Жозеф Фуше

4,4
8 читателей оценили
236 печ. страниц
2017 год
Оцените книгу
  1. KatrinBelous
    Оценил книгу

    Время действия: 1759 - 1820 г.
    Место действия: Франция / Нант, Париж, Лион; Австрия / Линц

    Сюжет: Художественная биография видного политического деятеля Жозефа Фуше, герцога Отрантского, министра и советника при императоре Наполеоне Бонапарте.

    "Жирондистов свергли - Фуше остаётся, якобинцев прогнали - Фуше остаётся, Директория, консульство, империя, королевство и снова империя исчезают и гибнут - один лишь Фуше всегда остаётся."

    Впечатления: В последнее время я очень полюбила биографии исторических деятелей, всегда интересно почитать о жизни людей, творивших некогда историю. Выбирая для чтения "Жозефа Фуше" Цвейга, я практически ничего не знала об этом министре, но наивно предполагала, что его биография будет напоминать жизнь придворного интригана и кровного аристократа Талейрана. Давно уже я так не ошибалась. Я сознательно избегаю книг о французской революции, потому как не могу спокойно читать о творимых тогда бесчинствах, прикрываемых благородными воззваниями о равенстве и свободе. А тут буквально с первых глав автор вбросил меня в историю революции и более того оказалось, что этот самый Жозеф Фуше принимал в деятельности Конвента самое активное участие, хоть и стал в дальнейшем герцогом! А узнав, что Жозеф Фуше известен кличкой "Лионский палач" я совсем приуныла:(

    Но здесь я ошибалась уже во второй раз. Книга очень скоро увлекла меня не на шутку и я все никак не могла понять, кто же он такой этот Жозеф Фуше? Предатель, обманщик, манипулятор, гениальный интриган, человек, раздающий клятвы верности направо и налево, лишь бы только победившей партии? Прирожденный шпион и талантливый полицмейстер? Или может быть дипломат и политик, умеющий сильной рукой управлять страной и одновременно успевать к своей выгоде дергать за сотни ниточек, поддерживая связи со всеми дворами? Я не смогла проникнуться Жозефом Фуше как человеком ибо по правде сказать, человеком он был таким себе, а вот его сильная личность и непотопляемость определенно восхитили.

    Много всего было в жизни этого холодного, прячущегося за маской равнодушия и спокойствия, человека. Сын моряка, страдающий с детства морской болезнью, он выбирает своим поприщем церковь и становится монастырским учителем математики. Дружба с Робеспьером приводит Фуше к политике и выводит в ряды депутатов Конвента. Волны революции тогда многих подняли вверх, но и многих повергли вниз. Вожди революции творили свои жестокие расправы, а Фуше отсиживался в сторонке, когда вожди пали, Фуше остался. Правда за это ему пришлось заплатить воспоминаниями об учиненной по приказу Конвента расправе над Лионом: когда тысячи людей были убиты за сопротивление революции, ратующей за свободу (причем казнили их самым жестоким образом - расстреливая из пушек и добивая тех, у кого только лишь поотрывало конечности), церкви разграблены и порушены, а город снесён с лица земли, даже те здания, которые имели важное культурно-историческое значение для Франции. Для меня это были страшные главы, именно из-за таких событий я и не читаю о французской революции.

    "Великий пример всегда либо развращает, либо возвышает целое поколение. Когда является человек, подобный Наполеону Бонапарту, людям, приближенным к нему, предоставляется выбор: либо стушеваться, принизиться, дать себя затмить его величию, либо, следуя его примеру, напрячь свои силы до крайних пределов."

    Дальше было и противостояние с Дантоном, и сделка с Наполеоном, которому Фуше помог взойти на императорский трон и попеременно становился то министром полиции, то председателем совета, то отправлялся в ссылку. Бурными были отношения этих двух непростых, но схожих в своей гениальности людей. Кстати, оба друг друга ненавидели, но при этом оба были зависимы от власти и старались ее сохранить всеми способами. Символично, что в итоге именно Фуше, открывший Наполеону врата власти над Францией, после "ста дней" их же и закрыл, заставив императора отправится в ссылку. Так что меня очень порадовало, что в этой биографии мне встретились интересные заметки и главы про Наполеона Бонапарта. Жаль, что Цвейг не написал его полноценную биографию, как мне показалось он очень психологически точно составил как портрет лейтенанта, так и затем генерала Бонапарта, превратившегося потом в императора и самодержца Наполеона.

    "Фуше и Талейран. Эти два самых способных министра Наполеона - психологически самые интересные люди его эпохи - не любят друг друга, вероятно, оттого, что они во многом слишком похожи друг на друга. Это трезвые, реалистические умы, циничные, ни с чем не считающиеся ученики Макиавелли."

    Было интересно наблюдать и за противостоянием и интригами друг против друга Фуше и Талейрана. Талейран идеальный придворный 18 века, умный, утонченный, изысканный и умеющий быть роскошным, легко играет в дипломатию. Тогда как более тяжеловесный и простой Фуше трудится 24 часа, никогда не теряя бдительности. Наполеон, кстати, не любил ни одного, ни второго, уж слишком они были яркими личностями в его окружении. Но с удовольствием их стравливал и выслушивал потом донесения от одного министра на другого, даже не надо было тратиться на соглядатаев=) Удивительно, но именно мой любимчик князь в итоге победил: все как в жизни, происхождение взяло свое и министру-аристократу при короле Людовике XVIII отдали предпочтение, хотя опять же именно Фуше возвел его после Наполеона на трон.

    "Фуше потому так сильно презирает людей, что слишком хорошо знает самого себя."

    К концу биографии я так привыкла читать о Жозефе Фуше, вся жизнь которого промелькнула перед моими глазами, что мое первоначальное неприятие этой личности даже сменилось сочувствием. Все же он был не совсем пропащим человеком, очень любил свою жену и детей, тяжело переживал их смерть. Жаль было наблюдать и за тем, как после изгнания из Франции он в Австрии был никому не нужен, хотя раньше придворные толпились в его приемных. Все же земная власть и могущество действительно проходят быстро и оставляют по себе лишь прах. Кто постоянно играл такую важную роль в мировой истории, отлученный от дел, уже не может наслаждаться покоем и тихо угасает.

    "Всегда, когда какое-нибудь правительство испытывает затруднения, будь это Директория, консульство, империя или королевство, всегда, когда нужен настоящий посредник, способный, сгладив противоречия, навести порядок, обращаются к человеку с красным знаменем, к самому ненадежному по своим личным качествам человеку, но к самому надёжному дипломату, к Жозефу Фуше."

    Итого: На самом деле о Жозефе Фуше, герцоге Отрантском можно писать очень долго и подробно. Чего он только не пережил, даже спасаясь от ареста из окна своего замка удирал))) Я бы прочитала таки о нем более подробный исторический роман, но спасибо Цвейгу и за такую биографию, как по мне автору отлично удалось уловить и отразить изменчивый образ Фуше. Который отличился даже историей со своими собственными мемуарами. Они вышли через 4 года после смерти герцога Отрантского и очень переполошили свет, ведь очень много компромата хранилось в его бумагах буквально на каждого. И до сих пор не ясно писал ли эти мемуары сам Жозеф Фуше или это всего лишь ещё одна фасильфикация.

    Книга прочитана в "Игре в классики"

  2. Kate_Lindstrom
    Оценил книгу

    Работы Стефана Цвейга стали для меня подлинным читательским открытием последних месяцев. Сочетая меткий психологизм, глубину идеи и потрясающе образный язык, этот автор создавал поистине восхитительные произведения. Многие знакомы с Цвейгом, прежде всего, по его новеллам, - неизменным жемчужинам в бурных водах литературы. Но хочу обратить внимание, что Цвейг-биограф совершенно не уступает в увлекательности Цвейгу-новеллисту.

    Для меня определенный (и не малый) вес в книге имеет умение автора грамотно подать свой замысел; умение привлечь читателя. Обратить внимание на те аспекты жизни и времени, о которых читающий дотоле не задумывался, и заинтересовать ими всерьез. В этом отношении писательское мастерство Цвейга практически вне конкуренции. Он обладает способностью говорить так, что его хочется слушать, несмотря ни на что. Даже если не знаком с поданной темой, человеком, временем.

    О французской революции я знаю до постыдного мало. Все собираюсь залатать пробелы, но, увы, как это часто бывает, новая и новая будоражащая ум информация зачастую прячет в дальний угол сии светлые порывы. Поэтому до чтения даже имя Жозефа Фуше было для меня окутано мраком.
    Но Цвейг, которому я не устану петь дифирамбы, пригласил меня познакомиться с этим экстраординарным человеком и его восхитительно скачкообразной судьбой.

    Вы наверняка знакомы с выражением, которое гласит, что жизнь порою куда более невероятна, чем самая смелая выдумка. Да, на примере жизни Жозефа Фуше, министра полиции самых кровавых времен в истории Франции, можно в этом воочию убедиться. Этот человек незаметно, до невозможного тихо заправлял самыми оглушительными, переворачивающими ход истории событиями. Он был лишен громкой славы, почетных лавр, ликующих толп. И все потому, что он был слишком умен и расчетлив, чтобы понимать, до чего в отчаянные времена малого стоит мирская слава и что ее блестящие атрибуты - безделицы. Ничто в сравнении с подлинной властью. Такое осторожное и мудрое знание помогло Фуше пережить всю революцию, попутно уничтожая, испепеляя своих политических врагов (конечно же, окольными путями). Но выжить в огненные годы было недостаточно; для Фуше - так уж точно. Он быстрее всех соображал, откуда дует ветер, и его потрясающее политическое чутье делает ему честь. Таким образом он оказался мил и при Наполеоне.

    Цвейг делает упор на основополагающих качествах Фуше - его двуличности, его лицемерии, его пожизненной готовности предавать, предавать кого угодно ради своих целей. Он был лоялен к трещащей по швам монархии и поддерживал бунтовщиков. После революции он работал на два лагеря, и никто в мире не подозревал о его нетерпимости к той или иной стороне. Да и была ли она? Он сам, наверное, не знал своих подлинных убеждений. Всё, чего он добивался всю сознательную жизнь - быть с теми, кто сейчас на коне. Как только он чувствовал, что опора становится нестабильной, он покидал тонущее судно первым, не оглядываясь, не щадя своих бывших соратников, и, скажем так, друзей. Оставим шумную полемику и пустую суету другим. Пусть тонут в крови, пытаясь нацепить драгоценную корону, которая принадлежит всем и никому. Этот человек спокойно посмеивался, помогая возвыситься и пасть сильным мира сего.

    Автор одинаково восхищается и презирает Фуше за его феноменальные качества. С одной стороны, нельзя не восхититься его прозорливостью, предусмотрительностью, ловкостью и умом. С другой - его бессердечность, пренебрежение всем ради своей цели, - просто пугают. Даже понимая, что этот человек умер столетия назад, что события тех времен - давным-давно история, я все равно не переставала думать о том, что очень, очень бы не хотелось встретить подобную персону на своем жизненном пути.

    Да, те годы во Франции были действительно темны, и не только Фуше отличался жаждой власти и жестокой беспринципностью. Но он, и только он - основа основ книги и самое поразившее в ней - оставался всегда.
    Бурбоны? Фуше где-то возле трона. Революция? Пожалуйте на баррикады. Или, точнее, в закулисье баррикад (еще чего, руки пачкать, пусть эти глупцы сами наломают себе дров). Кажется, к власти стремится действительно интересная фигура... Как там его? Бонапарт? Здорово, шикарно. Можно договориться, чтобы из этого что-нибудь вышло... Что-то происходит. Наполеон уже не тот. Пора и честь знать. Ах, Бурбоны? Опять? Ну здравствуйте. А знаете, я всегда подозревал, что этим кончится. Да здравствует король!

    Он должен постоянно держать в руках карты, должен сдавать, тасовать, передергивать, блефовать, крыть карты противника и козырять. Ему необходимо всегда сидеть за столом - все равно за каким: за королевским ли, императорским или республиканским - лишь бы участвовать в игре, лишь бы avoir la main dans la pâte, быть поближе к пирогу, все равно к какому.

    И в какие бы хитроумные западни не стремились заманить Фуше его оппоненты, он всегда ускользал, как угорь. Его верткость выглядит фантастикой, хотя все подтверждения на руках у историков. Действительно, неординарнейшая личность.

    Но что же, какую мысль хотел донести Цвейг, берясь за биографию такого человека? Очень простую. Закулисье истории - опасная зона. Те, кто наверху, могут ошибаться или сверкать, но у них нет путей к отступлению, и именно это выписывает их имена, черным или белым, на плитах истории. Люди, подобные Фуше, всегда лишь во власти данного момента. Он жил, ориентируясь только на понятие "сейчас", и не прогадывал, потому что выживал, когда головы других падали с плеч. Но он распылил себя. Он ничего не оставил, кроме своего перебежничества. Время рассудило так, что закулисье поглотило его. А ведь будь его энергия созидательной, как много хорошего могло бы произойти.

    Но...
    Nusquam est qui ubique est.
    Кто везде, тот нигде.

  3. GehredSissier
    Оценил книгу
    Многие деятели этого времени стали знаменем целых поколений. Их имена вызывали и вызывают до сих пор яростную полемику. Фуше не связал свою судьбу ни с одной из партий. Служа одним, обманывая других, он сделал предательство своим кредо. Фуше принадлежал к сонму тех "государственных мужей", для которых власть, богатство, личное преуспевание были смыслом существования. Люди, подобные Фуше, попадают в историю, но попадают они туда с "черного хода", оставляя зловещую память о своих преступлениях. Их жизнь всегда служит мерилом человеческой низости и коварства, беспринципности и политической нечистоплотности.
    Очень строгий историк о Жозефе Фуше

    Врез в тему

    У Жозефа Фуше была уникальная судьба. И уникальной она была не только в смысле его земного пути, но и в плане его посмертного восприятия потомством. Проведём простой эксперимент. Устроим опрос наших современников на тему, кто такой Жозеф Фуше? Полагаю, результаты будут неутешительные. Вот Наполеона, наверное, все знают. Робеспьера, вероятно, тоже вспомнят. Чем чёрт не шутит, может кто-то напряжётся и выдаст, кто такой Талейран. Но вот Фуше вряд ли войдёт в список фигур далёкого уже прошлого, которые до сих пор в той или иной форме присутствуют в коллективном бессознательном. А ведь в ту бурную эпоху истории, когда по выражению Цвейга, один мир сменял другой, этот человек был такой же значимой фигурой, как и все ранее перечисленные. И с судьбой Наполеона, Талейрана, Робеспьера неразрывно связано имя Жозефа Фуше.

    И при этом до появления в 1901 г. классической биографии авторства знаменитого историка Луи Мадлена о Фуше практически не упоминалось в работах по истории Революции и Империи!

    В пространство художественной литературы Фуше ввёл Бальзак в «Тёмном деле». У Бальзака образ вырисовывался практически демонический, но широкой публике к началу XX-ого века Жозеф Фуше был известен по большей части как персонаж псевдоисторической пьесы Сарду «Мадам Сан-Жен», где роль его сводилась к тому, что он как эдакий недалёкий водевильный полицейский перехватывал невинное письмо императрицы и бежал с ним к Наполеону дабы тому открыть глаза на моральный облик жены. В итоге, как во всяком водевиле правда торжествовала, злодеи посрамлялись, в императорской семье наступал покой (временный). А Наполеон в конце сего действа эффектно дёргал сконфуженного полицейского за ухо. Согласно сохранившимся свидетельствам, публика на этом моменте ревела от восторга. Прелесть какая, правда? Ну как тут не согласиться с Цвейгом:

    Иногда его образ мелькает в пьесе или оперетке, посвященных Наполеону, но в большинстве случаев он фигурирует там в затасканной схематической маске прожженного министра полиции, этакого предтечи Шерлока Холмса: в плоском изображении роль закулисного деятеля всегда превращается во второстепенную роль.

    Немного общих сведений о Жозефе Фуше (для тех, кто не в теме)

    Родился он в зажиточной семье потомственных моряков. Как совсем недавно было доказано, предки Фуше сколотили своё состояние в том числе и на работорговле. Но маленький Жозеф не годился для продолжения семейного бизнеса. Он был тщедушный, слабый и болезненный. В суровое море такого отпускать было категорически нельзя. Поэтому мальчика решили готовить к церковной карьере.

    Лирическое отступление. Неотъемлемой чертой образа Фуше является его редкое физическое уродство. Этот факт признают все, кто так или иначе соприкасался с ним. Редко бывает, чтобы у людей разных представлений о прекрасном настолько в этом конкретном случае сходились вкусы. Фуше все в один голос описывают как совершенно безобразного урода. Ну, представьте себе змею. Или какую-то иную рептилию. И вообразите, как бы она выглядела, если бы обратилась в человеческий облик. Представили? Фуше был как бы обескровленным. Мертвенно бледным. Губы тонкие. Глаза как у рыбы или змеи. Голосочек тихий-тихий. Страшненький он был мальчик. И ещё более страшным стал человеком.

    Казалось бы, жизнь Жозефа Фуше пойдёт по заданной заранее колее. Ведь Франция тогда была сословным государством, в котором траектория жизни человека была определена с самого его рождения положением семьи, к которой ты принадлежал. Фуше, родившийся в семье, относящейся к третьему сословию, не мог при таком порядке рассчитывать на хватание звёзд с неба. Учитель физики в монастырской школе – вот чем он зарабатывал себе на хлеб до определённой поры. Но произошла Великая Французская Революция, которая предоставила безвестному провинциалу Фуше неслыханный социальный лифт. Он очень быстро понял, куда дует ветер и стал народным депутатом. В бытность cвою депутатом он, что называется, колебался с линией партии. Начинал как в меру умеренный, потом, чувствуя, как накаляется атмосфера, примкнул к радикалам. Голосовал за смерть короля. Такое лавирование принесло свои плоды и позволило ему самому не только избежать ножа гильотины, но и получить очень ответственный пост республиканского представителя в Лионе, где незадолго до этого было подавлено антиреспубликанское выступление. Здесь этот человек оставил после себя воистину кровавую память. Гильотина работала на полную мощность, но для выполнения поставленных грозным комиссаром целей и её «производительности» не хватало. Тогда в дело шли массовые расстрелы из пушек и утопления в Роне. Также активно проводилась по инициативе Фуше кампания дехристианизации, то есть, глумления над религией.

    Но в то неспокойное время, когда Францию как корабль в бурном море кидало от одного берега к другому, Фуше своим шестым чувством почуял, что скоро курс корабля, на котором он находится, изменится. Поэтому он вовремя спустил террор в Лионе на тормоза, а сам поспешил заблаговременно уничтожить следы многих своих злодеяний (кое-кто из неудобных свидетелей очень кстати сам взошёл на эшафот). Это было очень вовремя, потому что над головой Жозефа Фуше сгустились тучи. Его отозвали из Лиона для отчёта в Париж. В ту эпоху все понимали, что значит такой отзыв. Ему самому грозила гильотина. Однако в Париже Фуше очень быстро сориентировался. Кроме него в аналогичном положении находились ещё несколько вызванных на ковёр из провинции комиссаров-террористов. Те же Баррас и Тальен подобно Фуше пребывали в том состоянии, когда над головой занесено остриё гильотины и терять уже собственно нечего. Поэтому между ними очень быстро установился контакт. К ядру примкнули и другие депутаты, которые по большей части сами боялись оказаться в списке следующих жертв «национальной бритвы». Наспех был сколочен заговор, участниками которого двигало не желание что-то изменить в стране и остановить террор, ставший к этому времени Великим Террором, а банальный инстинкт самосохранения. В итоге в результате термидорианского переворота Робеспьер и его сторонники были свергнуты и казнены. Участники заговора, они же бывшие террористы, поспешили свалить на Робеспьера все грехи, а сами оказались как бы честными республиканцами и избавителями отечества от кровавого чудовища. На смену суровости пришёл культ удовольствия и желание забыть о пережитых кошмарах. Кто мог - обогащался, кто не мог - старался просто выжить. Разруха в стране была полная.

    На этом фоне Фуше предусмотрительно ушёл в тень. С одной стороны, он был уж очень скомпрометированной фигурой, с другой – понимал, что связывать себя с кем-то в правительстве пока небезопасно. Он просто исчез. Серьёзно. Существует ничем не подтверждённая, но и не опровергнутая легенда, что победитель самого Робеспьера зарабатывал себе тогда на жизнь разведением свиней. Фуше умел заметать следы. И на то были основания. Потому что ясно одно: Фуше активно занимался стукачеством и провокациями. Провокациями против своих бывших якобинских друзей, разумеется. Отношение тогда к нему было у окружающих неприятно-гадливое. Вскоре Фуше вышел из тени. Баррас, на которого он очевидно и работал в бытность свою провокатором, решил, что Фуше теперь «его человек», поэтому стал его активно продвигать наверх. Сначала ему была предложена роль дипломатического представителя в одной из дочерних республик, но дело, что называется, не зашло. Тогда Фуше был передан портфель министра полиции. И это стало новой вехой в его биографии. Потому что на этом посту он себя проявил гением. Это не преувеличение. Он создал невиданную доселе совершенную систему сыска и шпионажа. Он придумал заводить досье на подозрительных, которые хранились в специальных архивах-картотеках. Он создал некое наиболее приближенное к современному подобие паспорта, который невозможно было подделать. Щупальцы спрута, которым была его система осведомления, раскинулись по всей Европе. И подчинялся этот механизм только одному ему и никому больше. Да, кстати, именно тогда Фуше, бывший якобинец-радикал, официально закрыл якобинский клуб. Он теперь был уже более консерватором, так как опять понял, что власть сменится.

    На политическую сцену вышел генерал Бонапарт: только армия могла поддерживать порядок в стране. В брюмерианском перевороте Фуше напрямую не участвовал, но портфель министра полиции замечательно сохранил. Он естественно с самого начала знал, что будет переворот, знал поименно всех заговорщиков (с его системой осведомления это было как два пальца об асфальт). Но ничего не предпринял. При том, что знал, что главной жертвой будет тот самый Баррас, которому он всем был обязан и который и дал ему пост министра полиции, чтобы обезопасить себя от подобного поворота событий. Фуше же просто ждал, чем дело закончится: удастся переворот – он сохранит министерский портфель, так как предоставил заговорщикам полную свободу действий, провалится переворот – он также сохранит министерский портфель, так как вовремя докажет, что предпринял необходимые меры. Очень удобно.

    И ещё тогда проявилась одна очень примечательная черта характера Фуше. Как бы мы сейчас сказали, он обожал троллить окружающих. Ну, представляете картину. Вы – заговорщик. За несколько дней до даты переворота Вы получаете от министра полиции частное приглашение на обед. Приходите к нему, садитесь за стол. Смотрите по сторонам и понимаете, что все остальные приглашённые – это также участники заговора. Они также озираются кругом, не понимая, что всё это значит? Это не может быть совпадением! Министр полиции раскрыл заговор и сейчас всех нас отправит на гильотину! А Фуше как ни в чём не бывало поддерживает светский разговор, интересуясь, что нового, граждане? Вы в ответ ему испуганно бросаете, что ничего нового нет. А у вас что нового, гражданин министр полиции? И Фуше, глядя на вас своими глазами мёртвой рыбы, отвечает совершенно спокойно: «Нового ничего нет, всё как всегда. Только вот заговорами какими-то нас пугают. Но я в это, признаться, не верю». От таких вот шуточек некоторых слабых духом лиц вполне мог хватить удар. Но обошлось. Поужинали и разошлись. А Фуше нормально над их физиономиями про себя посмеялся.

    Итак, Фуше стал министром полиции в правительстве Наполеона. С некоторыми перерывами он стоял во главе данного ведомства с 1799 до 1810 года. Власть его была огромной. Существуют совершенно уникальные, отдельно опубликованные документы: переписка Наполеона и Фуше. Уже только по ней можно сделать вывод о той роли, которую Фуше играл в системе управления и о тех рычагах власти, которые этот хилый человек держал в руках. Фуше ежедневно предоставлял Наполеону отчёты о состоянии дел во Франции, в которых находили отображение все стороны жизни общества: от пьес в театрах до слухов в подворотнях. Наполеону не нравится, что в ещё не закрытых газетах слишком часто упоминается Жозефина, тогда как он уже задумал развод? Пару строк Фуше и завтра газеты будут такими, как им следует быть. Императору не нравится в отчёте Фуше упоминание о некоей даме в Сен-Жерменском предместье, которая слишком громко выражает симпатии к прусской королеве? Пару строк Фуше и завтра она будет выслана из Парижа. Наполеон находит, что во время его отсутствия в очередной кампании в столице царит слишком тягостное настроение? Он так и пишет Фуше, что нужно распустить в Париже слух о его скором возвращении из армии. Не нравится императору какая-то пьеса в театре Одеон? Ну так надо об этом дать знать Фуше и завтра же пьеса исчезнет из репертуара.

    Казалось, этот тандем Наполеон-Фуше работает идеально. Они понимали друг друга с полуслова. Фуше навсегда вписал своё имя в анналы мировой криминалистки, когда собрал доказательства вины роялистов в покушении на первого консула при взрыве адской машины на улице Сен-Никез. Было проведено ювелирное расследование, которому позавидовал бы спустя почти столетие сам Шерлок Холмс. И при этом Фуше также ювелирно исполнил и другое пожелание Бонапарта: он организовал расправу с якобинской оппозицией. Предлогом было то самое покушение. Фуше понимал, что вины якобинцев нет, но составил списки якобинцев для высылки в колонии на медленную смерть. Потом нашли виновных, но про высланных ни первый консул, ни министр полиции почему-то уже не вспомнили… Фуше окрутил своими сетями и самого Наполеона. Он будет впоследствии утверждать, что его шпионом при Бонапарте была сама Жозефина. Правда ли это? Нет никаких доказательств, но выглядит правдоподобным. У Жозефины была одна всем известная слабость: вечная нехватка денег. Поэтому Фуше волне мог обеспечить мадам Бонапарт дополнительный источник дохода в виде своих субсидий. К тому же, Жозефина Богарне и Фуше знали друг друга ещё со времён Директории, контакт мог быть установлен уже тогда. Зато можно считать вполне доказанным, что ретивый министр полиции подкупал секретарей Наполеона. Всё что тот диктовал – транслировалось незамедлительно Фуше и могло быть им пущено в ход по его усмотрению в любой момент. Бонапарт также следил за своим собственным министром через другое ведомство, созданное как раз для контроля над полицией. Однако Фуше шпионов разоблачал и делал из них двойных агентов. Между слугой и хозяином фактически шла тайная война.

    И всё же этот тандем никогда не был идеальным. Бонапарт терпеть не мог Фуше, зная, что тот предаст его при первой возможности, а Фуше тяготился своим начальником, как тяготился бы любым, кто в чём-то ограничивал его власть. Тем не менее, до поры до времени всё работало гладко: Бонапарт нуждался в гениальном министре полиции, чтобы «держать» Францию, а у Фуше не было возможности предать Бонапарта. Система первый раз дала сбой в 1808-1809 годах. Тогда Фуше понял, что внешняя политика Наполеона не доведёт того до добра. И объединил свои усилия со своим давним «заклятым другом» мсье де Талейраном. Политические тяжеловесы друг друга ненавидели, но сходились во мнении, что что-то идёт не так. Остались так до конца и не установленными их намерения, но, судя по некоторым обрывочным сведениям, вполне правдоподобна версия готовящегося плана физического устранения императора. Тогда дело дальше слов не пошло, но Фуше активно продолжал искать гарантии безопасности «на всякий пожарный». И при этом с радостью троллил Наполеона. Когда во время войны с Австрией в 1809 году англичане высадили десант на континенте, Фуше без всякого согласия со стороны императора собрал национальную гвардию для отпора врагу, а во главе её поставил весьма сомнительного в глазах Наполеона человека. Как будто он таким образом дразнил властелина Европы, демонстрируя тому свою власть. И в конце концов Фуше самолично начал переговоры с Англией! Этого Наполеон уже потерпеть не мог. Фуше был отправлен в отставку. Но Жозеф Фуше был не таким человеком, от которого можно так вот просто избавиться. Он никому не собирался отдавать свою гениальную полицейскую машину. Поэтому он попросту уничтожил все важнейшие документы, оставил в архиве только незначительные материалы, предварительно их хорошенько перепутав. А кое-что видимо умыкнул. И Наполеон был убеждён, что Фуше сохранил некие очень-очень компрометирующие его документы. Судьба этих материалов так и не установлена. Наиболее вероятно, что Наполеон их всё же получил и поторопился их уничтожить. Но что же там такого было? Этого мы никогда не узнаем…

    А что же Фуше? Он жил себе спокойно частной жизнью, исполнял роль губернатора какой-то богом забытой провинции (Наполеон его туда услал намеренно в 1813 году, чтобы он не мутил воду во Франции). В итоге, при первом отречении Наполеона в 1814 году Фуше никакой значимой роли не сыграл. Но активно включился в который раз в подковёрные интриги. Теперь уже против Людовика XVIII. В конце концов король решился на его арест, но Фуше в прямом смысле сбежал. Тем временем вернулся на сто дней Наполеон. И Фуше вновь стал министром полиции. К этому времени Наполеон и Фуше друг друга взаимно ненавидели и считали свой союз не более чем временной взаимовыгодной мерой. Всё решилось при Ватерлоо. Фуше сыграл в окончательном падении Наполеона зловещую роль. Он фактически организовал второе отречение императора. В подконтрольное ему собрание депутатов Фуше вбросил идею отстранения Наполеона от власти. Всё прошло успешно для Фуше и с Наполеоном было покончено. И что же он сделал, став фактически единственным правителем Франции? Всё правильно. Он сторговался с Людовиком XVIII, брата которого он отправил на гильотину, об условиях его возвращения на французский престол. При этом возвращение Бурбонов ознаменовалось вспышкой «белого террора». И в этом тоже засветился Фуше. Теперь он, сам бывший министром в правительстве Наполеона в период «Ста дней», составлял уже списки лиц, подлежащих высылке и преданию смерти, за то, что они изменили королю! Правда, надо отдать ему должное: он не особо свирепствовал. Не потому что проявил какое-то благородство и человеколюбие, а потому что понимал, что Франция больше крови уже просто не выдержит. Когда всё было кончено, Фуше надеялся и дальше оставаться всесильным министром при дворе короля. Но здесь он просчитался. Теперь Людовик XVIII понимал, что вернулся надолго и трону его ничто не грозит. И от Фуше по-тихому избавились. Его сначала отправили послом в одно немецкое государство, а потом ему как «цареубийце» фактически запретили въезд на территорию Франции. Фуше был к этому времени миллионером, на деньги его никто не покушался. Но жить ему в австрийской провинции было скучно. Ведь единственным смыслом его жизни была власть над людьми. Теперь у него этой власти не было, а значит не было и смысла продолжать жить.

    Перед смертью он писал мемуары. Впоследствии они были изданы, но семья Фуше поспешила заклеймить эту книгу как фальшивку. В итоге, в исторической науке остался до сих пор неразрешённым вопрос: писал ли Фуше книгу, известную как «Мемуары Фуше», или не писал? Большинство историков, насколько мне известно, в этом вопросе склоняются к тому, что при создании книги под названием «Мемуары Фуше» оригинальные рукописи Фуше были частично использованы его подручными и «литературными неграми». Но каково процентное соотношение того, что было собственно написано Жозефом Фуше, и того, что дописали третьи лица? Этого никто так и не установил. Я читала эти мемуары. Могу сказать, что это очень смешная книга. Фактически просто сборник злых и пошлых анекдотов про политических противников Жозефа Фуше. Смешнее читать только мемуары Поля Барраса (это вообще бомба!) Хорошо про Фуше в данном случае сказал Гейне:

    Его фальшивость заходила так далеко, что он уже после своей смерти издавал фальшивые мемуары.

    Про собственно книгу Цвейга

    Это шедевр в жанре, именуемом «романтизированная биография». Автор не старается дать объективную картину исторической действительности, выявить глубинные причины исторических событий. Свою задачу он видит в том, чтобы понять характер Фуше, разгадать загадку той власти, которую эта мрачная личность имела над окружающими. И разгадка кроется по Цвейгу в «возведённой в принцип беспринципности» Фуше. Сама книга написана мастерски. Даже зная заранее из учебника истории исход, всё равно физически чувствуешь гнетущее напряжение в описаниях всех этих заговоров и интриг. Автор рисует Жозефа Фуше как концентрированное выражение определённых черт. Под его пером этот человек предстаёт как настоящий «гений зла». Определённая сознательная демонизация данного образа имеет место быть. И это придаёт книге ещё одно дополнительное измерение. Потому что все персонажи книги, которых выхватывает перо автора, являются сугубо отрицательными. Вернее, правильнее будет сказать, что исторические персонажи в описании Цвейга делятся на «дураков» и «мерзавцев». Первые не вызывают симпатии в силу своей недалёкости (Карно, Савари), вторые… А вторые – это такие как Наполеон, Талейран и тот же Фуше.

    Кстати, Цвейг здесь выступает как последовательный противник сложившегося в историографии и литературе культа Наполеона. Нет, он признаёт его гениальность и реальные заслуги перед Францией и Европой. Но чётко проводит грань между Бонапартом-консулом и Наполеоном-императором. И как горько звучат в 1929 году такие слова автора:

    Перед самым рассветом, укрытая черной мантией ночи, словно траурным покрывалом, плохонькая коляска (собственную коляску Наполеона захватил Блюхер вместе с императорской казной, саблей и бумагами) въезжает в Париж, направляясь к Елисейским полям. Тот, кто шесть дней тому назад в своем приказе по армии высокопарно писал: «Для каждого француза, обладающего мужеством, настал час победить или умереть», сам не победил и не умер, но зато ради него при Ватерлоо и Линьи погибло еще шестьдесят тысяч человек.

    Наверное, неслучайно что именно Жозефа Фуше Цвейг считал наиболее ярким выражением современного ему типа политического деятеля, его квинтэссенцией. На глазах писателя бездарно и бессмысленно целое поколение сгинуло в мясорубке Первой мировой войны, которую вели под знаменем высоких идеалов. И уже начинал поднимать голову нацизм. В воздухе носилось предчувствие новой и кровавой беды. И как тут, перебирая фигуры далёкого прошлого, не вспомнить было о Жозефе Фуше?

    Если вдуматься, то от этого человека сегодня осталась в коллективной памяти только фраза, которую ему приписывают: «Это хуже, чем преступление: это ошибка». И великолепная, в чём-то провидческая книга Стефана Цвейга. Произносил ли Фуше знаменитую фразу, доподлинно неизвестно. Она, как и многие другие утверждения, связанные с Фуше, вызывает множество вопросов. Зато книга Цвейга никаких вопросов не вызывает.

    И ежедневно мы снова убеждаемся, что в нечистой и часто кощунственной политической игре, которой народы все еще простосердечно вверяют своих детей и свою будущность, руководят не люди с широким нравственным кругозором, не люди непоколебимых убеждений, а те профессиональные азартные игроки, которых мы называем дипломатами, искусники, обладающие ловкостью рук, пусторечием и хладнокровием. Если в самом деле, как уже сто лет тому назад сказал Наполеон, политика стала la fatalité moderne, современным роком, то мы, в целях самообороны, попытаемся разглядеть за этой силой людей и тем самым понять опасную тайну их могущества. Пусть же это жизнеописание Жозефа Фуше будет вкладом в типологию политического деятеля.
    Стефан Цвейг
    Зальцбург, осень 1929 г.

Автор