Цитаты из книг автора «Стивен Хокинг»

Новая программа пилотируемых космических полетов могла бы во многом способствовать восстановлению общественного энтузиазма в отношении космоса и науки в целом. Роботизированные миссии гораздо дешевле и, возможно, дают больше научной информации, но не могут приковать к себе общественное внимание. И они не выводят в космос человечество, что, настаиваю, должно стать нашей долгосрочной стратегией. Планы по созданию базы на Луне к 2050 году и высадке человека на Марс к 2070 году могут активизировать космическую программу и придать ей особый смысл, как это было с заявлением президента Кеннеди в начале 1960-х. В конце 2017 года Илон Маск объявил о планах компании SpaseX создать базу на Луне и совершить пилотируемый полет на Марс к 2022 году, а президент Трамп подписал директиву, переориентирующую НАСА на космические исследования и открытия, так что, возможно, мы попадем туда и раньше.

Космические путешествия – удовольствие недешевое, но они потребуют лишь малой толики мировых ресурсов. Бюджет НАСА остается приблизительно неизменным в реальных цифрах со времен экспедиций «Аполлонов», но сократился с 0,3 % ВВП США в 1970 году до 0,1 % в 2017 году. Даже если в двадцать раз увеличить международный бюджет, чтобы всерьез заняться освоением космоса, это будет составлять лишь доли процента от мирового ВВП.

долгими сроками» я подразумеваю сотни или даже тысячи лет. В течение тридцати лет мы можем построить базу на Луне, в ближайшие пятьдесят – добраться до Марса, через двести – исследовать спутники других планет. Я говорю о пилотируемых полетах. Роботы-вездеходы уже колесят по Марсу, мы уже посадили зонд на Титан – спутник Сатурна, но если думать о будущем человечества, нам нужно отправляться туда самим.

Зачем нам космос? Чем оправдать огромные усилия и деньги, затраченные на то, чтобы доставить с Луны несколько камней? Нет ли на Земле более важных дел? Очевидный ответ находится здесь, он вокруг нас. Оставаться на Земле – все равно что сидеть на необитаемом острове после кораблекрушения и не пытаться спастись.

. Вряд ли что-то заметное произойдет в ближайшие сто лет, о которых мы имеем более или менее четкое представление. Но к концу тысячелетия, если доживем, изменения должны оказаться фундаментальными.

Однако высокие темпы совершенствования сохранятся, скорее всего, до тех пор, пока сложность компьютера не приблизится по сложности к человеческому мозгу. Говорят, компьютеры никогда не станут по-настоящему разумными, какими бы сложными они ни были. Но мне кажется, что если разум человека обеспечивается деятельностью очень сложных химических молекул, то не менее сложные электронные цепи могут способствовать тому, что и компьютеры будут вести себя не менее разумно. А если они станут разумными, то не исключено, что будут создавать новые компьютеры – еще большей сложности и с высокими интеллектуальными способностями.

наши нынешние компьютеры устроены проще, чем мозг земляного червя – вида,

В некотором смысле человечеству, если оно хочет соответствовать нарастающей сложности окружающего мира и заниматься такими делами, как космические путешествия, необходимо усовершенствовать свои психические и физические способности. Необходимо повышать сложность в том случае, если мы хотим, чтобы биологические системы опережали электронные. В данный момент у компьютеров есть преимущество в скорости, но они не проявляют никаких

Разумеется, создание совершенных людей породит серьезные социальные и политические проблемы в отношении к несовершенным. Я не настаиваю, что генная инженерия человека – это хорошо. Я просто говорю, что в ближайшее тысячелетие это вполне может стать реальностью, хотим мы этого или нет. Вот почему

За последние 10 000 лет человеческий организм претерпел относительно незначительные изменения. Но есть вероятность, что в ближайшее тысячелетие у нас появится возможность полностью его трансформировать. Конечно, многие скажут, что генная инженерия применительно к людям должна быть запрещена. Но я сомневаюсь, что это можно предотвратить.