Джей поставил руки по обе стороны от моей головы, а ногами сжал колени, не позволяя выбраться. Черная футболка, заправленная в темные джинсы, издевательски облегала его крепкие руки. На шее висела серебряная цепочка, которую Паркер никогда не снимал. На предплечьях проступали небольшие шрамы. Я вспомнила слова Метта о детстве Джея, о бешеных тренировках и требовательном отце. Неудивительно, что на наших занятиях Паркер не спускал с меня глаз.

– Нас могут увидеть.

– Меня это мало волнует.

– Это волнует меня.

Глаза вдруг заволокло светом. Но в этот раз вряд ли из-за мысленной связи. Я почувствовала, как кожа Паркера начала нагреваться. А сам он наклонился к моему уху и сказал:

– Я ведь нравлюсь тебе, Джонс.

Эти слова воспроизвели в голове воспоминания. О школе. Об Остине, который говорил такие слова. Но сейчас я не чувствовала отвращения или злости. Меня охватили совершенно другие эмоции.

– Ты спятил.

Не совсем вопрос. Скорее, утверждение. У меня вырвалось несколько смешков, когда его руки опустились на талию.

– Не отрицай. Тебе не хватает выдержки, когда я рядом.

– Тебе говорили, что ты самовлюбленный кретин?

– Многократно.

Я недоуменно уставилась на него, игнорируя горячие прикосновения к коже.

– Помнишь, как мы встретились в первый раз?

Я опустила глаза вниз.

– Это был ужасный день.

Джей наигранно изумился.

– Тебе жить надоело? Ты же встретила меня!

– Немедленно слезь с меня, – проворчала я.

Он улыбнулся. Я попыталась отпихнуть его, но Паркер надавил сильнее, вынуждая меня перестать.

– Ты забавная, когда злишься. – Он наклонился ближе. – Я буду делать это чаще.

Дыхание опустилось к коже на шее. Правая рука сильно сжалась в кулак, а левая пыталась оттолкнуть Паркера. Мы оба чего-то ждали. Вспышки моего гнева или его уверенного действия. Джей стал наклоняться ближе, и я поняла, что именно он хочет сделать. Позволила бы я ему это? Глупо скрывать правду. Как только я почувствовала его прикосновение к губам, Паркер отшатнулся.

– Ты опять?!

– Что опять?

Джей приподнялся, уже не держа свои руки возле моей головы, но все еще держа ноги.

Радоваться было нечему, ведь я все еще не могла выбраться. Он потер область груди, где была моя рука, и подозрительно на меня взглянул.

– Ударила меня током.

– Я ничего не делала.

Такое уже происходило несколько раз. По словам Паркера, это случалось из-за бешеной страсти, которая пробегала между нами.

Джей вытер лицо своей футболкой, и я моментально закрыла глаза, чтобы не увидеть его тело.

– Я настолько хорош, что ты уже не можешь смотреть на меня?

– Идиот.

Я села и попыталась вытянуть свои ноги из-под Паркера, но все тщетно. Ударила в живот, и поняла, что сделала больно не ему, а себе.

– У тебя там что, железо внутри? – спросила я, скривившись от дискомфорта.

– Ты вообще о чем? Это натуральный продукт.

Собираясь снова начать пререкания, я посмотрела на него. Взгляд зацепился за водный шар, который откуда-то взялся над его головой.

– Эм. Джей…

– Что?

В этот момент пузырь упал ему на голову. Я вовремя закрыла лицо, чтобы капли не попали в глаза.

– Какого черта?! – вскрикнул Джей и вскочил на ноги.

Я наклонилась и посмотрела за его спину. Тони и Джессика стояли возле поворота, улыбались и держали руки перед собой.

– Это было очень вовремя, – сказала я, поднимаясь вслед за Джеем. – Спасибо.

– Всегда пожалуйста, – весело заявил Тони и дал мне «пять».

– Джонс! Я с тобой не договорил! – крикнул мне вслед Паркер.

Когда я обернулась, Джессика отвесила своему брату подзатыльник.

– Не договорил он, – начала она. – Я тебе не договорю. Хватит уже лезть к Грейс, тупая ты башка. Сколько можно?

– Кто к кому лезет?

– Заканчивай, Паркер. – Джессика ударила его в плечо. – Видит Бог, я прикончу тебя.

✩✩✩

В столовой во время ужина было достаточно никритов, чтобы я пожалела о своём желании прийти сюда пораньше. Пока одни развлекались, кидая друг в друга еду, другие тренировали стихии. Их лица светились от счастья, а глаза блестели неизвестным мне огнем.

Злость тесно переплелась с завистью. Я не могла отделаться от мысли, что стараюсь недостаточно и сильно отстаю от других. Потом следующие мысли сдавливали грудную клетку.

А зачем мне вообще стараться?

Стихия только всё усложнит. В реальном мире особенные люди всегда оказывались на виду. Я с тоской посмотрела на никритов и вздохнула, убирая поднос с едой.

Мысли крутились вокруг завтрашней тренировки с Паркером. Я не прошла и половины столовой, когда почувствовала, как воздух из моих легких стал исчезать с медленной, натяжной болью. Голова пошла кругом. Я схватилась за стол рядом в надежде устоять на ногах. Никриты удивлённо уставились на меня, а потом отшатнулись.

Громкий кашель привлек внимание всех. Вибрация окутала воздух. Один щелчок – и я полетела к стене. Голова затрещала и заныла от боли. Я услышала смех Кристы. Ненавистный взгляд приковал меня к месту.

Студенты быстро разошлись и обступили меня с Кристой по кругу. Никто из них не попытался её остановить. Не попытался помочь мне устоять на ногах, когда новый поток воздуха прижал к стене.

Раздался новый, радостный смех.

– Ты такая жалкая.

Все-таки Криста сделала свой ход.

– Неужели? – язвительно спросила я, чувствуя привкус крови во рту.

В спине покалывало, а левая нога начала ныть от сильного удара. Невидимые пальцы обхватили шею и подняли тело над землей.

– Вместо разговоров попробуй атаковать меня своей стихией.

Криста резко опустила руки, роняя меня на пол. Никриты в столовой начали перешептываться.

– Ах да. У тебя же нет стихии.

Она опять начала смеяться, и некоторые из присутствующих подхватили ее смех. Это был натянутый смех учеников, которые не хотели занять мое место.

Меня отбросило в стену еще раз. Резкий кашель вырвался из легких. По телу прошла дрожь, когда я увидела красные отметины на полу, которые медленно растекались в стороны.

Криста грациозной походкой направилась ко мне, на ходу поправляя волосы. Воздух ударил меня по ногам сзади, вынуждая упасть на колени. Пальцы с длинными ногтями вцепились мне в волосы, запрокидывая голову.

– Такая крутая снаружи, но пустая внутри. Ты ничего не стоишь. Не способна защитить себя в одиночку. Только и можешь, что прятаться за спинами Метта и остальных.

– Ты думаешь, что я пытаюсь отобрать у тебя место в команде?

Ответом был злой взгляд, направленный на меня. Видимо, Криста не ожидала, что я захочу поднять эту тему. Она резко отпустила мою голову и отошла чуть подальше. Звук от ее каблуков раздавался эхом по всей столовой и в моей голове.

– Кто-нибудь хочет присоединиться к ней? Нет? Вот и молодцы. Видишь, Грейс? В этой школе уже давно существуют свои порядки, о которых ты ничего не знаешь.

– Уверена, что не поплатишься за это?

Криста хмыкнула. Я кое-как встала на ноги, вытирая рукавом окровавленные губы.

– Метт тебя по головке не погладит.

Удивительно, но её это совсем не заботило. Криста громко засмеялась.

– Да что ты можешь знать? Про Метта. Или меня? Ты не представляешь, в каком дерьме мы оказались, когда погибли родители? Ты хотя бы на минуту можешь понять нас?

Нет.

– Команда – единственная семья, которая у меня осталась. Я не позволю какой-то проходимке, не желающей принимать в себе никрита, обводить их всех вокруг пальца.

– У меня не было такой цели.

– Тогда ты должна была сидеть тихо и не высовываться. Что ты будешь делать, когда уйдешь?

Её слова ударили больнее, чем я могла принять.

Криста опять отшвырнула меня в стену. Девушка вложила в этот удар всю свою ярость и злость, которую испытывала ко мне.

В ее руках образовался светящийся шар желтого цвета. Искры носились вокруг, словно светлячки. Отдалёнными мыслями я понимала, что эта штука чертовски опасна.

Кажется, ей всё равно.

Криста замахнулась и направила этот шар в мою сторону. Я закрыла глаза. Край энергии коснулся меня, но после последовала пустота.

По спине прошел еле заметный холодок. В воздухе стояла какая-то энергия, от которой по телу расходилось тепло. Я услышала удивленные возгласы и резко открыла глаза. Что-то начало пульсировать внутри.

Метт встал передо мной с вытянутыми руками, призывая защитный барьер. Свет от купола вокруг был настолько сильным, что глаза непроизвольно щурились.

– Криста!

Голос Метта разрезал пространство вокруг. Я никогда не слышала, чтобы он говорил так. Казалось, даже стены затряслись. Я видела, как его руки расслабились, когда он убрал барьер. Я не видела его взгляда, но было достаточно взглянуть на Кристу, чтобы понять, как выглядело его лицо.

– Что ты делаешь?

– Избавляюсь от проблем.

– В лице другого никрита?

Криста бросила на меня равнодушный взгляд.

– Ты не имела права использовать на Грейс свою силу. Или правила для тебя – пустой звук? Как и мои приказы?

Спина Метта щитом стояла передо мной, но чувство безопасности так и не пришло. Наоборот, страх снова поднялся по венам, вынуждая меня быть жертвой.

– Можешь собирать вещи. Я сделаю все, чтобы ты не осталась здесь.

– Ты защищаешь ее? Зачем? Тебе нужен тот, кто на протяжении нескольких лет доказывал свою преданность. Тебе нужен никрит, который может постоять за себя. Я показала тебе, что она неудачница, неспособная защищать себя.

– Единственная неудачница здесь – это ты, – прозвучал другой мужской голос.

Студенты одновременно повернулись к Айдену, который вышел вперед со скрещенными руками. От разочарования, сквозившего на его лице, даже мне стало не по себе. За ним показались другие участники команды. Джессика и Кейт взволнованно переглядывались. Питер и Тони хмуро переводили взгляд с Метта на Кристу и обратно. Шон качал головой, и его обреченный вздох достиг даже меня. А Паркер… Он стоял чуть в стороне и смотрел на меня. Не только на лицо. Он исследовал все тело, задержавшись на каплях крови на полу.

– Ты хочешь прогнать меня из-за нее? – крикнула Криста.

– Нет. Я прогоняю тебя из-за неспособности следовать правилам, которым следуют все никриты. Которым когда-то следовали наши родители. – Криста заметно вздрогнула и сделала шаг назад. – Мы защищаем, а не нападаем. Ты показала, что не понимаешь этой разницы.

Криста перевела свой взгляд на ребят, ища там хоть какую-то поддержку.

Я моргнула несколько раз, когда мир перед глазами начал плыть. Спазм продолжал сжимать легкие, а с губ по-прежнему капала кровь. Я попыталась встать, но ватные ноги не позволили.

– Грейс.

Я с трудом разглядела идущего ко мне Паркера. Но его образ был единственным, что я запомнила, провалившись в темноту.