– Начинайте таскать, я покараулю! – проорал в ответ здоровяк и выхватил два коротких меча. Или два длинных кинжала – Дилль толком не успел разобрать. Интересно, от кого он собрался обороняться, ведь слизняки выглядели хоть и неприятно, но совсем не угрожающе?

Смотритель Криан схватил в охапку ближайшего слизза и потащил его в ту сторону, где должен был находиться зал с чанами. Дилль последовал его примеру. Белёсый слизняк оказался мягким и вовсе не таким тяжёлым, как могло показаться. Дилль словно нёс скомканную перину – правда, перину шевелившуюся и норовившую выскользнуть из рук. Пока он добрался до зала, слизз едва несколько раз не вывернулся.

– Бросай его в чан и бегом за следующей порцией, – скомандовал смотритель и скрылся в коридоре.

Дилль забросил мягкую тушу в чан и побежал за смотрителем. За то время, пока они ходили в зал, слиззы успели уползти на приличное расстояние, но их путь прослеживался по слою слизи на полу. Дилль отнёс вторую добычу, потом третью… после этого он уже не считал добытых слиззов. С каждым разом расстояние до зала увеличивалось, путь становился всё более запутанным, и в один прекрасный момент Дилль, отставший от Криана, едва не заблудился, перепутав повороты. К счастью, мимо проходил тот самый угрюмый мужчина, что с момента появления Дилля не проронил ни слова. Дилль пристроился за ним и благополучно добрался до зала с чанами.

Охота или сбор урожая – что именно они делают, Дилль пока не смог понять, продолжалась довольно долго. Наконец здоровяк Согвин, всё ещё державший в руках оружие, дал команду "стоп".

– Всё, хватит, дальше не пойдём, – пробасил он. – Сборник слишком близко.

– Что такое сборник? – тут же поинтересовался Дилль.

– Это место, куда стекают ОМЗ а, заодно, и всё остальное дерьмо из Академии, – охотно пояснил Согвин. – На будущее, адепт, постарайся держаться от него подальше. Мягко говоря, там небезопасно.

Вернувшись в зал, все принялись сдирать с себя кожаные робы. Дилль последовал примеру старших товарищей.

– Ну, а теперь, когда спешить некуда, давай знакомиться, – здоровяк плюхнулся на скамью и приложился к фляжке в металлической оплётке. – Меня зовут Согвин, как ты уже мог заметить. Я – старший сборщик. А некоторые – особо остроумные, – тут он покосился на смотрителя Криана, – называют меня главнюком.

Дилль фыркнул, а смотритель принял невинный вид. Согвин побуравил Криана взглядом и продолжил:

– Это – Ильминг. В прошлом – мастер, ныне – адепт третьей ступени. Помогает мне ловить слиззов. Вот, собственно, и весь наш отряд. Ну ещё иногда – очень редко, к нам в помощь отправляют штрафников вроде тебя. Так что, добро пожаловать в нашу тесную семью – чувствую, теперь Криан будет присылать тебя к нам, а не куда-нибудь ещё.

Дилль удивлённо посмотрел на Ильминга – щуплого и довольно возрастного мужчину. Надо же, в прошлом мастер, а теперь адепт всего лишь третьей ступени. Это как понимать?

– Наш небольшой отряд занимается поиском и заготовкой слиззов, – продолжал Согвин. – Сегодня был богатый улов – у них нерест. Такое бывает нечасто – раз примерно в пару месяцев. Остальное время нам приходится шастать по коридорам сборника в поисках слиззов.

– Да, я всё хотел спросить про эти коридоры и повороты…

– Коридоры и повороты – это одна большая сеть под Академией. В центре её – сборник, куда стекают ОМЗ. Туда лучше не соваться, потому что магические отходы могут сделать с человеком что угодно. Растворить, сжечь, превратить в жабоящера или в кусок слизи. В общем, ничего хорошего там нет.

– Ясно, – протянул Дилль. – Значит, это от них такой ужасный запах?

– Не только. В сборник стекаются и всякие другие отходы из Академии, которые тоже не благоухают, – подмигнул Согвин. – Но вообще-то запах идёт из городской канализации – коридоры сборника соединены с ней. Вот куда тебе точно соваться не нужно, если жизнь дорога. Там обитают муары. И вторая наша задача – уничтожать эту заразу, если она вдруг появляется в коридорах сборника. Но эту страшилку я тебе расскажу в следующий раз. Пока что ты будешь заниматься поиском слиззов поблизости от главного зала. Кстати, обычная наша дневная добыча – это один-два слизза. Так что после сегодняшнего улова пару дней можно не напрягаться.

– Я извиняюсь, но зачем ловить этих слиззов? – решился задать вопрос Дилль.

– Как это зачем? – удивился Согвин. – А чем тогда маги в Академии питаться будут?

– Ты хочешь сказать, что я ел этих… это… – Дилль вспомнил куски белого мяса, которые с таким аппетитом уплетал не далее, как пару часов назад и содрогнулся. – А я-то думал, нас то индейками, то рыбой кормят. Бэ-э-э!

Смотритель Криан, Согвин и даже угрюмый Ильминг рассмеялись, глядя на ошарашенную физиономию Дилля.

– А что, разве было невкусно? – утирая выступившие слёзы, спросил Криан.

Дилль поморщился, но был вынужден признать, что мясо слиззов на вкус было приятным. В общем-то, чего он так запривиредничал? Ну слиззы и слиззы, подумаешь!

– Это ты ещё не пробовал маринованную слиззятину, – продолжал доставать новичка смотритель Криан. – Сог, у тебя ничего не осталось с прошлой гулянки? Дай человеку попробовать.

– Не откажусь, – Дилль уже справился с собой. – Надеюсь, в маринованном виде это мясо не расползается, а то наши повара его делают слишком мягким. Я думал, что индейки у них сначала разлагаются, а только потом их готовят.

Криан и Согвин переглянулись.

– Нет, ну так уже неинтересно, – хмыкнул Согвин. – Дай ему, он ведь и в самом деле сожрёт.

– Чтоб ты знал, – смотритель Криан посмотрел на Дилля, – мясо слиззов ядовито. И только после специальной готовки его можно есть. Никакой маринад яд не отбивает.

– Шутники, – проворчал Дилль.

– Не тушуйся, новичок, – пробасил Согвин. – Освоишься. Кстати, тебя как звать-то?

– Адепт Диллитон.

– Тот самый, который победил Неонинского дракона? – Согвин почему-то нахмурился и бросил странный взгляд на смотрителя Криана.

– Да, – коротко ответил Дилль.

– Поня-ятно, – протянул Согвин. – Криан, можно тебя на пару слов?

Они отошли в дальний угол, где принялись что-то горячо обсуждать и активно жестикулировать. А Дилль поймал колючий и неприязненный взгляд Ильминга. Он удивлённо приподнял бровь и спросил:

– Что-то не так? Или ты просто не веришь, что я одолел Великого дракона?

– Верю, – медленно сказал Ильминг. – Я был мастером-магом в Неонине. Когда дракон пришёл к городу, я вместе со своей командой был спешно отозван в Тирогис. А после твоего рассказа о причине нашествия дракона, меня навечно разжаловали в адепты третьей ступени с запретом пользоваться магической энергией.

Вот тут Дилль и понял, когда смотритель Криан увидел первое блокирующее заклинание.

*****

Орхам прошёлся перед строем вампиров.

– Ещё раз напоминаю: мы здесь с важнейшей миссией, которую возложили на нас старейшины Клана. От нас будет зависеть, окажет ли король Ситгара помощь Клану, и как скоро он это сделает. Мы – представители клана в Ситгаре, его лицо, если хотите. Поэтому повторяю в последний раз: никаких убийств, никаких увечий, никаких драк. Коэри, тебя это касается в первую очередь.

Старший помощник Орхама коротко поклонился.

– Ослушники будут наказаны вплоть до первой степени. Илонна, не смотри на меня – я предупреждал, что в этом походе понадобятся не только отличное знание ситгарского языка, но и выдержка.

Юная вампирша Илонна – ей всего-то исполнилось что-то около двадцати, продолжала умоляюще смотреть на Орхама.

– Но, мастер, неужели совсем-совсем нельзя подраться? Даже если кто-нибудь начнёт ко мне приставать?

– Постарайся не попадать в такие ситуации, – сухо ответил Орхам. – Сегодня мы приступаем к несению службы во дворце. Вы должны подчиняться только приказам короля, меня или капитана Рибрина. Больше никто не имеет права командовать особым взводом нечисти – так нас уже успели назвать. На оскорбления не реагировать, на провокации не поддаваться, нарушителей порядка задерживать без внимания на его должность или принадлежность к кланам Высокорожденных. Всё ясно?

Десять вампиров одновременно стукнули себя правыми кулаками в грудь. Орхам не смог взять всех желающих, чтобы не оставлять патрули без воинов, но отобрал лучших из своих учеников.

– Капитан Рибрин попросил показать ему ваше искусство. Пока время ночной стражи не наступило, мы можем провести показательный урок.

В просторном манеже их уже ждал капитан Рибрин с десятком гвардейцев. Орхам сделал знак вампирам остаться, а сам приблизился к командиру дворцовой гвардии.

– Господин капитан! – поклонился он.

– Мастер клинка! – Рибрин вернул поклон. – Вы готовы показать искусство ваших воинов?

– Да. К сожалению, я не смогу присутствовать – господин суперинтендант назначил мне встречу. Но мой помощник окажет вам любое содействие. Коэри!

Вампир подошёл и ледяным изваянием застыл около Орхама.

– Старший полумастер клинка Коэри.

Брови Рибрина удивлённо поднялись.

– Какое странное наименование должности.

– Оно означает, что Коэри находится в одном шаге от звания мастера, – пояснил Орхам. – У нас так принято.

– Мне безразлично, что у вас было принято, – грубо сказал Рибрин. – Теперь вы приписаны к дворцовой гвардии, значит, отныне ваш помощник будет десятником. Вы же, господин Орхам, будете занимать должность командира сотни, хотя под началом у вас будут только ваши… воины. Будь моя воля, я бы и вас десятником назначил.

На бледном лице Коэри заиграл лёгкий румянец гнева, Орхам же остался невозмутим.

– Как пожелаете. С вашего разрешения я удаляюсь. А перед первым патрулированием я бы хотел ещё раз переговорить с вами.

– Хорошо, – коротко согласился капитан Рибрин и повернулся к Коэри. – Десятник, прикажите своим людям взять тренировочное оружие. Разобьёмся на пары и начнём.

Орхам вздохнул – как бы вспыльчивый Коэри не наломал дров. Если бы не эта его несдержанность, Коэри уже был бы мастером клинка. Войдя в раж, он ведь и тренировочным мечом может покалечить напарника – такое прежде случалось. Орхам понадеялся, что разум и ответственность за судьбу клана Григот всё-таки возобладают над несдержанностью, и Коэри сумеет удержать себя в рамках тренировочного поединка.

После первых же секунд боя половина гвардейцев оказалась обезоруженной, в том числе и сам капитан Рибрин, явно недооценивший скорость ударов Илонны, попавшей к нему в пару. Поглядев на багровое от негодования лицо Рибрина, Орхам поспешил покинуть манеж и отправился на поиски здания казначейства. Ему, конечно, объяснили дорогу, но, выйдя из королевского дворца, Орхам, видимо, свернул не на ту улицу и заблудился. Проплутав с полчаса, он вернулся к дворцовой площади и решил спросить путь у патрульных, подпиравших стену какого-то трёхэтажного здания.

– Господа, не подскажете ли дорогу к королевскому казначейству?

Солдаты уставились на незнакомца в широкополой шляпе и с платком на лице.

– Чего закутался, родной? – хрипло поинтересовался сержант. – Болеешь что ли? А ты, часом, не прокажённый?

– А, может, он с каторги сбежал? – предположил один из солдат. – Держу пари – у него носа нет .

– Я спросил у вас дорогу к казначейству, – вежливо напомнил о своей просьбе Орхам.

– А я спросил тебя, на месте ли твой шнобель, – сказал сержант, а патрульные рассмеялись. – Ну-ка, снимай эту дурацкую повязку! Если твоя рожа мне не понравится, отправим тебя в приют для прокажённых.

Орхам отстранённо подумал, что если он сейчас снимет дорожный платок, то история у въездных ворот повторится. Всех горожан Тирогиса, конечно, должны были оповестить о том, что королевская власть приняла присягу одного из вампирских кланов, но страх-то никуда не делся. Возможно, потом они привыкнут, но не сейчас. И патрульные ничем от прочих жителей Тирогиса не отличаются.

Орхам вздохнул – судя по грозному виду сержанта, отступать тот не намерен и хочет довести дело до конца. Похоже, придётся немного вразумить его.

– Уважаемый, я в последний раз спрашиваю: как мне добраться до казначейства?

– Ах ты, наглец! – возмутился сержант. – Ты каким тоном разговариваешь с королевским солдатом при исполнении? Ребята, давайте-ка вобьём немного уважения в голову этого дурня.

Однако задумать это было легче, чем исполнить. Не успели патрульные поднять свои алебарды, не успел сержант замахнуться, как Орхам пришёл в движение. Удар – и сержант полетел спиной вперёд. Ещё удар, и солдат рухнул в грязный истоптанный снег, держась за окровавленное лицо. Трое патрульных схватились за алебарды, но Орхам, выхватив меч, в три взмаха превратил их оружие в ручки для мётел.

– Ну? Теперь скажете мне, где казначейство? – продемонстрировав своё подавляющее преимущество, Орхам спрятал меч в ножны.

Солдаты, оставшиеся на ногах, переглянулись, и один из них ткнул пальцем себе за спину.

– Вот же оно. Вход с другой стороны.

Орхам пожал плечами – ну, и кто после этого дурень? Что им стоило ответить сразу?

Он обошёл здание – действительно, там обнаружились широкие двустворчатые двери. На высоком крыльце что-то обсуждали несколько чиновников в фиолетовых мантиях. Из дверей поминутно выбегали посыльные и курьеры – первые бежали по делам на своих двоих, курьеры же направлялись к коновязи у стены казначейства, брали лошадей и мчались отвозить донесения и приказы.

Не успел Орхам ступить на крыльцо, как из дверей появился военный отряд из шести человек: солдаты держали мечи наголо, а в середине двое гражданских несли кованый сундук. Солдаты заорали "С дороги!", и чиновники, стоявшие на крыльце, мигом очистили путь. Орхам тоже отступил, и вооружённая охрана с угрожающим видом протопала мимо него. Казначеи сели в карету с зарешёченными окнами, солдаты повскакивали на лошадей, и кортеж уехал.

Жизнь кипела не только около казначейства – внутри оказалось ещё оживлённее. Просители стояли в очередях, а чиновники носились по коридорам с бумагами. Где в этом бедламе искать суперинтенданта, Орхам понятия не имел, а потому пошёл по пути наименьшего сопротивления. Он схватил пробегавшего мимо служащего и, подтянув его к себе, прорычал:

– Веди меня к Истальфу.

– Но у меня дела, – щуплый мужчина попытался вырваться.

– Дело королевской важности, – снова рыкнул Орхам.

Чиновник столкнулся с взглядом нечеловеческих глаз и обмяк.

– Да, да, конечно, – пролепетал он. – Тут недалеко.

Чиновник не соврал – поднявшись за ним на второй этаж и пройдя до конца коридора, Орхам оказался в приёмной. Секретарь суперинтенданта – молодой мужчина в светлом парике, завитом по последней моде, едва взглянул на вошедшего и снова уткнулся в писанину.

– Меня ждёт Истальф, – прогромыхал вампир, понявший, что вежливостью достичь удастся немногого.

– Господин суперинтендант сейчас занят, – не поднимая головы, бросил секретарь. – Ожидайте.

Перевёрнутая чернильница, оказывается, придаёт живости. Секретарь вскочил, когда лужица чернил запачкала бумагу, на которой он так старательно выводил буквы.

– Да что вы себе…

Обратным взмахом меча Орхам превратил длинное перо в руке секретаря в жалкий огрызок.

– Я сейчас охрану позову, – не сводя глаз с оружия и отступая к стене, сказал секретарь.

– Позови, – согласился Орхам. – Только сначала доложи о моём приходе, или мне придётся зайти без доклада.

Секретарь одним прыжком скрылся за дверьми кабинета, а спустя несколько секунд оттуда послышалась громкая ругань. Секретарь вывалился в приёмную и выдохнул:

– Господин суперинтендант ждёт вас.

Орхам снял дорожный платок и широко улыбнулся. Секретарь, увидев перед собой настоящего вампира, приобрёл красивый синеватый оттенок лица и ещё долго стоял не двигаясь, даже тогда, когда страшный посетитель уже скрылся за дверьми кабинета начальства.

– Господин Орхам, прошу прощения! – суперинтендант с сокрушённой миной поднялся навстречу вошедшему. – Моя вина – я забыл предупредить секретаря о вашем приходе.

Орхам, конечно, ни на секунду не поверил сказанному – скорее всего, главный финансист хотел показать свою власть, заставив военного маяться в приёмной в томительном ожидании. Но немного просчитался.

– Пустое, господин Истальф, – Орхам сдвинул полы длинного плаща и без приглашения уселся в кресло. – Не стоит беспокойства.

– Сейчас я вам зачитаю списки привилегий, которые Его Величество… – Истальф принялся рыться среди бумаг. – Где же они?

– Господин Истальф, давайте со списками позже, – остановил его Орхам. – Королевские привилегии никуда не денутся. Я на досуге подумал над вашим последним предложением и решил, что несколько дополнительных монет моему отряду не помешают.

– О! – суперинтендант улыбнулся. – Просто замечательно. А у меня как раз есть срочное задание, не оплачиваемое из средств казны. Но, сами понимаете, подобное дело не терпит разглашения, потому что здесь замешаны высокопоставленные лица.

Орхам подумал, что заговорщик из этого пухлого финансиста никакой – сейчас он сам всё разболтает, и королевскому прокуратору останется только арестовать его и его высокопоставленных нанимателей по обвинению в заговоре и государственной измене. А потому вампир очень удивился, когда суперинтендант сказал:

– Дело в том, что герцогиню Готано обокрали. Ничего страшного – такое бывает с каждым обеспеченным семейством. Но кроме драгоценностей вор украл также и записку, находившуюся в шкатулке. И герцогиня очень желала бы вернуть эту писульку, пока она не попала на глаза её жениху графу Хельмигердскому.

– А мы-то чем можем помочь? – Орхам пожал плечами. – В моём отряде нет ни сыщиков, ни магов.

– О, искать вора нет нужды, – замахал пухлыми руками Истальф. – Это был обычный обитатель Клятого рынка, хотя и довольно дерзкий. Говорят, он уже погиб во время очередной поножовщины. Ваша задача: добыть записку, а она сейчас находится на самом дне Клятого рынка – у одного из скупщиков краденого по кличке Филяй. Этот негодяй вздумал угрожать герцогине, когда заполучил роковую записку.

– До этой минуты я не знал даже названия этого рынка, не говоря о том, где он находится, – хмыкнул Орхам. – И, тем более, понятия не имею, где живёт этот ваш скупщик.

– Он не мой, – поправил его суперинтендант. – Филяй – один из главарей гильдии воров, и даже при помощи роты королевских гвардейцев его не удастся выкурить со дна Клятого рынка. Здесь нельзя действовать грубой силой – тут нужен тонкий расчёт, ловкость и, конечно, умение убивать. Кроме того, говорят, вампиры хорошо видят в темноте, значит, у вас будет преимущество.

Орхам задумался. Главный финансист предлагал грязное дело. Но в их прошлый разговор он имел в виду явно нечто другое – в этом вампир был уверен. Значит, придётся соглашаться, чтобы войти в доверие к Истальфу – возможно, после этого он выведет Орхама на настоящих заговорщиков.

– Какая оплата?

– Триста золотых за записку и ещё столько же за мёртвого Филяя.

– Когда?

– Времени у вас до приезда графа Хельмигердского – то есть, три дня. Или, вернее, ночи.

– Мне будет нужен провожатый и описание, где искать скупщика.

– О, провожатый вам не нужен. В нижней части Тирогиса вам любой укажет, где находится Клятый рынок. Да вы и сами увидите, когда доберётесь. Филяя искать надо в кабаке "Мёртвая голова" – он его содержит для официального прикрытия. А уж как вы будете выбивать из него записку, не знаю. Вам видней.

– Хорошо, до встречи.

Орхам отправился в королевский дворец, размышляя, стоит ли брать с собой кого-нибудь из товарищей или отправиться в одиночку. Не об убийстве гражданских он думал, когда брал своих воспитанников в Тирогис, но соваться одному в осиное гнездо было верхом неблагоразумия.

*****

– Счисление – это важнейшая часть магии любого направления и принадлежности, – монотонно говорила мастер Мариэлла. – Оно применяется в изготовлении артефактов, в инженерных работах, во врачевании, в перемещении облачных масс и левитации. И даже в самой низменной области – такой, как боевая магия, счисление обязательно.

Дилль – не выспавшийся и периодически клюющий носом, при последних словах учителя встрепенулся. И гроссмейстер, и старик Иггер утверждали, что быть ему боевым магом. А мастер Мариэлла отзывается о боевой магии, мягко говоря, пренебрежительно.