Отстранившись от тела и от страха смерти, в определенном смысле он действительно почувствовал себя мертвым. И вместе с тем постиг в себе нечто бессмертное.
На четвертый день в храм вползла змея. Переползла через тело Раджниша и скрылась в какой-то щели. Ошо вспоминал, что он даже не успел испугаться, потому что уже «приготовился» к смерти. А где нет цепляющегося за жизнь, нет и страха.
Бабушка говорила: «В нашем мире все такие цивилизованные, воспитанные – и что проку?.. Что это дает? В худшем случае его родители на нас обидятся. Ну и что? Пусть себе обижаются. Ничего страшного, а малыш к тому времени станет сильным, и они уже не смогут сбить его с толку»
Мудрые старики быстро уяснили, что такому необычному наслаждению одиночеством мешать нельзя. Потревожить, разрушить эту тишину было бы невозможным кощунством.
В одиночестве Ошо открыл много истинного наслаждения, радости довольствоваться собой и ни от кого не зависеть… Он рассказывал, что там, где гладь озера усыпали цветы лотоса, он мог часами сидеть на берегу, такой самодостаточный, словно в мире нет ничего, кроме лотосов, белых журавлей и тишины.