Цитаты из книг автора «Сергей Довлатов»

По существу, он был добрым и порядочным человеком. (Как большинство российских алкоголиков.)

человеческое безумие – это еще не самое ужасное. С годами оно для меня все более приближается

Женщина напоминала героиню захолустной оперетты

Алкоголь действовал неэффективно

Хемингуэй был нашим кумиром, его не только любили как писателя, но и старались жить по его образцам, и потому разочарование в нем было особенно сильным, ведь по-настоящему презирать и ненавидеть человек способен лишь собственные слабости и грехи.

…Вы пишете, что я еще лет двадцать назад зарегистрировал вас в своем безумном сознании как победителя, силача и красавца. А хуже брани

Как это происходит? На голове у каждого художника лежит металлическая плита соцреализма. И давит многотонной тяжестью. Художник тоже напрягается, мужает. Кто-то, сломленный, падает. Кто-то превращается в атланта. Вот так. На голове у западного человека – сомбреро. А у нашего – плита…

Короче, привычный советский детектив, без выстрелов, но с жертвами. Затем эмиграция, слава, назойливые корреспонденты…

«…Спартак Куликов… Имя – восстание, фамилия – битва…»

Сейчас мне хочется думать, что было какое-то особое впечатление. Было ли? Шемякин тогда не очень выделялся. В Ленинграде тысячи претенциозных молодых художников. И кудри неаполитанские у многих, и брюки с заплатами из отцовских портфелей. Вспоминается Шемякин дерзким и самоуверенным. – Скоро уеду, – говорит он. – Вы же не еврей (тогда это было сложно). – У меня друзья на Западе. – Влиятельные? – Помпон обещал содействие. – Кто это – Помпон? – Помпиду. Действительно, тогдашний президент Франции, эстет и сноб, любил художества Шемякина.