Цитаты из книг автора «Стивен Хокинг»

Каждый из нас играет роль в том, чтобы и нынешнее, и следующее поколение проявляли готовность с молодых лет интересоваться наукой, реализовывали свой потенциал и создавали лучший мир для всего человечества. Мы должны выйти за рамки теоретических дискуссий о том, каким должен быть искусственный интеллект, – лучше представить, каким он может быть. У каждого из нас есть возможность расширять границы представлений о приемлемом или ожидаемом и смотреть вперед. Мы на пороге смелого нового мира. Жить в нем будет увлекательно, но и рискованно. Мы станем первопроходцами. Когда мы стали пользоваться огнем, он часто доставлял нам неприятности. Потом мы изобрели огнетушитель. Обладая гораздо более мощными технологиями, такими как ядерное оружие, синтетическая биология и искусственный интеллект, мы должны вести себя более предусмотрительно и стараться сразу все делать правильно, потому что второго шанса может и не оказаться. Наше будущее – это состязание между нарастающим могуществом технологий и мудростью, с которой мы их используем. Будем стараться, чтобы победила мудрость.

Убежден, будущее коммуникаций – за взаимодействием мозга и компьютера. Есть два способа: электроды на черепе и импланты. Первый – все равно что смотреть сквозь запотевшее стекло, второй лучше, но есть риск инфекции. Если мы сможем подключить человеческий мозг к интернету, у каждого в постоянном распоряжении будет вся «Википедия».

Человек спросил у компьютера: «Есть ли Бог?» Компьютер ответил: «Теперь есть!» – и расплавил выключатель.

Космическая гонка способствовала росту интереса к науке и ускорению технического прогресса. Под влиянием лунных экспедиций многие современные ученые пришли в науку с целью побольше узнать о нас и о нашем месте во Вселенной. Для мира открылись новые перспективы, которые дали возможность взглянуть на планету в целом. Однако с момента последней экспедиции на Луну в 1972 году и при отсутствии дальнейших планов на осуществление пилотируемых космических полетов общественный интерес к космосу погас. Это совпало с общим разочарованием в науке на Западе: она, конечно, приносила немало пользы, но не решала социальных проблем, вызывающих повышенное внимание.

В некотором смысле человечеству, если оно хочет соответствовать нарастающей сложности окружающего мира и заниматься такими делами, как космические путешествия, необходимо усовершенствовать свои психические и физические способности. Необходимо повышать сложность в том случае, если мы хотим, чтобы биологические системы опережали электронные. В данный момент у компьютеров есть преимущество в скорости, но они не проявляют никаких признаков разума. Это не удивительно, потому что наши нынешние компьютеры устроены проще, чем мозг земляного червя – вида, не обладающего выдающимися интеллектуальными способностями. Но компьютеры в целом подчиняются закону Мура, согласно которому производительность процессоров каждые восемнадцать месяцев удваивается. Это один из примеров экспоненциального роста, который не может продолжаться бесконечно. На самом деле он уже начинает замедляться. Однако высокие темпы совершенствования сохранятся, скорее всего, до тех пор, пока сложность компьютера не приблизится по сложности к человеческому мозгу. Говорят, компьютеры никогда не станут по-настоящему разумными, какими бы сложными они ни были. Но мне кажется, что если разум человека обеспечивается деятельностью очень сложных химических молекул, то не менее сложные электронные цепи могут способствовать тому, что и компьютеры будут вести себя не менее разумно. А если они станут разумными, то не исключено, что будут создавать новые компьютеры – еще большей сложности и с высокими интеллектуальными способностями.

но захочет поэкспериментировать на людях. Если у нас не наступит тоталитарный мировой порядок, кто-нибудь где-нибудь создаст усовершенствованного человека. Разумеется, создание совершенных людей породит серьезные социальные и политические проблемы в отношении к несовершенным. Я не настаиваю, что генная инженерия человека – это хорошо. Я просто говорю, что в ближайшее тысячелетие это вполне может стать реальностью, хотим мы этого или нет. Вот почему я не верю научной фантастике типа «Звездного пути», где люди через триста пятьдесят лет практически не изменяются. Думаю, сложность человека и его ДНК будет достаточно быстро возрастать.

В первые 2 миллиарда лет темп нарастания сложности составлял примерно один бит информации за каждую сотню лет. Но в последние несколько миллионов лет темп повысился до одного бита в год. Сейчас мы на пороге новой эры. У нас появляется возможность увеличивать сложность ДНК, преодолевая медлительность процесса биологической эволюции. За последние 10 000 лет человеческий организм претерпел относительно незначительные изменения. Но есть вероятность, что в ближайшее тысячелетие у нас появится возможность полностью его трансформировать. Конечно, многие скажут, что генная инженерия применительно к людям должна быть запрещена. Но я сомневаюсь, что это можно предотвратить. Из экономических соображений генетические опыты будут проводиться на растениях и животных, и кто-то обязатель

Убежден, человечество должно покинуть Землю. Если останемся, рискуем исчезнуть

Так или иначе, я думаю, что в ближайшую тысячу лет ядерная конфронтация или экологическая катастрофа могут привести в негодность нашу планету. В масштабе геологического времени это произойдет в мгновение ока. Но я надеюсь и верю, что к тому времени наша изобретательная раса найдет способ выскользнуть за жесткие пределы Земли и тем самым пережить катастрофу. Разумеется, это окажется невозможным для миллионов других видов, обитающих на планете, и их гибель останется на нашей совести. Думаю, мы ведем себя с безрассудным равнодушием к нашему будущему на планете Земля. В данный момент деваться нам некуда, но в долгосрочной перспективе человечеству не следует держать все яйца в одной корзине, или на одной планете. Очень надеюсь, мы не уроним корзину раньше, чем выясним, как можно совершить побег с Земли.

Мы должны пойти дальше Киотского протокола – международного соглашения, принятого в 1997 году, и немедленно начать сокращать углеродные выбросы. Технологии у нас есть. Не хватает лишь политической воли.