Софья, выждав, вышла следом за ними, чувствуя и вину, и обиду. Максим, не оглянувшись, пошёл к калитке, Софья его окликнула, чувствуя, что может его потерять. Но Максим, так и не оглянувшись, быстро вышел за калитку и пошёл вдоль забора, на котором сохли на солнце банки и глиняные горшки.

– Он больше ко мне не придёт… он никогда не придёт, – присев на корточки, сказала Софья, закрыв ладонями лицо.

– Вот и радуйся, что не придёт! Ну зачем он тебе нужен, Софья? Ведь если бы это произошло, он так и так ушёл бы и ушёл бы навсегда, ну почему ты не можешь этого понять? – присев рядом с подругой, воскликнула Нина.

– Да ведь люблю я его, ирода! Больше жизни люблю! – заплакав, ответила Софья.

– Давай присядем на скамью и не плачь. Только вот что я тебе скажу, подруга… послушаешь моего совета – хорошо, а нет… пеняй на себя. Только ничего хорошего от Максима не будет, пойми ты уже, ему от тебя только одно и нужно! А возьмёт своё и ищи ветра в поле. Любил бы он тебя, никогда не посмел бы этого сделать. Вот Миша… – говорила Нина, словно педагог на уроке, стараясь убедить Софью.

– Ну при чём тут Миша, Нина? – воскликнула Софья, присев на скамью за деревянный стол, стоящий под яблоней.

– Да при том, что настоящая любовь и бывает такой, как у него! Столько лет тебя любит, а хоть раз полез к тебе с глупостями? – негодуя, воскликнула Нина.

– Я бы не позволила… – ответила Софья, опустив голову.

Конечно, она понимала, что Миша и правда её любит по-настоящему, но что она могла поделать, если любила Максима.

– Вот ведь жизнь… ты любишь – тебя не любят, тебя любят – ты не любишь, ох, бабы дуры, ох и дуры! Мне мать рассказывала… тоже в юности страсть как любила одного парня, а он… вроде Максима, подонком оказался. А мать любил другой парень, так она ему от ворот поворот дала. После того, как мать вышла замуж, тот женился, а через несколько лет плакала и сожалела, поняв, что ошиблась. Только, говорит, поезд жизни остановок не делает и быстро мчится вперёд. До сих пор жалеет, что не вышла за того, который её любил, да и её любовь быстро прошла, растаяла, как дым, – с грустью говорила Нина, пытаясь убедить подругу.

– Твой отец же хороший! Дядя Степан не пьёт, как некоторые мужики в деревне. Значит, это он любил тётю Ольгу? – спросила Софья.

– Да нет, папа не тот и не этот, он хороший, только нет у них любви, так… рутина жизни, суета сует, – с грустью ответила Нина.

– Вроде неплохо живут… – удивилась Софья, мысленно будучи далеко.

– Мне нужно было тесто поставить, думаю, он уже не вернётся, я пойду, – вставая со скамьи, сказала Нина.

– Ой, нет! Я лучше к тебе пойду, потом ты ко мне придёшь, одна дома не останусь, боюсь, – ответила Софья, вскочив со скамьи.

Нина пожала плечами и пошла к калитке, а Софья и подумать не могла, что Максим, придя домой, соберётся и уедет в город. Дианы дома не было, Максим был свободен, оставшись дома один. Тесть его не беспокоил, да он и не знал, что Максим вернулся. Деньги в доме были и Максим, злясь на Софью, решил в отместку погулять от души. Ему было досадно, что у него ничего с ней не было, от чего Максим ещё больше желал её и был уверен, что однажды она станет его. Принимая желание обладать за любовь, Максим мучился, едва сдерживаясь, чтобы не вернуться обратно в деревню.

– Если бы не эта идиотка Нинка, она была бы моей, – думал он, в глубине души боясь того, что случись это, он и правда мог бы оказаться в тюрьме.

Софье ещё не было восемнадцати лет, восьмого марта ей исполнилось семнадцать. Максим это хорошо понимал, но желание было настолько сильным, что он готов был рискнуть. Но поездку домой, парень оттягивал, едва вернувшись в город.

– Через месяц она сама приедет, можно будет её домой пригласить. Софья глупышка, может поверить и прийти, тогда этой дуры рядом не будет и она будет моей. Я терпеливый, но упёртый, всё равно однажды добьюсь своего. Нужно будет и с Дианой разведусь, женюсь на Софье, – думал Максим, сидя в кафе с друзьями однокурсниками.

Там он познакомился с девушкой и в тот же вечер пригласил домой, на квартиру Дианы, где переспал с новой знакомой, полночи развлекаясь с ней на той постели, где не раз занимался любовью с женой.

А Диана, отдыхая на море с матерью, скучала по мужу, ей хотелось скорее вернуться домой. Из-за своей слепой любви к Максиму, Диана всецело верила ему, ни минуты не сомневаясь в том, что он никогда ей не изменит. Диана хотела уехать одна, настаивая на том, чтобы мать оставалась, а она бы вернулась домой. Камелия Георгиевна видела, что дочери с ними, с пожилыми женщинами, скучно и согласилась вернуться раньше, чем планировала. Диана представляла себе, как обрадуется Максим, увидев её, это будет её сюрпризом, она так по нему соскучилась.

– Давай сначала к нам поедем, дочка, у вас верно и продукты закончились. Мужчины такие непрактичные, им легче в кафе или в столовой поесть, мы купим с тобой в гастрономе всё, что необходимо, а папа завтра привезёт с рынка остальное, ну… фрукты и овощи, – приехав в город и стоя на стоянке такси, сказала Камелия Георгиевна.

– Мамочка, у нас рядом тоже есть магазин и мы с Максимом сами купим всё, что необходимо, прошу тебя, я по нему соскучилась, – взмолилась Диана, подходя к очередному такси, подъехавшему на стоянку.

– Ну как знаешь, я так устала от поездки на автобусе, хочу принять ванну и отдохнуть до прихода твоего отца. Надеюсь, завтра вы с мужем придёте к нам, ты не видела папу почти десять дней, – ответила Камелия Георгиевна, наклонившись к окошку такси, куда успела сесть Диана.

– Посмотрим. Пока, мамочка, папе привет передавай! Поехали! – сказала Диана, которой очень не терпелось увидеть Максима.

– Вот ведь дети эгоисты, по мужу она скучала, а по отцу нет. Нет, чтобы меня сначала проводить, потом уже самой уехать, так ведь нет! Ох, нынешняя молодёжь, такое неуважение к родителям. Ну что с ней сделаешь, наше единственное дитя, пусть так… – с обидой и любовью к дочери, сама себе говорила Камелия Георгиевна.

В очереди стояли люди и с недоумением смотрели на неё, рядом стоящая женщина, выслушав её тираду, закивала головой.

– Как же Вы правы, уважаемая. Дети, они такие, мы их рОстим, рОстим, а они… вот и мой сын женился и что Вы думаете? К тёще переехали. Видите ли, его жёнушка не хочет жить со мной и со свёкром. Внучка приезжает, такая ласковая, слава Богу, хоть на мать не похожа, а сыну всё некогда, сноху и видеть не хотим, – с горечью говорила женщина.

Камелия Георгиевна с сочувствием её выслушала.

– Это была моя дочь, мы с ней в Сочи отдыхали, там моя давняя подруга живёт. Хорошо там, море рядом, но дочь, видите ли, по мужу скучала. Мы сами позволили им жить отдельно, а зять… ну… вроде и неплохой, правда редко его видим, ну да ладно, пусть живут, лишь бы дочка счастлива была, – сказала Камелия Георгиевна.

– Молодые не думают, что и к ним однажды придёт старость, но мы с мужем живём хорошо, правда, ездить в Сочи и купить отдельно квартиру сыну и его семье, возможности нет, пусть сами приобретают, им же нужно, коли в нашей трёшке жить не захотели, – сказала женщина.

Камелия Георгиевна ответить не успела, подъехала машина, была её очередь и она села в такси, даже не попрощавшись с той женщиной.

Диана, бросив деньги за проезд, выскочила из такси и забежала в подъезд. Максим стоял на балконе и курил, Диана, увидев его в окне, помахала ему рукой. Но вот оказия, Максим в квартире был не один. Бросив окурок через балкон, он убежал в спальню.

– Жена приехала! Быстро одевайся и прячься в шкаф в прихожей, быстрее! Не хватало из-за тебя скандала, – закричал Максим, подбирая вещи с пола и бросая своей любовнице, которая от неожиданности не совсем поняла, что происходит.

Но инстинктивно вскочив с постели, лихорадочно оделась и бросилась в прихожую, Максим помог ей спрятаться в шкаф, зная, что Диана его открывать не станет, было лето и если решит переодеться, она сделает это в спальне.

– Я уведу её в спальню, а ты выйдешь из квартиры, поняла? – прошептал он своей пассии, тут же закрывая перед её носом дверцу шкафа.

Потом открыл входную дверь и сделал удивлённое лицо.

– Диана? А почему раньше времени вернулась? Я думал, что ты там ещё несколько дней отдыхать будешь, даже хотел приехать, но ты мне адреса не оставила, – говорил Максим, а Диана, бросившись ему на шею, крепко обняла его.

– Я не смогла без тебя, Максим, я очень соскучилась по тебе! Пойдём в спальню, я так тосковала… – увлекая мужа за руку в спальню, ворковала счастливая Диана.

Но как в плохом анекдоте, когда они вошли в спальню, Максим увидел на полу трусики… впопыхах забытые любовницей.

– Вот идиотка… безмозглая… – мысленно выругался Максим, крепко обнимая Диану, соображая, как незаметно поднять с пола трусики и главное, куда их спрятать.

Положив Диану на кровать, он сам нагнулся, быстро схватил женскую принадлежность и сунул в карман брюк. Ласкать и нежиться с женой, Максиму вовсе не хотелось, но ему пришлось притворяться мужем, который скучал по жене и рад её ублажить. Он и сам не смог бы ответить, но в порыве злости от того, что Диана вернулась, не предупредив его, от злости, что его могли застать с любовницей, его вдруг охватила безудержная страсть и возбуждение. Диана была приятно удивлена, Максим никогда не был с ней таких пылким и страстным. Диана была уверена, что муж скучал по ней и радуется, что она вернулась раньше. Она подумала, что её сюрприз удался и дело приняло такой приятный оборот. А Максим слышал, как его пассия вышла из шкафа и быстро вышла из квартиры. Тяжело дыша, он откинулся на подушки и закрыл глаза.

– Если бы с Софьей так… – подумал он, вспоминая её полуобнажённой в бане, в его объятиях.

– Есть хочется, а в холодильнике пусто… – отдышавшись, сказал Максим, привстав на кровати.

Он смотрел на красивое тело жены, она была смугленькая, ещё и загорела. Максим был приятно удивлён, словно впервые увидел, насколько красива его жена. Максим провёл рукой по её бёдрам. Диана улыбалась, стоя перед ним обнажённая и видела его взгляд. Поднявшись, Максим довольно грубо схватил её за шею и крепко поцеловал в губы, сам удивляясь своему порыву.

– Я тебя не узнаю, Максим, ты правда по мне соскучился? – спросила ошарашенная Диана.

– Конечно, ты же моя жена, – отпуская её и нагишом уходя в ванную комнату, ответил Максим, правда шёпотом прибавил:

– Пока жена…

Диана была счастлива, крикнув ему вслед:

– Я очень тебя люблю!

– Я тоже люблю… но не тебя, – пробормотал Максим, включая воду и вставая под прохладный душ.

Проходили дни, Софья и Нина были готовы уехать в город. Вечером пришёл Михаил, правда, он приходил через день. После того, как Софья однажды отказалась брать его подарки, парень их больше не приносил. Как-то Михаил привёз ей из города фарфоровую статуэтку, маленькую балерину и вечером пришёл к ней домой. А когда протянул ей подарок, Софья отказалась его брать.

– Хватит привозить мне сувениры, Миша! – отвернувшись, заявила она.

– Я же просто так… от чистого сердца, Софья, – ответил Михаил, держа статуэтку в руке и протягивая ей.

– Да не нужно мне, не понимаешь? Не ходи ко мне больше, не люблю я тебя, устала тебе говорить! – воскликнула Софья, собираясь уйти.

А когда она отвернулась и прошла через калитку во двор, то услышала звон, Михаил с размаху бросил статуэтку на землю, где лежали камни. Вздрогнув, Софья испуганно обернулась, но Михаил уже уходил прочь вдоль забора.

– Дурак, – пробормотала Софья, глядя на осколки балерины.

Михаил выдержал неделю, хотел было вечером к ней пойти, но встретил Софью в клубе, они с Ниной пришли в кино.

– Привет, Софья. Как поживаешь? Нина… привет! – сказал он, подойдя к девушкам.

– Привет! Нормально, мы в кино пришли, – ответила за Софью Нина, пожав плечами и кивая на Софью, которая просто отвернулась, вспомнив фарфоровую статуэтку.

Михаил и сам не мог себе простить, что в тот вечер не выдержал и разбил её, но что было то было, любить Софью он конечно не переставал. После сеанса, Михаил пошёл провожать девушек, хотя это громко сказано, ведь жили они все недалеко друг от друга.

– Погода чудесная… может пойдем к реке, на нашу скамейку? – предложила Нина, в голове который созрела мысль оставить их одних и незаметно уйти.