– Не обязательно. Мои друзья из чёрных донников тоже могут многое достать при наличии отличной мотивации. Ты бы видел их щенячий восторг, когда эти ребятки услышали про тебя. Твоё девственное тело, не покрытое рубцами, без единого импланта. Такое хрупкое, редкое и старомодное, – Карман нажал очередную кнопку, встроенную в ручку кресла, и мини-турели ощетинились, выдвинувшись ближе к покупателю.

– Что бы ты не задумал сейчас – скоро об этом пожалеешь. Я пришёл сюда, чтобы заключить честную сделку и мне не нужны неприятности, – Платон прижал обновку к себе, как будто она сейчас могла его спасти.

Наружные двери открылись и в проёме показалось два силуэта, не предвещавших ничего хорошего. Зрачки голубых естественных глаз Платона расширились, что было видно даже через контактные линзы. Вся его кожная поверхность покрылась мурашками, а волосы на руках вздыбились от предчувствия надвигающихся действий.

– Я навёл о тебе справки. Ни родни, ни друзей, ни близких. У тебя даже работы постоянной нет. Никто не кинется тебя искать, – при этих словах Кармана двое новеньких участников двинулись в сторону Платона, с каждым шагом всё больше выходя из тени.

Тёмные сплошные комбинезоны из непромокаемой ткани, мощные стальные корпуса вместо грудной клетки, слегка покрытые ржавчиной, отвратительные безвкусные рожи с неаккуратно торчащими имплантами – донные контрабандисты пожаловали на сделку в качестве третьей заинтересованной стороны. Городские легенды кричали о том, что это была самая жестокая группировка на нижних уровнях, не гнушавшаяся ни похищениями, ни заказными убийствами, ни продажей живых органов для любителей ретро.

– Даже твоя бывшая была симпатичнее. Не дрейфь, я уже придумал кое-что, – голос Троя зазвучал в микронаушнике как раз вовремя.

– Лучше не рыпайся. Не хочется повредить твою симпатичную мордашку. Больно не будет. Больно уже никогда не будет, – голосовой чип превращал речь одного из бандитов в подобие механического карканья.

Мысли в голове Платона лихорадочно забегали, а мозг выдавал кучу неправильных вариантов для спасения. Ни в одном из них не удавалось убраться из кабинета продавца в целости и сохранности.

– У ну-ка руки свои немытые убрали от моего кореша! – киберхомяк вывел своё грозное изображение на большой монитор, висевший на стене.

– Это что ещё за шерстяной зверёныш? – Карман развернулся вокруг своей оси, сложив все четыре руки на груди.

– Мамке своей привет передай! Она должна меня помнить, – Трой изящно отодвинул вверх средний палец на биомеханической лапе.

– Тебе чего надо? Как пробрался в мою сеть? – делец проигнорировал оскорбления и продолжал делать вид, что всё у него под контролем.

– Лучше проверь свой счёт. Тебя ждёт небольшой сюрприз.

Карман резко развернулся к столу, набрал на панели длиннющий пароль и застыл в онемении.

– Где мои деньги, грёбаная мышь??? – торговец соскочил с кресла, в два шага подошёл к монитору и оторвал его от стены механическими конечностями.

– Друга моего отпусти и снова их увидишь. Хоть один волос упадёт с его головы, и я на всю сумму закажу жёлтых пластиковых уточек для ванны, заполоню все нижние уровни миллиардом кричащих игрушек! Имей ввиду, что я знаю, сколько на нём было волос с утра, – Трой выдал речь и изобразил некое подобие улыбки победителя.

– Это невозможно… Мой сервер невозможно взломать… – Карман повесил, как смог, монитор на место и вернулся в кресло в весьма озадаченном виде.

– Тебя кинули, когда сказали, что он стопроцентно защищён. Сами же установщики оставили пару лазеек на всякий случай. Вдруг ты надумаешь их кинуть, хитрозадый ты говнюк, – Трой как будто даже немного сочувствовал расстроенному дельцу.

Платон наконец-то вышел из ступора, осознав, что помощник только что спас его шкуру в прямом и переносном смысле.

– Тогда я пошёл? Костюм забираю себе в качестве моральной компенсации. Оставлю плохой отзыв о твоём магазине, тут уж не обессудь, – мужчина свернул обновку подмышку и прошёл между двумя безмолвными наёмниками, проводившими его красными зрачками биоимплантов.

– Трой, ты спас меня, – при выходе на улицу в нос ударил такой приятный смрад настоящей жизни.

– Надеюсь, что ты тоже однажды спасёшь меня своими неловкими культяпками. Иди домой скорей, будешь полчаса гладить меня по холке и прокапывать маслом в качестве благодарности.

* * * * *

Утро на средних уровнях Мирогорода выдалось на редкость дождливым и пасмурным, отчего Платону выходить из своей холостяцкой конуры захотелось ещё меньше. Естественное солнечное освещение вообще редко пробивалось сюда из-за токсичного смога, многочисленных воздушных переездов и одинаковых жилых небоскрёбов. Погода за последние сто лет стала понятием относительным, как и смена сезонов, превратившись в одну большую зимулету.

– Так и планируешь пролежать целый день? Экономишь внутреннюю энергию для чего-то офигенно важного в светлом будущем? – Трой откатился от панорамного окна, вдоволь насладившись блёкло-серыми уличными пейзажами.

– А что ты мне предлагаешь делать? – Плата ловко перевернулся и скатился с дивана на пол, тут же начав запоздалую послеобеденную зарядку.

– Ждать.

– Чего?

– Курьера.

– Кого?! – мужчина перестал отжиматься, встал и уставился прямиком на своего киберпомощника.

– Курье́р (фр. courrier – бегун от лат. currere – бегать, быстро двигаться) – человек или робот-посыльный, работающий в учреждении, разносящий деловые бумаги или компания, нанимаемая для доставки сообщений, писем, иной корреспонденции, а также небольших грузов.

– Но ведь я ничего не заказывал!

– Я заказывал. Учитывая, что ты без меня не справишься в новом деле, я заказал себе углепластиковый высокопрочный шар, со встроенной системой кондиционирования и восьмикратным гашением входящего урона.

– Сколько же это стоило? – что-то внутри подсказывало Платону, что он не хочет знать ответ на этот вопрос.

– Не дороже жизни твоего единственного друга.

– Сколько конкретно!?!

– На твоём счету как раз была нужная сумма.

– Это были почти все мои деньги!!! – мужчина раздосадовано ударил кулаком по старому мини-холодильнику, в котором тут же появилась новая мини-вмятина.

– Наши деньги. У тебя ведь нет идентификатора личности, а финансы мы храним на оффшорных счетах.

– Оффшорных счетов не существует уже лет сто пятьдесят!

– То есть незакрытые счета мёртвых людей звучит гораздо лучше для тебя, убийца? – Трой парировал каждый выпад в свою сторону, подкатившись на самый край стола.

– Я ни разу не убивал тебя!

– И не оживлял тоже! Я просто долго живущий металлический грызун с кучей отмычек в прекрасном брюхе, увешанный самыми совершенными имплантами. Сейчас почищу десять процентов оставшейся родной шерсти и готов в путь-дорогу!

– То есть мы сейчас нищие…

– Это ты нищий, а мне деньги не нужны. Стояла задача выйти из комнаты и при этом остаться в живых. Я решил задачу, как смог. Давай украдем эту шапку с окном, тогда ты снова сможешь заливаться той дрянью, что дает тебе иллюзию радости, и продолжишь слушать свою древнюю музыку.

Смешанные чувства забурлили внутри Платона, по очереди перебарывая и доминируя друг над другом. Злость за самодеятельность хомяка, досада на самого себя за то, что не сделал какую-нибудь заначку на чёрный день, зверский голод в желудке и адреналиновая дыра в сердце. В конце концов, спустя всего лишь несколько минут успокоительных отчаянных отжиманий, он пришёл к выводу, что Трой всё сделал правильно.

Честно отобранный у Кармана экзокостюм висел на спинке стула, как на витрине. При одном его виде Плата испытал укол совести за то, что о своей безопасности на предстоящей вылазке он подумал, а про мохнатого друга совсем забыл. Учитывая, что Трой умудрялся двадцать раз ломаться посреди маленькой комнаты, можно было понять его опасения насчёт выхода в большой мир.

– Покажи хоть, что за штуковину ты заказал. Я был не прав, когда на тебя так жёстко наехал, но ты мог хотя бы посоветоваться со мной.

– Высший разум не должен спрашивать разрешения у потомка обезьяны. Я просчитал миллиарды вариантов удачного исхода этого дела и нашёл только один верный, – Трой вывел на экран изображение своего приобретения.

“Бронированный летающий шар обеспечит безопасную и бережную транспортировку ваших грузов. Система подачи воздуха и совершенного кондиционирования не позволит испортиться даже самой нежной структуре.”

– Честно признаюсь, что сам бы до такого никогда не додумался. Ты будешь первым мобильным и летающим киберхомяком во всём мире! – Платон на минуту забыл об огорчающей мысли о пустом счёте.

– Бла-бла-бла, мы все из себя такие уникальные, я тоже очень рад. Лучше скажи мне, когда планируешь свою коллекцию пополнять? Я по-прежнему не горю желанием куда-то двигаться, но и тебя одного не отпущу, – Трой растопырил роболапки в поисках дружеских объятий.

Плата погладил его по металлической холке, из которой торчали редкие шерстяные островки. Передатчик на столе издал тонкий пискающий звук, привлекая внимание хозяина мужицкой берлоги.

– У меня что, день рождения сегодня? Прислали аванс за шлем от скафандра! Это необходимо отметить, иначе удачи в деле не видать! – Платон расплылся в широкой улыбке, в которой за мгновение растворились все печали и сомнения.

Едва узнав о такой редкости в коллекции местного олигарха, Плата выложил объявление в Даркнете для возможных покупателей. Оставить себе такую вещицу тоже хотелось, однако финансовое положение говорило о том, что нужно побыть сломанным Робин Гудом. Забрать у богатых и отдать ещё более богатым.

– Дай угадаю! Теперь вылазка откладывается на неопределённый срок? – Трой не знал, радоваться или огорчаться изменившимся обстоятельствам.

– Ты сиди тут и жди свою посылку, а я буквально на пару часиков отлучусь. Максимум на день. Совсем максимум – на пару дней, – мужчина уже собирался на выход, по пути натягивая единственную приличную рубашку из нано-нитей.

Рубашка считывала силуэт фигуры и автоматически подгонялась под размер носителя, а глубокий синий цвет Платон выбрал на экране монитора в приложении для модников.

– Вы только посмотрите на него! Вылитый жени-и-х! – хомяк подтрунивал над другом, наблюдая за его привычными сборами перед выходом наружу.

– Знаешь, что я только что понял? Я ведь никогда не был на свадьбе. Только читал про церемонии и традиции, а в реальности даже не видел. Говорят, что на верхних уровнях до сих пор иногда их играют, – Платон заглянул в зеркало напоследок, накинул куртку с капюшоном и помахал рукой своему мини-приятелю.

– Меня ты с собой не берёшь, как всегда? Ну хоть одну линзу включи, я хочу посмотреть, чем ты там занимаешься, – Трой пытался аккуратно спуститься со стола на диван, а в результате шлёпнулся на стальную хомячью задницу.

– Никогда не понимал твой интерес к женскому полу. По идее тебя они вообще не должны волновать, – Плата поставил мелкого на пол и собрался было уже его покинуть.

– Я прежде всего половозрелый зверь! Инстинкты никуда не делись, как бы ты не старался их заглушить.

Мужчина не дослушал возмущения Троя и спешно направился на перегруженные улицы средних уровней. Для будничного дня было необычайно много пешеходов, дронов и рекламных ботов вокруг. Создавалось впечатление, что Мирогород не позволял никому останавливаться даже на секунду, бешенно вращаясь вокруг земной оси уже целых двести лет. Люди, а точнее полусинты, разных оттенков кожи и моделей, перемешались в этом Вавилоне двадцать третьего века в одну разнородную массу. Неоновые краски магазинных витрин и дорожных рекламных щитов нещадно били по глазам, пытаясь скрыть серость и убогость всего остального.

Платон целеустремлённо двигался в направлении центра своих пороков и слабостей, в место, где он находил покой для души и напряжение для тела. Окончательно забив на попытки построить какие-то отношения с живым партнёром, находящимся рядом, он перешёл на виртуальные удалённые свидания. Вывеска его любимого вирт-бара была самой большой и вычурно-кричащей на всей улице докуда хватало взгляда. В приятном предвкушении Плата вошёл в заведение, пройдя через сканирование сетчатки глаза и назвав пароль три раза.

– Добро пожаловать в “Чёрный лотос”! Самые изысканные напитки, самые горячие красотки и непревзойдённый сервис ждут вас, – робот-помощница встречала гостя сразу за раскрывшимися электронными дверьми.

– Варвара, рад тебя снова видеть! – Платон резко остановился при её появлении и отчего-то густо покраснел.

– В долг мы больше не наливаем! Охрана, выставите этого оборванца на улицу, – администраторша сменила железный ласковый голос на грубый и жёсткий.

Двери подсобного помещения открылись и из-за них показались двое крепких полусинтов, прикормленных Беком для обеспечения безопасности клуба. Качки разминали имплантированные руки с виноградинами-бицепсами и приближались к источнику возможных неприятностей.

– Полегче! Сегодня у меня есть деньги. Готов сразу же вложить на депозит пару тысяч кредитов, – Платон поднял руки и попытался изобразить дружелюбную улыбку.

– Рады вас приветствовать на территории нашего бара. Ваш депозит составляет пять тысяч кредитов на случай порчи имущества или попыток битья бармена, – Варвара расплылась в неестественной и неискренней улыбке, жестом показывая охране, что они здесь больше не нужны.

Бек очень иронично, как ему самому казалось, поступал со своими бывшими девушками – выкупал права на использование их образов и лиц, после чего заказывал в Синдикатах очередную идентичную робота-помощницу. В каждом его вирт-баре стояло неживое напоминание, которое беспрекословно выполняло любое его желание, чего никогда не было с их живыми копиями.

Платон направился прямиком к внутреннему бару и занял один из пустующих высоких стульев. Коктейлей-наливака заметил его и переместился поближе к новому клиенту, заметив, как у того горят глаза от желания забыться. Шесть его рук ловко управлялись с кучей дел одновременно: протирали стойку, наливали энергетики по бокалам, красиво вращали шейкеры с заготовками напитков.

– Привет! Сделайте газированную “Отвёртку”, – Платон оплатил заказ, позволив бармену отсканировать линзу в глазу, в которой был встроен идентификатор личности.

Полусинт лишь механически утвердительно покачал головой в ответ и приступил к созданию маленького шедевра: немного водки из синт-картофеля, двести грамм имитационного апельсинового сока, шипучий энергетик из кислотно-зелёного баллона и пять кубиков кристаллизованного льда. Лёд пока ещё был натуральным и незаменимым компонентом, практически единственным, что не изменилось по составу за последние тысячи лет.

– Далила сегодня на смене? – Плата опёрся локтями на барную стойку и стал разглядывать других посетителей.

– Да. Она в великолепной форме сегодня. Скоро сможешь сам убедиться, – оказалось, что главный по коктейлям вовсе не немой, а просто не очень неразговорчивый.

В клубе было полно народа, несмотря на то что был обычный будничный день. Кто-то пришёл сюда в поисках острых и свежих ощущений, кто-то из-за тяжёлой зависимости, но трезвых гостей было не сыскать. Полусинт, сидящий напротив, недружелюбно уставился на Платона стеклянными от цифровых наркотиков глазными имплантами. Совершенно не разделяя реальность от вымысла, клиент находился где-то посередине между ними. Басы от драйвовой музыки и мощные стробоскопы усиливали эффект оторванности от земли.