– Пришедшие в этот мир были воинами, и мы свято чтим древнее искусство. Владение мечом – это первое, что должен уметь вампир.

– Именно поэтому ты ходишь в мантии, но на перевязи носишь меч?

– Наши занятия с мастером Оквальдом включают фехтование. А мой отец, который временно согласился поработать в Академии наставником по физическому развитию адептов, не упускает возможности устроить очередной поединок на мечах.

– Мир перевернулся с ног на голову, хех, – усмехнулся лысый старик. – Магов учат вампиры, которые считались нежитью и кровососами. Кстати, а ты любишь кровь?

– Я люблю проливать кровь врагов, но не пить её, – холодно сказала Илонна.

– Почему? Я слышал, что после нападения вампиров находили трупы с прокушенными шеями.

– Это древняя традиция – испить крови поверженного врага, чтобы получить часть его сил. Но клан Григот редко придерживается её, – холодно ответила Илонна. – Возможно потому, что достойных врагов остаётся всё меньше и меньше.

Разговор становился всё более странным. Иггер, прикрыв глаза, помолчал и спросил:

– Как ты чувствуешь себя в роли мага?

Ну и вопрос! Илонна пожала плечами.

– Нормально чувствую. А что?

– Да, ничего, – старик открыл глаза и вдруг, ткнув рукой куда-то за спину Илонны, вскрикнул: – Откуда он тут взялся?!! Убей его!

Илонна среагировала моментально – выхватив меч, она пружинисто подпрыгнула, разворачиваясь для удара, но остановилась. За её спиной никого не было.

– Что за дурацкие шутки? – недовольно осведомилась она, пряча меч в ножны.

– Всё ясно, хех. Ты по-прежнему воин. Маг среагировал бы заклинанием.

– Само собой, фехтованию я обучалась с детства, а магический дар получила недавно, – согласилась Илонна. – Разве это плохо?

– Не знаю, не знаю, – проворчал Иггер. – Ты хоть понимаешь, что Дилль передал тебе талант к боевой магии?

Посмотрев на её бесстрастное лицо, старик покачал головой.

– Вижу, не понимаешь, хе-хе. Знаешь, чем отличается боевой маг огненной стихии от обычного огневика? Они оба могут призывать огонь и швыряться огненными сгустками. Но боевой маг делает это мгновенно. А обычному магу, даже мастеру, понадобится какое-то время для призыва огненной сущности и формирования боевого заряда.

Илонна кивнула, не понимая, к чему клонит старик.

– Начинающий боевой маг, не обладающий, хех, большой убойной силой, способен моментально причинить вред врагу, – с обычным дурацким смешком проговорил Иггер. – Продвинутый боевой маг уничтожал противника с вероятностью девяносто процентов в течение трёх ударов сердца. Боевой мастер-маг мог убить за мгновение до сотни врагов, если они были настолько глупы, чтобы встать в плотную кучку. Но, хе-хе, так было раньше, до того, как Единый отобрал магическую силу у людей. Теперь на мгновенный призыв способны немногие. Мой непутёвый ученик и ты – унаследовавшая от него драконий дар, в числе этих немногих.

– И что дальше? – довольно невежливо осведомилась вампирша.

Илонна, конечно, понимала, что перед ней самый старый и могущественный маг Ситгара, но заставить себя воспринимать его, как угрозу, не могла. Слишком уж тщедушен этот старик – она ведь может прибить его одним ударом.

Словно прочитав её мысли, старик вдруг зажёг над ладонью световой шар.

– Смотри, это обычный осветительный шар, который я могу превратить в огненный. И сделаю это, хех, так быстро, что даже ты со своей реакцией не успеешь увернуться.

– Я это понимаю, – отводя взгляд от яркого шарика, сказала Илонна.

– Тогда чего кочевряжишься?

– О чём вы, мастер? – уже гораздо вежливее спросила она.

– Просто прими, что теперь ты боевой маг. Тебе это дастся куда легче, чем Диллю – ведь он, в отличие от тебя, не был воином.

– Да я и не сопротивляюсь, – возразила Илонна, но старик сердито нахмурился.

– Молчи, девчонка! Думаешь, хех, я ничего не понимаю? В глубине души ты считаешь, что все эти огненные шарики и сложные заклинания – пустая трата времени. Вот меч – дело другое, да?

– Да, – с вызовом сказала Илонна. – Меч будет служить мне до тех пор, пока не откажут руки. А эта ваша магия заканчивается, едва я успеваю призвать огонь.

– Адельядо говорил, что ты неглупая девушка. Вижу, он ошибся. Ты – тупа, как пробка, хех.

Зрачки Илонны расширились. Гнев вспыхнул в ней, в любую секунду грозя вырваться наружу.

– Даже последний тупица мог бы сообразить, что к мастерству ведут годы упорных тренировок. Но тебе это знание, по-видимому, недоступно. А-а, хе-хе, я понял, дело в том, что ты – вампир. Человек бы сразу сообразил…

Да будь этот старик хоть трижды самым старым магом, это не даёт ему права оскорблять воина клана Григот. Душу Илонны опалила волна жгучей ярости. Вампиры ему не нравятся, видите ли! Может, стоит преподать урок вежливости этому полудохлому старикашке?

– Ты – ноль, пустышка. И я уверен, что с мечом ты так и не научилась работать по-настоящему, как положено истинному воину.

Последнее оскорбление переполнило и без того невеликую чашу терпения вампирши. Илонна с низким рычанием выхватила из ножен меч и взмахнула им, намереваясь отчекрыжить лысую голову мага. Но в то же мгновение на её разум была совершена ментальная атака – нечто подобное Илонна уже испытывала, когда её атаковал гроссмейстер. Ноги вампирши подогнулись, но атака уже прекратилась. Слегка оглушённая Илонна мгновенно вновь приняла боевую стойку.

– Хватит! – в голосе старика прозвенел металл. – Я уже увидел всё, что хотел. И меч не прячь.

– Чего? – удивилась Илонна.

– Успокаивайся, хех. Извини, если обидел, но мне нужно было посмотреть на твою настоящую драконью ярость. Дай-ка мне…

Илонна протянула меч старику. Он взял оружие, и красные искры, блуждавшие по лезвию, тут же погасли. Иггер довольно долго сидел с закрытыми глазами, наконец вздохнул и сказал:

– Занятно, хе-хе. В астрале ауры меча нет. Получается, ты временно передаёшь этой железяке магию.

– А разве другие так не могут?

– Могут. И даже делают так, что магия надолго вживается в металл. Этим занимаются маги-артефакторы и маги металла. Но я впервые вижу, чтобы это делала необученная девчонка.

Илонна решила игнорировать "девчонку" – старик уже доказал, что может остановить её, даже не шевельнув пальцем. Но вот когда она найдёт способ нейтрализовать невидимые атаки, тогда старик пожалеет обо всём сказанном. Словно прочитав её мысли, Иггер улыбнулся и сказал:

– Злишься? Возьми меня за руку.

Нахмурившись, Илонна вложила ладонь в костлявую руку старика и почувствовала, как волна тепла побежала вверх по её руке, перекинулась на грудь, разлилась по всему телу. Она не отрываясь смотрела в пронзительно синие глаза старого мага. И ярость, ещё недавно бушевавшая в ней, постепенно исчезла.

– Драконья ярость у тебя не такая, как у Дилля, – тихо сказал Иггер. – Может быть, потому что ты – вампир, а, может, оттого, что ты женщина.

– Это плохо?

– Я не сказал, что это плохо, хе-хе. Просто к тебе нужен другой подход. Я скажу своё мнение Оквальду – он опытный наставник, разберётся, как поступать дальше, – старик выпустил руку Илонны. – Ступай.

Илонна поднялась, немного постояла и, набравшись храбрости, сказала:

– Мастер, а вы дрались с… моими предками? Тогда, в Величайшей битве.

Старик прищурился и усмехнулся.

– Думаешь, у меня было время разбираться, кто передо мной? Там было такое месиво.

– Расскажите, – глаза вампирши загорелись.

– Это долго. Хотя… Дилль ведь ещё не вернулся? – и, получив в ответ отрицательное покачивание головой, Иггер сказал: – Ну, хорошо. Садись.

*****

Дилль подпрыгнул на жёстком, как камень, лежаке от рёва боевых горнов хиваши. Крики воинов на стенах подсказали ему, что началась новая массированная атака. Сон и отдых придали ему сил физических, а вот с магической энергией дело обстояло куда хуже. Вчера Дилль исчерпал свой резерв до дна, а восстановить его так и не успел. Коротко поразмышляв, он пришёл к выводу, что сейчас от него толку в обороне нет, а потому решил заняться медитацией. Но прежде следовало предупредить мастера Волдиви, в расположении отряда которого Дилль застрял на ночь.

Дилль выбежал из казармы и тут же едва не погиб. Раздался удар грома, часть защитных зубцов на стене разлетелась осколками, один из которых сбил с головы Дилля шерстяную шапочку. После магического удара от защитников города в этом месте остались только кровавые ошмётки. Полуоглохший Дилль увидел, как оставшиеся в живых вампиры и люди отчаянно рубятся с ринувшимися в атаку мертвяками. Он в нерешительности остановился – что ему делать? Броситься на помощь воинам или заняться медитацией? От его меча толку будет мало, а сил на магию нет. Хотя…

Драконья ярость поможет. И хотя в последнее время Дилль старался не использовать этот грозный дар драконов, опасаясь, что не сможет удержать его под контролем, другого выхода не оставалось. Он взлетел по искорёженной деревянной лестнице на верх стены, по пути возрождая к жизни драконью ярость. Взмахнув посохом, он разрубил пополам слишком наглого зомби, и выпустил здоровенный огненный шар в карабкающихся вверх по стене мертвяков. Взрыв пламени сжёг пятерых, остальные попадали вниз. Покрасневшим от ярости взглядом Дилль отыскал новую цель – пирамиду из зомби шагах в тридцати от него. Пара огненных сгустков, и около трёх десятков неупокоенных обрели вечный покой, превратившись в обугленные туши. Душу Дилля затопило волной неистовой радости. Враги гибнут, и это прекрасно. Куда ещё направить свой гнев?

С великим трудом удержавшись от соблазна спалить сражавшихся неподалёку от него вампиров, Дилль обратил взор за стену. Там примыкающее к городу поле было черно от всадников. Живые хивашские воины горячили коней, периодически пускали в сторону города стрелы из коротких луков и непрестанно выкрикивали угрозы на своём гортанном языке.

Дилль прикинул расстояние – этих не достать. Зато он тут же нашёл новую цель. Толпа зомби тащила на плечах здоровенное бревно, один конец которого был закован в железо. Всё ясно, хиваши снабдили своих подручных тараном. Мертвым не страшны ни стрелы, ни кипяток, ни смола. Они будут исправно долбить тараном до тех пор, пока ворота не треснут. Значит, самое время испортить столь гениальную задумку хивашских военачальников.

Пылая от гнева, Дилль помчался в сторону надвратной башни. Отмахнувшись от воина, пытавшегося ему что-то сказать, он, рискуя получить стрелу, высунулся из амбразуры и швырнул в приближавшуюся таранную команду очередь из трёх огненных шаров. Три взрыва превратили штук двадцать зомби в угли, и тяжеленое бревно рухнуло на землю. Оставшиеся на ногах мертвецы попробовали поднять таран, но Дилль испепелил и их. Вот как надо, с ликованием подумал он – пара секунд, и угроза устранена. Но тут же к упавшему тарану со всех сторон начали сбегаться зомби – они явно получили команду завершить то, что не смогли сделать их менее удачливые собратья. Что ж, сейчас Дилль и этих отправит в небытие, пусть только соберутся в плотную кучку.

Стоящий рядом вампир крикнул "Справа" и указал рукой куда-то в сторону. Дилль еле подавил в себе желание сжечь наглеца – как он смеет прерывать великого уничтожителя нежити?!! В этот момент над стеной раздался удар грома, а в воздухе заплясали синие искры. Одна из таких искр вонзились в вампира, и воин упал, дёргаясь в конвульсиях. Самому Диллю повезло – смертоносная хивашская магия почему-то до него не добралась, хотя магического щита он не устанавливал. Несколько синих разрядов ткнулись в него и с громкими щелчками испарились, так и не добравшись до жертвы.

– Что, не нравится моя антимагия? – захохотал Дилль.

Он увидел тех, кто наслал это заклятье – штук десять фигур в серых длинных одеяниях и ещё столько же шаманов с дурацкими перьями на голове. Поскольку колдуньи и шаманы были существенно ближе, чем гарцующие вдалеке всадники, Дилль не раздумывал ни мгновенья. Огненные шары, переполненные драконьей яростью, полетели в группу врагов, и вскоре на этом месте осталось только пятно обугленной и расплавленной земли.

Волна нечеловеческой радости от уничтожения врагов затопила его. Краем сознания Дилль смог сообразить, что ещё немного, и драконья ярость окончательно выйдет у него из-под контроля. Путаясь в словах и мыслях он начал произносить мантру спокойствия. Жгучая ярость постепенно улеглась, и Дилль едва не рухнул на холодный камень – настолько его высосала драконья магия.

– Эй, тебе нужна помощь?

Дилль посмотрел на коренастого вампира и отрицательно покачал головой.

– Ты мне не поможешь. Дальше справляйтесь без меня. Сейчас я скажу мастеру Волдиви…

Воин хмуро сказал:

– Спасибо за помощь. А мастер… он погиб во время последнего заклятья.

Дилль, как сомнамбула, спустился со стены и подошёл к лежащим на земле телам. Мастер Волдиви не был его близким другом, но Дилль хорошо помнил, как он готовился встать на его защиту во время брачных поединков. В душе Дилля опять загорелся гнев. Клятые хивашские колдуны – это они виновны в смерти воина. Стоя над телом Волдиви, Дилль хрипло пообещал:

– Клянусь, мастер, за твою смерть хивашские шаманы заплатят своими жизнями.

Он отвернулся, когда двое воинов с топорами принялись отрубать головы убитым. Дилль понимал, что тем самым они не дадут шанса хивашским шаманам поднять мертвецов и управлять ими, но смотреть на это не мог.

Над городом то и дело громыхали магические разряды, уносившие жизни защитников, а в Григоте не было магов, которые могли бы придумать что-нибудь против магии хиваши. Дилль смотрел на медленно наплывающие зелёные облака, исторгающие из себя яд, на гибель защитников, и чувствовал своё полнейшее бессилие. Магических сил у него не было от слова "совсем", повторное использование драконьей ярости было чревато безумием и смертью. Оставалось одно – лезть на стену и уничтожать врагов при помощи меча.

Дилль не успел приступить к выполнению замысла – к нему подбежал запыхавшийся юный вампир и, заикаясь на каждом звуке "о", проговорил:

– Маг, на во-осьмо-ом участке по-оявился лич. Мастер О-оркуд про-осит тво-оей по-омо-ощи.

Дилль не стал рассказывать посланцу, что магически опустошён, а просто побежал вслед за ним. На восьмом участке дела обстояли совсем плохо – здесь за оружие взялись даже женщины. Тела поверженных защитников города лежали среди разрубленных на куски зомби, а цепь обороны на стене была куда реже, чем на других участках. А ведь в драку ещё не вступали сами хиваши.

Мастер Оркуд – вампир, выглядевший едва ли старше самого Дилля, рассказал, что лич, едва объявившись, обрушил на его участок сначала вонючее облако, в котором задохнулось не меньше десятка воинов, а потом издали поднял их. Защитникам пришлось сражаться со своими же товарищами, ставшими послушными рабами нежити. Едва атака лича была отбита, как из подземного хода, выход из которого был в квартале от восьмого участка, повалили зомби. Как зомби обнаружили тайный ход и прокрались в него, мастер Оркуд не знал. К счастью, проходивший мимо отряд ополчения помог в уничтожении нежити. Вампир тяжко вздохнул и закончил:

– А потом эта пакость вновь послала магическое облако. Облако преодолело стену и направилось туда, где валялась куча уничтоженных мертвяков. Они опять поднялись, словно это не их недавно изрубили на куски. А остановить их было уже некому – мой отряд почти весь полёг.

– То есть, сейчас по городу бродит толпа зомби? И в любой момент они могут ударить нам в тыл?

– Ты правильно понимаешь, – поджал губы вампир, отчего его верхние клыки обнажились. – Мало того, лич продолжает поднимать порубленных нами мертвяков, вот почему я послал за тобой, маг. Отгони его, иначе зомби сомнут нас.

Что ж, придётся вновь обратиться к драконьей ярости, пусть даже это грозит ему смертью. Дилль поклялся отдать свою кровь клану, и настал час сделать это. Илонна будет гордиться своим мужем. На мгновенье перед внутренним взором Дилля вспыхнул образ любимой, словно Илонна была рядом. Согретый её незримым присутствием, он почувствовал прилив сил – к сожалению, не магических.

– Мастер, у меня есть только одна попытка, – хмуро сказал Дилль. – Если я просто отгоню лича от вашего участка, он перейдёт к следующему, а я уже не смогу его остановить. Нужно попытаться подобраться к нему поближе, чтобы действовать наверняка.

Вампир недоумевающе приподнял бровь.

– Он ведь за стеной под защитой прочих мертвяков.

– Говорю же – я должен выйти наружу. Но чтобы я смог приблизиться к нежити и сжечь её, мне нужна защита. Дайте воинов, готовых умереть во имя клана.

– Ты просто сумасшедший, – криво усмехнулся вампир. – Любой из моих воинов готов умереть во имя клана. Но если я сниму воинов со стен, оборонять участок будет некому. Жди.

Мастер Оркуд куда-то побежал – видимо, собирать отряд поддержки для самоубийственного рейда. Дилль честно попытался заняться медитацией, но тут же отказался от этого – ну сколько эргов он сможет собрать за то короткое время, что ему осталось? Этого не хватит даже на нормальный магический щит, не говоря уже об атаке. Поэтому он просто ждал возвращения Оркуда, держа в памяти образ Илонны.

Оркуд вскоре вернулся в сопровождении двадцати вампиров и тут же спросил, как маг намерен поступить.

– Мы выйдем через ворота и начнём пробиваться к личу, – мрачно ответил Дилль. – Магию я не буду использовать до последнего момента – иначе лич почувствует её и сбежит. А второй попытки у меня уже не будет. Ваша задача – позволить мне подобраться к личу хотя бы шагов на пятьдесят. С этого расстояния я гарантированно сожгу нежить.

Мастер Оркуд угрюмо кивнул.

– Хорошо, мы пробьём тебе коридор.

– Это ещё не всё. Во время призыва драконьей ярости… – Дилль вздохнул, – я, скорее всего, ничего не буду соображать. Постарайтесь не попадаться мне под руку.

– Я так понимаю, – медленно сказал Оркуд, – обратно ты не планируешь возвращаться.

– Вряд ли у меня это получится, – честно ответил Дилль. – Поэтому те из вас, кто выживет в драке с мертвяками, должны будут отрубить мне голову, чтобы хиваши не сделали из меня нового лича.

Оркуд спросил у остальных, все ли поняли свою задачу. Отряд смертников вразнобой закивал головами. Мастер Оркуд сдал полномочия командира восьмого отряда – для этого потребовался всего лишь лёгкий хлопок по плечу одного из товарищей и слова "теперь ты старший".

Дилль, внутренне содрогаясь от принятого решения, пытался сохранить внешнюю невозмутимость. Жить ему оставалось недолго – ровно до тех пор, пока лич в очередной раз не приблизится к стене города. В этот момент над стеной появилось зеленоватое облако, раздались крики пострадавших, среди которых Дилль разобрал "Вижу лича в сотне шагов на восток". Оркуд рявкнул что-то на вампирском, четверо воинов откинули запорное бревно, и одна створка невысоких ворот со скрипом отворилась.