Глава 2

Мужик шуршит моими пакетами. Мне трудно дышать. Вдруг он маньяк? И вот-вот набросится на меня. Кузеньку напугает. Или поранит. Вижу свет – мужик включил фонарик на смартфоне.

– Звоните лифтёру, – вздыхает он, светя на панель с кнопками.

Невыносимо долго мы переминаемся с ноги на ногу и вздыхаем в темноте. Мужик периодически справляется о моём самочувствии. Вру, что всё в порядке. Наконец нас вызволяют. Оказывается, во всём районе нет электричества. И теперь придётся тащиться на десятый этаж пешком. С пакетами. Хотя я несу только кота. Даже как-то неловко перед мужиком. Наконец доползаем доверху. Вот она, родная дверь.

– Ой, знаете, я, кажется, сумочку с ключами в машине оставила, – готова провалиться сквозь землю.

Хорошо, что в подъезде тоже темно, и я не вижу разъярённые глаза мужика.

– Если позволите, я схожу, – подозрительно спокойно отвечает он.

Я не привыкла доверять незнакомцам, но… понимаю, что сама смогу только вниз. А ещё Кузнец вцепился в меня мёртвой хваткой.

– Так неловко, – абсолютно искренне говорю я, подавая незнакомцу ключи от авто.

– Ничего страшного. Кардиотренировки полезны для сердца, – слышу в бархатном голосе улыбку.

Мужик ушёл и пропал. Я нервничаю, Кузя пытается вырваться и дерёт мне в клочья подаренную свекровью блузку. Живот и поясница противно ноют, я сползаю по стене не в силах больше стоять. Наконец возвращается лохматый и протягивает мою сумочку и ключи от машины.

– Спасибо. Ваша помощь больше не требуется, – благодарю мужика, открывая дверь.

Странно, но он не уходит. Может, грабитель?

– Вы так и будете тут стоять? – впускаю Кузю в квартиру, бедняга стремглав бежит по коридору и сворачивает в кухню.

Он всегда ест, когда нервничает, в отличие от меня. Мужик щемится за мной следом с моими пакетами.

– Дальше я сама, спасибо. Вы можете идти.

– Девушка, я вообще-то к вам не в носильщики нанимался, – не очень вежливо с его стороны так говорить.

– Тем более. Выйдите из моей квартиры, а не то я вызову полицию.

– Вызывайте. И ДПС заодно. У вас есть страховка?

– Есть. От клеща. Чего вы смеётесь? Или вы не врач?

– Врач. Но у меня выходной, а вы мне его испортили. Скрылись с места преступления.

– Что?

– То есть ДТП.

– Что? – от возмущения даже голова закружилась.

– Вы поцарапали мою машину.

– Я?

– Вы. Видимо, были не в себе. Но не похоже на действие каких-то препаратов. Да и на злостную аферистку вы не тянете, – ухмыляется он.

– Да как вы смеете? Всё. Я звоню в полицию.

Мужик хватает меня за запястье.

– Успокойтесь, барышня. Даю вам неделю на возмещение ущерба или подаю в суд.

– А вы мне не угрожайте!

– Это не угроза, а предупреждение, – лицо навязчивого типа становится жёстким и непроницаемым. – Как будете готовы, наберите меня, – суёт визитку. – Если хотите решить вопрос без официального оформления ДТП.

– Ладно.

Мужик наконец уходит. Закрываю дверь. Визитку бросаю в сумку, чтобы не потерять. Теперь нужно замариновать курицу. Надеюсь, свет отключили ненадолго. Как бы мне вечером не выдать себя? Пока готовлю, прокручиваю в голове разные варианты событий.

До семейного ужина остаётся час. Слышу, как возвращается Вадим.

– О, Галка, когда успела забрать кота?

Молча продолжаю нарезать салат и пытаюсь не позволить показаться слезам.

– Договаривались же, что я заберу, – муж закидывает в рот кусочек солёного огурца из заготовок для салата.

– Я звонила тебе.

– Был на совещании.

– Я знаю. В ванной, – смотрю в его бесстыжие глаза. – С Ксюшей. И даже не пытайся оправдываться.

– Галь, ну ты чего?

– Вадим. Глупо оправдываться. Когда я позвонила тебе, телефон зажужжал в твоей куртке. В прихожей у Ксюши. Вы были в ванной. И я слышала твой голос. Кстати, когда заскочишь к ней завтра, привет передай, – сама не понимаю зачем это всё высказываю, ведь планировала же взять паузу.

– Галчонок, я могу объяснить.

– Не надо. Унеси салат.

Как же больно. Пять лет назад мы о многом мечтали. И самая главная мечта – ребёнок – может уже никогда не сбыться. Не стану пока сообщать родным о своей беременности. Вдруг после такого предательства я решусь на…

– Галь, – Вадим берёт меня за плечи. – Ты всё не так поняла, родная, – нежно обнимает, и я уже готова рассказать ему о нашем совместном счастье, но мешают слёзы.

В дверь звонят. Муж бежит открывать, а я спешно умываю лицо. Судя по голосам из прихожей, пришли родители Вадима. Алёна Ивановна весьма проницательная и хитрая женщина. Едва мы пересекаемся в коридоре, сразу спрашивает:

– Ой, Галочка, а чего глаза такие красные? Плакала? Уж не Вадик ли тебя обидел? – прищуривает лисьи глазки и, ехидно улыбаясь, треплет за щёчку пробегающего мимо сыночка.

Аж противно. Особенно от того, что она попала в точку.

– Аллергическое, наверное, – пытаюсь выдавить из себя улыбку. – Экология-то какая нынче!

Спешу в зал, где уже готов накрытый стол. Проверяю на месте ли приборы. Замечаю, что не хватает салфеток. Лезу за ними в шкаф.

– Галочка, ты что-то сама не своя, – и свёкр туда же. – Как будто денег кому-то должна, – говорит он, и сам с упоением смеётся над своей шуткой.

Нет, они что, сговорились? Меня спасает звонок в дверь. Иду открывать сама. Родителям я искренне рада, поэтому всю мою печаль как рукой снимает.

– Ой, Галинка! – мама театрально прикладывает ладонь к сердцу. – Бабе Любе-то что приснилось!

– Оксана Николаевна, – Вадим вальяжно облокачивается на стену рядом со мной. – Она у вас вообще одни кошмары и видит. Последние лет семь точно.

– Вадим, – с упрёком смотрю на мужа.

– Акулу видела. Вот такую, – мама, игнорируя укол зятя, показывает мне руками, какой именно величины. – А рыба-то к чему снится?

– К чему? – спрашиваем одновременно с Вадимом.

Мама отмахивается и идёт провожать отца мыть руки и затем к столу.

Во время первого тоста я вдруг понимаю, что мне ведь теперь нельзя. И как я планировала скрываться от проницательных родственников? Пять пар глаз испытующе смотрят на бокал в моей руке, который я, так и не пригубив, ставлю на стол.

– Я… таблетку приняла недавно. От аллергии, – нахожусь я. – Их нельзя с алкоголем смешивать. Врач запретила.

Родители переглядываются между собой. Свекровь фыркает, хитро сощурив глаза.

– Но закусывать-то можно? – до сих пор не могу привыкнуть к юмору свёкра.

Разговоры за столом перетекают от обсуждения огородных вопросов, поликлиник и политики к перемыванию костей соседям по даче. А я этого не люблю. Выхожу из-за стола, прошу Вадима собрать посуду. Пусть родители общаются, а я скроюсь от всех на кухне.

– Галчонок, – муж обнимает меня сзади, когда я стою у раковины. – Ты всё не так поняла, милая. Я просто вентили менял, – целует в висок.

Воспоминания набрасываются на меня с новой силой.

– Позже поговорим, – выдавливаю я.

И тут входит Алёна Ивановна.

– Как я и думала. Что-то действительно произошло. Снова не получилось? – намекает на то, что я несколько лет не могла забеременеть.

Как же я хотела сегодня всех обрадовать! Но Вадим… Смотрю на мужа, и слёзы переходят в рыдания. Естественно, моя мама тоже спешит на помощь. А за ней и мужчины. Пойманной врасплох, мне не остаётся ничего, кроме как сказать правду.

Глава 3

– Я поцарапала дорогую машину. Здесь, во дворе, – даю волю слезам.

– Да ерунда, – фыркает Алёна Ивановна, – Вадичка мигом починит, покрасит, будет блестеть как новенькая.

– Да не вопрос, Галчонок, – приобнимает муж. – Ты взяла контакты?

– Да. Кажется. В сумку бросила. Я была не в себе.

Наши мамы громко охают. Приходится выкручиваться.

– Я так распереживалась. Дорогая машина очень. Пойдёмте, я в окно покажу.

Перебираемся в маленькую комнату нашей трёшки, откуда как раз открывается вид и на соседний двор. Ищу глазами пострадавшего и не могу найти.

– Уехал. Вон там стоял.

– Дочечка, хозяина видела? – интересуется мама.

– Да. Бородатый тип, такой жуткий.

– Ой, он напугал тебя? Угрожал? – маме только дай поволноваться.

– Да нет вроде бы.

– Галинка, – тон мамы становится строгим, – ты только меня не обманывай. Если посмел, сразу в полицию.

– Да нет, мам. Просто… просто устала с дороги и вот.

– Оксан Николавна, да решим мы этот вопрос, – успокаивает Вадим тёщу. – Правда, Галчонок? – целует меня в щёчку.

Раньше мне это нравилось, а сейчас… Так лживо и приторно выглядит, что плюнуть хочется в его бесстыжую физиономию. Как давно он начал изменять мне? Но не всё ли равно теперь, когда я уже знаю правду? Выхода только пока не вижу. Скандалы, делёжка имущества, у папы с сердцем не дай бог что. А машина моя на Вадика записана. Ребёнок опять же… Как много мне нужно решить за одну ночь!

– Извините, я устала. Можно пойду спать пораньше? У меня ещё экзамен послезавтра.

– Иди-иди, милая, – обнимает мама. – Посуду я помою.

Умываюсь и ухожу в спальню. Готовлюсь ко сну. Интересно, у Вадима хватит наглости лечь ко мне в постель после измены с Ксюшей? Беру телефон, вижу от неё пропущенный и сообщение в мессенджере:

"С годовщиной, дорогая! Счастья вам и большой любви".

Выключаю смартфон. Кладу ладони на живот. Так тепло становится от мысли, что я теперь не одна. В любом случае не одна. И я… справлюсь.

– Галчонок, завтрак на столе, я убежал, – будит Вадим поцелуем. – Кота покормил.

Я любила эту его заботу. И его любила и люблю. Кажется. Что я вообще чувствую к нему? Встаю, когда слышу щелчок замка. Пока добираюсь до кухни, кофе уже холодный. А кот сидит с голодными глазами, будто неделю не ел.

– Мя-а, – просит он и трётся о ноги.

– Ну что ты, Кузнечик? Ты получил свою порцию, – в мусорном ведре вижу пустую упаковку от кошачьего корма.

Кузнеца мне подарил Вадим на новоселье через месяц после свадьбы. Квартира мне досталась в качестве приданого, подарок родителей на свадьбу. Сделали хорошее вложение, ждали внуков, а теперь мне что, оставаться в трёшке одной с котом?

На работу сегодня с обеда, решаю сварить на завтрак кашу. Пока готовится, листаю ленту. Натыкаюсь на любимую блогершу. Успешная, яркая, дерзкая "Кира – богиня мира". Какие уж у неё страсти в жизни кипят! Со своим разводится уже год. Не могут поделить дочь. Переживаю за неё, как за родную. Хотя живёт в Москве, а муж её, никчёмный неудачник, уехал к маме в Сибирь куда-то. В одном только я с ней не согласна. В Сибири у нас хорошо. И перспективно. Вадик мой – владелец сети автосервисов. Начинал когда-то, помогая отцу чинить его колымагу в гараже. Понравилось. Выучился на автомеханика и открыл первый сервис. Как раз на подаренные на свадьбу деньги. Поэтому и путешествие пришлось отложить. Бизнес пошёл в гору, и он заработал уже в разы больше. А дальше новые и новые вложения. Родители нарадоваться на зятя не могли. Да и я. Уют, любовь, восхищение и благодарность – всё ему. А он… нож в спину. Но мстить мне не хочется. Хочется сохранить себя для будущего малыша. Собираюсь к врачу. Потом на работу.

День проходит в делах, и когда я уже еду домой, звонит взволнованная мама и говорит, что отцу плохо. Забрали в больницу.

Неделю я живу как в бреду. Вадим не отсвечивает, и я к нему не лезу. Выглядит всё так, будто ничего и не было. И его это устраивает. Меня – нет. Но и сил тоже нет. Отец не переживёт нашего развода. Да и новость о том, что он станет дедушкой, тоже преждевременна.

На первое УЗИ записываюсь втайне от мамы. Всё хорошо, а мне даже радость разделить не с кем. Разве что с котом. Но Кузнец предпочёл бы поговорить о еде. По глазам вижу.

– Галочка! – бегу с работы, когда звонит мама. – У Ксюшеньки день рождения сегодня. Ты ещё не поздравила. Сегодня ждёт в гости. Ты ведь меня прихватишь?

Соглашаюсь. Попробуй маме откажи. Душу вывернет. С Ксюшей нас подружила школа, как и наших родителей. Так что от визита к предательнице не отвертеться.

Но по пути на правый берег маме звонят из больницы. Мы срочно меняем маршрут. Но на территорию больницы автомобиль не пускают.

– Галочка, Ксюшеньке от меня большой привет. Подарок не забудь.

– Хорошо, мам, – дверца захлопывается.

Ничего страшного, если подброшу маму до Ксении завтра. А сейчас… еду в центр, брожу по весеннему городу. Погода прекрасная, настроение не очень. Переживаю за папу.

Да, утром еду отвозить подарок. Ксеня фрилансер. Всё время дома.