Цитаты из книги «Чемодан (сборник)»

Меня зачислили в бригаду камнерезов. Нас было трое. Бригадира звали Осип Лихачев. Его помощника и друга – Виктор Цыпин. Оба были мастерами своего дела и, разумеется, горькими пьяницами. При этом Лихачев выпивал ежедневно, а Цыпин страдал хроническими запоями. Что не мешало Лихачеву изредка запивать, а Цыпину опохмеляться при каждом удобном случае.

Весь этот мир куда-то пропал. И только ремень все еще цел

Давайте я расскажу. – Отставить, – прикрикнул майор, – сами хороши! – Ага, – сказал Чурилин, – вот… Желаю… это… поступить на курсы бульдозеристов. Майор повернулся к нему: – При чем тут курсы, мать вашу за ногу! Напился, понимаешь, друга искалечил, теперь о курсах мечтает!.. А в институт случайно не хотите поступить? Или в консерваторию?.. Чурилин еще раз заглянул в бумажку и мрачно произнес: – Чем мы хуже регулярной армии? Майор задохнулся от бешенства: – Сколько это будет продолжаться?! Ему идут навстречу – он свое! Ему говорят «рассказывай» – не хочет!.. – Да нечего тут рассказывать, – вскочил Чурилин, – подумаешь какая сага о Форсайтах!.. Рассказывай! Рассказывай! Чего же тут рассказывать?! Хули же ты мне, сука, плешь разъедаешь?! Могу ведь и тебя пощекотать!.. Майор схватился за кобуру. На скулах его выступили красные пятна. Он тяжело дышал. Затем овладел собой: – Суду все ясно. Собрание объявляю закрытым!

Он взял мой солдатский ремень. А свой повесил на кровать. – Тебе повезло, – говорит, – мой из натуральной кожи. И бляха с напайкой. Удар – и человек с копыт!

Я попытался лягнуть его ногой в мошонку. Чурилин слегка отступил и начал, фальшиво заламывая руки: – Серега, извини! Я был не прав… Раскаиваюсь… Искренне раскаиваюсь… Действовал в состоянии эффекта… – Аффекта, – поправил я. – Тем более… Чурилин осторожно шагнул в мою сторону: – Я пошутить хотел… Для смеха… У меня к тебе претензий нет… – Еще бы, – говорю. Что я мог ему сказать? Что можно сказать охраннику, который лосьон «Гигиена» употребляет только внутрь?.. Я спросил: – Что с нашим зеком? – Порядок. Он снова рехнулся. Все утро поет: «Широка страна моя родная». Завтра у него обследование. Пока что сидит в изоляторе.

А теперь представьте себе выразительную картинку. Впереди, рыдая, идет чекист. Дальше – ненормальный зек с пистолетом. И замыкает шествие ефрейтор с окровавленной повязкой на голове. А навстречу – военный патруль. «ГАЗ-61» с тремя автоматчиками и здоровенным волкодавом. Удивляюсь, как они не пристрелили моего зека. Вполне могли дать по нему очередь. Или натравить пса. Увидев машину, я потерял сознание. Отказали волевые центры. Да и жара наконец подействовала. Я только успел предупредить, что зек не виноват. А кто виноват – пусть разбираются сами. К тому же, падая, я сломал руку. Точнее, не сломал, а повредил. У меня обнаружилась трещина в предплечье. Я еще подумал – вот уж это совершенно лишнее. Последнее, что я запомнил, была собака. Сидя возле меня, она нервно зевала, раскрывая лиловую пасть… Над моей головой заработал репродуктор. Оттуда донеслось гудение, последовали легкие щелчки. Я вытащил штепсель, не дожидаясь торжественных звуков гимна. Мне вдруг припомнилось забытое детское ощущение. Я школьник, у меня температура. Мне разрешают пропустить занятия. Я жду врача. Он будет садиться на мою постель. Заглядывать мне в горло. Говорить: «Ну-с, молодой человек». Мама будет искать для него чистое полотенце. Я болен, счастлив, все меня жалеют. Я не должен мыться холодной водой…

Чурилин молча достал пистолет. Потом мы услышали: – Встать! Бригада из двух человек поступает в распоряжение конвоя! В случае необходимости конвой применяет оружие. Заключенный Холоденко, вперед! Ефрейтор Довлатов – за ним!.. Я продолжал успокаивать его: – Очнись. Приди в себя. А главное – спрячь пистолет. Зек удивился по-лагерному: – Что за шухер на бану?

Да здравствуют трудовые резервы! И достал из кармана вторую бутылку.

Чурилин перебивал его: – Голова не в порядке?! А красть ума хватало? У тебя по документам групповое хищение. Что же ты, интересно, похитил? Зек смущенно отмахивался: – Да ничего особенного… Трактор… – Цельный трактор?! – Ну. – И как же ты его похитил? – Очень просто. С комбината железобетонных изделий. Я действовал на психологию. – Как это? – Зашел на комбинат. Сел в трактор. Сзади привязал железную бочку из-под тавота. Еду на вахту. Бочка грохочет. Появляется охранник: «Куда везешь бочку?» Отвечаю: «По личной надобности». – «Документы есть?» – «Нет». – «Отвязывай к едрене фене»… Я бочку отвязал и дальше поехал. В общем, психология сработала… А потом мы этот трактор на запчасти разобрали… Чурилин восхищенно хлопнул зека по спине: – Артист ты, батя! Зек скромно подтвердил: – В народе меня уважали.

Выпили мы по очереди, из горлышка. Зек сначала колебался: – Врач может почувствовать запах. Это будет как-то неестественно… Чурилин перебил его: – А лаять и кукарекать – естественно?.. Закусишь щавелем, и все дела