X

Он привез меня в загородный дом родителей. Мы всегда сбегали сюда на выходные. Я любила это место. Место, где у нас была своя спальня, мои вещи, а воздух всегда пах цветами.

Как только мы вошли, он накинул на меня плед и бросился к камину. Все было правильно, привычно, уютно – а я стояла у двери, деревянная, пустая.

– Идем, ты заболеешь, – он повел меня в ванную, включил горячую воду, держал меня за плечи, пока пар поднимался к потолку. Его ладони согревали мои руки, он молчал, а во мне кричало имя другого.

– Вот твоя пижама и кардиган. Я сварю какао, – сказал он и вышел.

Я, и правда, согрелась. Спустилась в гостиную, и он тут же усадил меня к камину, укрыл, подал кружку. Сладкий вкус, пряная корица. Он знал все обо мне: вкусы, привычки, слабости. И все равно был чужим.

Я смотрела на огонь. Уже не плакала.

Кевин устроился сбоку с чашкой кофе, тревожно вглядывался в мое лицо. Я не должна была позволять ему заботиться обо мне. Но сил бороться не осталось. Не сегодня.

Потом я еще не раз думала о том, что случилось бы, не найди он меня тогда на берегу.

– Я постелил тебе наверху и включил отопление, – сказал он позже и проводил меня наверх.

– Я буду в комнате родителей. – Он уложил меня в постель. – Не думай ни о чем. Просто попробуй поспать. Я скажу Софии, что ты со мной. Мы останемся здесь столько, сколько потребуется.