Нат Жарова

Родилась в Москве. Получила образование на факультете иностранных языков МПГУ. Работала преподавателем, журналистом, переводчиком.

Литературный дебют состоялся ещё в школьные годы со сценариев для театральных постановок; с тех пор в творчестве любит сочетать твёрдую научную фантастику с романтической и гуманитарной тематикой. Автор романов «Выжить в Антарктиде», «По ту сторону звёзд», «Гипнотизёр», «Эффект кобры», «Долго будет Карелия сниться» и др. Иногда пишет стихи. Обожает путешествовать, открывая для себя мир и людей, что позже находит отражение на страницах её произведений.

Замужем. Мать двоих детей.

Стихи влюблённого поэта

Обещание

Если ищешь ты тишину —
Я создам для тебя страну,
Где беззвучно плывут облака
Над зелёным покоем долины.

Если ты уплывёшь за моря —
Я зажгу маяк для тебя,
Избежишь ты буйства штормов,
Минуешь мели и льдины.

Я нырну в золотую зарю —
Новый день тебе сотворю,
За улыбку твою я готов
Отдать сокровища мира.

Если путь твой будет непрост,
Я построю хрустальный мост,
Что подхватит наши сердца
На самом краю обрыва.

В душу осень придёт невпопад —
Подарю золотой листопад,
Паутинкой на солнце блесну
И надеждой стану нетленной.

Буду песни слагать и петь,
Что готов за тебя умереть,
Потому что в твоих глазах
Отраженье моей вселенной.

«He грусти, дорогая, не надо!..»

He грусти, дорогая, не надо!
Лучше я воспарю свежим ветром
И стихи для тебя из листьев
Покрывалом сложу разноцветным.

Вместе с солнцем взбегу на небо
По дождинкам в дуге-коромысле
И прольюсь вниз на землю песней,
Напою твою жизнь смыслом.

Или, может, сотку из молчанья
Я один из воздушных мотивов,
Пусть летит он от сердца к сердцу,
Языков не ведая лживых.

Ненадолго с тобою в детство
Отлучусь, чтоб отмыть все краски,
Лишь тогда в карнавальном шуме
Мир позволит нам сбросить маски.

Если ты мне ответишь улыбкой,
Чувств волшебных будя лавину,
Я пойму, что сверну все горы
И любые горы воздвигну.

За твое безусловное счастье
Я пойду и в огонь, и в воду,
Я отдам тебе мои крылья,
Чтоб смогла ощутить ты свободу.

Симфония рассвета

Чуть брезжит на
востоке солнца первый луч,
ползёт на запад ночь аморфной тенью,
дрожит Луна,
лишь ненадолго выглянув из туч,
заворожённая спектаклем дня творенья.

И можно пить
густую тишину как сок
в стремительно светлеющем бокале сада,
и оценить
ещё не утро, но уже его намёк,
Земле поможет свежесть и прохлада.

На грани сна
и яви лес почти готов
навстречу небу сладко-сладко потянуться
и как всегда
в рассветную симфонию без слов
в божественном экстазе окунуться.

Звенит роса
хрустальной чистотою струн,
покорная капризам музыканта-ветра,
птиц голоса
туманный строй небесных дум
дерзнут вот-вот смешать во славу света.

Дождь в сердце

Мы с тобою живём под дождём,
Тучи плачут и ночью, и днём.
Мы привыкли уже к непогоде,
Мокрый зонтик всегда будет в моде,
Затхлый дух пропитает наш дом —
Мы с тобою живём под дождём.

Мы с тобою грустим в темноте,
А прелюдией к этой беде
Стали алчность, порок и обман,
Боль в спине от предательских ран.
Потерявши свой свет в пустоте,
Мы с тобою грустим в темноте.

Мы с тобой заблудились во сне,
Я лишь мнился тебе, а ты – мне,
Наяву – одиноки вдвоём,
Жизнь свою превращаем в фантом,
В грёзах гимны слагая весне —
Мы с тобой заблудились во сне.

Поздняя осень

Тоскливой бездорожной грязью
Заполнен тракт, поля ж пусты,
И бурой листопадной вязью
Покрыты хмурые дворы.

По крыше лупит дождик мелкий,
Что день, что вечер – всё серо.
И голые, как рёбра, ветки
Скребутся в мокрое стекло.

Всё чаще по утрам туманы
Змеятся ватным серебром,
И ветер бьётся в ритме рваном,
Тасуя тучи за окном.

И пусть себе! Погоды стылой
Мне ли бояться у огня,
Что ты с улыбкою счастливой
Теперь разводишь для меня.

Песня менестреля

Хотел я пламенем живым
оставить память на века,
я был везуч, толпой любим,
но вечность всё же далека.
И вот почти что наугад

бродил я в поисках судьбы,
как вдруг неважен результат
стал, если рядом будешь ты…

Скажи, зачем мы
с тобою встретились на свете?
наш мир – сны,
а на реальность кто ответит?
Страшусь я
облечь в слова простую мысль:
как без тебя
найти отныне в жизни смысл?!

Я прошагал немало миль,
встречал не раз рассвет в горах,
глотал в степи сухую пыль
и грязь месил в чужих краях.
О справедливости мечтал,
сносил пустой укор молвы
и голос свой в толпе терял,
слагая песни о любви…

И вот иду прочь,
чтоб отпустить тебя на волю,
И пусть ночь
опять меня застанет в поле.
Скажи «нет!» —
не стану слушать оправданий!
Любви свет
не избавляет от страданий.

Я до сих пор не знаю сам
ответ на главный мой вопрос:
в угоду я каким богам
играю роль шута всерьёз?
Зачем я строю на песке
своей надежды хрупкий дом
и всё скитаюсь налегке,
в тайне мечтая о другом?

Что ж, мне опять в путь,
не оглянусь на прошлый вечер.
Меня – забудь!
Скажи себе, что жар не вечен.
Уйду вдаль
вслед за неведомой звездою.
Моя боль
всегда останется со мною…

«Есть такие моменты, когда тишина…»

Есть такие моменты,
когда тишина
ближе к истине, чем миллиарды
упущенных слов,
в них, как вопль беззвучный, дрожит
одиноко струна —
не допета баллада
о милой иллюзии снов.
Если вдруг ты решишь, что ошибся,
что надо уйти,
В моём сердце застонет,
забьётся сухая гроза.
Но я знаю, что лгать —
невозможно,
А значит – прости!
Отпущу твоё сердце,
как птицу,
я ввысь навсегда.

В суматохе поверхностных дней,
в суете толчеи
потерять можно смысл любви,
и уйдёт красота.
Мы бездумно склоняли мечты —
и твои, и мои,
как итог,
на руках нам осталась
одна пустота.

Есть момент тишины —
В нём бальзам избавленья от грёз.
Не добавить в него ничего,
ничего не отнять,
клятвы мы составляли невольно
из пролитых слёз,
и теперь они высохли… Что ж,
это можно понять.

Если вдруг я почувствую:
танец подходит к концу,
и построенный нами дворец —
не дворец, а тюрьма,

не смогу я солгать,
и тогда у тебя попрошу,
отпустить моё сердце,
как птицу,
в полёт навсегда.

Предзимок

Первые
белые хлопья,
как мягкие перья,
нам на руки
падали.
Зимняя сказка
слагалась на наших глазах —
Всё прекрасно,
не правда ли?
Грязные пашни,
прикрыв наготу,
стали выглядеть
чинными.
Лес
как-то вдруг присмирел,
посветлел,
Не трясёт больше
ветвями длинными.
Лужи
Изящно,
как истые модницы,
В лёд приоделись все

И отразили,
как в зеркале,
небо,
Где спят в колыбелях
метелицы.
Год угасает,
склоняясь к зиме,
Словно спелое,
сочное
яблоко.
Речка
Петляет ещё по камням,
Вся прозрачная,
вязкая,
зябкая,
Но и она замолчит,
присмирев,
до весны,
чему будем все рады мы.
Да,
этот белый покой,
этот сон,
эта смерть
Так прекрасны,
не правда ли?

Валерия Жданова

Педагог, психолог-игропрактик, поэт. Член Региональной общественной организации «Творчество и потенциал».

Родилась в Средней Азии в древнем городе Бухаре, где были написаны первые стихотворения. Сейчас живёт в Рязани, работает с детьми дошкольного возраста и активно занимается творчеством. В свободное время путешествует и много читает.

Участник V Международного фестиваля «ВсемПоэзии» (2023).

Публиковалась в альманахах и сборниках изд-ва «Четыре»: «Творчество и потенциал» (СПб., 2024, 2-й номер), «Поговори со мною, мама!» (2024), «Поэзия нового времени. Отражение мыслей и искренних чувств» (2025).

Номинант литературного конкурса «Сияние полярной звезды» изд-ва «Четыре» (СПб., 2024).

Награждена памятной медалью «За сохранение и развитие поэтических традиций современности».

Бабушка Яга

Не покладая рук, весь год трудилась
Бабушка Яга,
Хотя перед дождём всё чаще ныли
все суставы и нога.
Варила зелье из поганок, собирала
в полночь травы.
Одна, в тиши, под сонною луной, —
не надобно ей славы…

Общалась с духами лесными,
разводила огород.
Служил ей верно чёрный, словно смоль,
прекрасный кот.
Избушка ветхая паслась среди
зыбей болотных,
Тянулась вереница дней так
беззаботных…

Однажды, в полнолунье, вещий сон
ей снится,
И вот уж третий день бабусеньке
не спится.
Задумчиво она всё по избе, скрипя,
бредёт
И что-то шепчет про себя, а то
как запоёт!

Сундук заветный из чулана поутру
достала
И наряжаться перед зеркальцем
тихонько стала:
Достала серьги, бусы, прятала что долго
так в ларце,
И заиграл румянец на морщинистом
лице.

И, вспомнив молодость, седлает
лихо ступу,
Последний взгляд бросая на разбитую
халупу,
Тряхнула головой и, свистнув, взмыла
в небеса,
Оставив под собой безлюдные
дремучие леса.

Мечта

Кричали озорные птахи воробьи
Коту соседскому, бандиту-оторвяге:
«Смелее лезь и лапками маши!» —
Взмыть вверх хотелось старому бродяге.

Он тихо полз по тонкому стволу,
И грезил о красивейшем полёте.
Взлететь хотелось, как могучему орлу,
«Посмотрим, как потом вы запоёте!»

Мечты сбываются у тех, кто к ним идёт,
Ползёт, летит иль тащится порою.