальный прототип – мультимиллионер Чарльз Тайсон Йеркс. Оба из Филадельфии, оба начали свою деятельность с нуля, оба стремились к бесконечному богатству и обладали для этого незаменимыми качествами.

Одна из полюбившихся мне сцен в книге – как Фрэнк купил на аукционе семь коробок мыла, занял деньги у отца-банкира, и продал мыло местному бакалейщику, заработав на сделке тридцать долларов. Тогда он был всего лишь сопливым мальчишкой, но финансовый мир интересовал его с детства. И уже тогда он знал, что своим умом и хваткой добьётся многого. Дерзкий, ловкий, смелый, энергичный, лишённый моральных принципов, чётко осознающий цель, к которой надо стремиться, – всего этого ему отсыпано с лихвой. Но не настанет ли час расплаты?

Любовная линия присутствует, но она абсолютно уходит в тень в сравнении с предпринимательскими качествами Каупервуда. Завоевание женщин кажется тусклым на фоне блестяще прорабатываемых финансовых операций. Он знает, что он – охотник, а лёгкая добыча не приносит той дрожи, присущей завоевателю. Которую приносит ему мир неограниченных финансовых завоеваний.

Мне кажется, Теодор Драйвер прямо-таки упивался литературным мазохизмом. Практически все его романы глубоко затрагивали актуальные на тот момент социально-политические проблемы, и морально ответственное общество никак не могло смотреть сквозь пальцы на то, как он обличает его в самых гнусных пороках.

Роман "Финансист" затронул, пожалуй, одну из самых больных точек развивающегося на тот момент капиталистического общества – финансовые махинации и коррупцию. О, тут Драйзер не пожалел ни красок, ни подробного описания весьма сомнительных финансовых операций, которыми управляли сильные мира сего. Само собой разумеется, прибыль от такого рода деятельности распределялась между ними же, соразмерно затраченным деньгам и усилиям. Как и следовало ожидать, его книгу запретили, а критики просто напросто ополчились на писателя. Однако спустя несколько лет, первая часть трилогии всё же увидела свет. И если даже не стала откровением о мире крупных финансистов, всё же обрела свою ценность.

О чём я не знала, так это о том, что у главного героя Фрэнка Алджернона Каупервуда имелся реальный прототип – мультимиллионер Чарльз Тайсон Йеркс. Оба из Филадельфии, оба начали свою деятельность с нуля, оба стремились к бесконечному богатству и обладали для этого незаменимыми качествами.

Одна из полюбившихся мне сцен в книге – как Фрэнк купил на аукционе семь коробок мыла, занял деньги у отца-банкира, и продал мыло местному бакалейщику, заработав на сделке тридцать долларов. Тогда он был всего лишь сопливым мальчишкой, но финансовый мир интересовал его с детства. И уже тогда он знал, что своим умом и хваткой добьётся многого. Дерзкий, ловкий, смелый, энергичный, лишённый моральных принципов, чётко осознающий цель, к которой надо стремиться, – всего этого ему отсыпано с лихвой. Но не настанет ли час расплаты?

Любовная линия присутствует, но она абсолютно уходит в тень в сравнении с предпринимательскими качествами Каупервуда. Завоевание женщин кажется тусклым на фоне блестяще прорабатываемых финансовых операций. Он знает, что он – охотник, а лёгкая добыча не приносит той дрожи, присущей завоевателю. Которую приносит ему мир неограниченных финансовых завоеваний.