– Ты еще влюбишься в этот город и не захочешь уезжать, – не переставала щебетать мама.

Дана закрыла окно и запретила себе смотреть в него. Но брат продолжал восторженно восклицать и восхищаться. Вот кто по-настоящему был счастлив. Но Дану это так разозлило, что она велела ему заткнуться. И тут же пожалела об этом. Ваня замолчал и, казалось, захотел впечататься в сидение, лишь бы его не видели. Дана отругала себя последними словами, а вслух сказала:

– Ванька, прости. Просто настроение паршивое, да и погода тоже.

– О чем ты? Погода же замечательная! – его глаза выглядели такими честными.

Папа повернул вправо, и вот впереди показались очертания их будущего дома. Он выглядел заброшенно, но не так как ожидала Дана. Дом их словно ждал. Двор и садик густо поросли зеленью и сорняками, окна заколочены.

Дана так устала, что не захотела разглядывать его целиком. Она зашла в первую попавшуюся комнату, где нашла кровать. Застелила ее. И как только коснулась головой подушки, тут же провалилась в глубокий сон.

Наутро Дана замерзла. Она обмоталась одеялом и спустилась по винтовой лестнице. Услышала звуки, доносящиеся справа от нее, там находилась кухня, тут же почувствовала манящий запах свежего хлеба, колбасы и огурцов.

– Доброе утро! – Мама стояла у старой столешницы и, что-то напевая себе под нос, готовила. – Представляешь, тут за углом есть замечательный магазинчик и в нем же пекут хлеб, а на нашем огороде я даже отыскала огурец. Попробуй!

– Доброе! Который час? – Дана зевнула и взяла предложенный мамой бутерброд.

– Только восемь утра. Ты никогда так рано в выходной день не поднималась.

Дана огляделась. Кухня была довольно просторной и светлой. Пыльные окна выходили на задний двор. Она подошла поближе. Перед ее глазами возникла буйно поросшая плющом небольшая беседка. Справа от нее, через тропинку, выложенную камнями, расположился декоративный прудик, превратившийся в болотце. На его поверхности расползались круги от дождевых капель.

– Когда-то тут была красота. – Дана и не заметила, как мама подошла к ней и тоже смотрела в окно.

– Но даже и в этой заброшенности есть своя прелесть, – сказала Дана. Ей вдруг захотелось запечатлеть этот пейзаж такой, какой он есть сейчас, в свой блокнот.

– Ты права.

Мама доделывала завтрак. Дана сидела за столом и рисовала. Рядом с ней стояли уже пустая тарелка и остывший кофе.

– Мам, а вы с папой здесь познакомились?

– Мы тут родились и учились в той же школе, что и вам предстоит. Какой же Витя был романтиком, – мама улыбнулась и вздохнула.

– Не могу представить папу молодым и безумно влюбленным.

– Он не такой, каким ты его видишь. На самом деле он мягкий и добрый человек.

– Он очень хорошо это скрывает, – засмеялась Дана, но тут, как бы спохватившись, опять стала серьезной.

– Не беспокойся, тут ты быстро найдешь себе новых друзей. Главное, будь доброжелательной и старайся узнать их получше, прежде чем судить по внешнему виду, как ты обычно любишь делать.

– Мама, как ты не понимаешь, мне не нужны новые, я хочу тех, старых, – в груди защемило, когда она вспомнила голубые глаза Жени, его низкий бархатистый голос. Дана схватила блокнот и убежала теперь уже в свою спальню.

Чуть позже они всей семьей убирали дом. Он был огромный. Их квартира тоже не маленькая, но она не шла ни в какое сравнение с ним. Дана во время уборки слушала музыку в наушниках, чтобы ни с кем не разговаривать. К вечеру большой, груженный доверху грузовик привез их остальные вещи. Так что перед сном Дана еще и обставляла комнату, которую выбрала, по своему вкусу. Она осталась довольна проделанной работой. Ее спальня находилась на втором этаже, с большим окном напротив входной двери. Под ним она попросила отца поставить кровать, справа от нее – платяной шкаф и комод, слева – зеркало со столом и пуфиком. Постелила свой любимый белый коврик с высоким ворсом и повесила шторы цвета морской волны с радужным тюлем. Но все равно комната казалась полупустой и какой-то нежилой. Она слишком большая по сравнению с предыдущей ее спальней. Дана решила поставить горшок с каким-нибудь диковинным цветком, которых в этом городе полно, и накупить разного рода безделушек. А на пустые стены повесить картины.

Глава 7 Странные одноклассники

Собираясь в школу на следующий день, Дана одевалась с особой тщательностью. В дополнение к продуманному образу она решила надеть те самые сережки с маленькими сапфирами под цвет глаз, которые подарили родители. Это ее первый день в новой школе, надо выглядеть сногсшибательно, пусть даже она вообще не хотела в нее переходить. Хорошо, что они не требуют формы, Дана ненавидела быть как все. Оглядев себя критично в маленькое зеркальце, она осталась довольна своим образом и легкой походкой пошла к новым знаниям. У дверей стоял, сгорбившись, брат.

– Ты меня ждешь? – спросила она. Они никогда вместе не ходили в школу.

Здание школы находилось в десяти минутах ходьбы от дома. Прямо по улице, поворот налево и на месте. Но погода стояла просто ужасная – пронизывающий ледяной ветер и дождь как из ведра. Дана не волновалась перед встречей с новыми одноклассниками, а была скорее в предвкушении новых знакомств. Она легко находила язык со всеми.

Ваня непрерывно болтал обо всем, так он пытался скрыть свою нервозность.

– А зачем тебе зонтик?

– Как зачем, тебе бы тоже не помешал.

– Дана, это же то самое, о чем нам говорила мама.

– Что ты хочешь сказать?

– Ты видишь, как я одет и совсем не намокаю.

Она внимательно посмотрела на него и не поверила глазам. Он был одет в рубашку с коротким рукавом и бежевые брюки. Мама его не заставила надеть куртку с капюшоном. Но что самое удивительное, ни одна дождевая капля не оставила на нем мокрого пятнышка, он был полностью в сухой одежде, с такими же волосами. Они блестели, словно освещаемые лучами солнца. Дана оделась во все черное, в ботинках на высокой платформе, чтобы не промочить ноги. Вокруг было столько луж, что она то и дело их обходила. Ваня же шел прямо и его белые кроссовки будто только что из магазина.

– Что происходит? Как такое возможно? – тело Даны покрылась мурашками, но не от холода.

– Только у тебя одной из нашей семьи в этом городе идет дождь.

– Почему только у меня? От чего это зависит?

– Ты единственная, кто недоволен переездом. А город чувствует, что тебе плохо, вот это и отражается на погоде. То есть, что у тебя в душе, то и снаружи. Мама говорит, что здесь так со всеми происходит.

– Город чувствует? О чем ты вообще? – они будто говорили на разных языках.

– А откуда, ты думаешь, здесь все эти необычные растения и животные? У них тоже есть душа, и погода подстраивается под них. Поэтому здесь могут расти все растения мира и для каждого живого организма тут идеальный климат.

– Но, так же не бывает! Нет, я помню, как мама нам об этом рассказывала, но я ей не верила, – сказала Дана ошарашенно.

– А я всегда верил, – твердо сказал Ваня.

Хоть Дана все и видела собственными глазами, но казалось, что зрение подводит ее. То, что сейчас происходило не поддавалось никакой логике. Этого просто не может быть. Она решила переменить тему, чтобы сбросить наваждение, все походило на дурной сон.

– Как ты? Волнуешься? – она посмотрела на брата. Дана только сейчас поняла, что они давно не разговаривали так, обо всем. Понятно почему. У нее свои друзья, у него свои. Хотя нет, она не могла вспомнить, чтобы он с кем-то дружил.

– Конечно. А ты?

– Я нет. Слушай, Вань, а у тебя там остались друзья?

– У меня никогда не было друзей, ты же знаешь. – Он сказал это таким обыденным голосом, что Дана удивленно посмотрела не него.

– Но почему?

– Они меня просто не понимают.

– Что, совсем никто? – Дана никогда не интересовалась жизнью брата. В ее воображении он был все тем же четырехлетним карапузом, с которым не о чем поговорить. Она и не заметила, как он повзрослел.

– Они другие, – немного помолчав, он продолжил, – ты такая же, как они.

– Вот что ты имеешь в виду? Ты сейчас разговариваешь, как родители.

– Ты сама скоро поймешь. – Он посмотрел на нее своими огромными глазами. Ей стало неловко под его пристальным взглядом, как будто не она старший ребенок в семье, а он.

– Ты стал таким большим, я даже не заметила, как ты вырос.

– Ты просто не находила времени для меня.

Дана почувствовала, как покраснела. Ей стало так стыдно за себя и за свой эгоизм.

Остаток пути они шли молча. Дана разглядывала все вокруг. У нее даже что-то осталось в памяти от этого места, но многое напрочь стерлось. Помимо местности, Дана рассматривала прохожих, которые были частью этого мира. Навстречу им шла пожилая пара, взявшись за руки, они о чем-то беседовали, девушка, неопределенного возраста, от пятнадцати до двадцати пяти лет, с короткими, торчащими во все стороны волосами и крашенными во все цвета радуги. Одета она была примерно так же – в голубые лосины, яркий, аляпистый топик и в разноцветную, словно всю из заплаток, джинсовую куртку. На ее плече сидел попугай ара и она с ним разговаривала! Встретились несколько людей с зонтами, как и Дана. Но все они тоже были не похожи на обычных людей.

– Что с ними не так?

Они уже подходили к школе, и Дану внезапно охватило беспокойство. Куда она попала?

– Скоро сама все узнаешь, – повторился брат, – я не понимаю, почему мама до сих пор тебе не рассказала.

– Не рассказала о чем?

Но Ваня ничего не ответил, он наверно и не услышал вопроса, так они уже подошли к школе. Она оказалась огромной. Нет не так. Гигантской. Сколько же тут учится детей? Дане она напомнила многоярусный торт. Нижний этаж занимал больше всего места, у гладких стен закругленные углы, на его крыше по всему периметру лоджия с коваными перилами которые переплетали вьюнки с розовыми цветами, сейчас там завтракали дети, сидя за круглыми столами. Второй этаж чуть меньше, но построен по образу первого. И так до пятого. А вокруг школы раскинулся сад с множеством необычных растений, повсюду зеленые, благоухающие, цветущие.

Они вошли в здание, и каждому нужно было искать кабинет, где будет проводиться урок. Дана без проблем отыскала свой. В класс она пришла одна из первых. По мере того, как он заполнялся новыми людьми, она с удивлением рассматривала каждого. Все выглядели по-разному, но в тоже время что-то их объединяло, Дана не могла понять, что именно. Они странно напоминали ее брата. Тут, похоже, не было разделений на крутых и замкнутых. Почему-то многие выглядели так, словно им наплевать на свою внешность. Еще Дана заметила странную особенность, многие были с какими-то дефектами. У кого-то сильно торчали уши, у кого-то огромный нос. У многих проблема с кожей, у одного даже не оказалось глаза.

Последним в кабинет вошел парень, полностью лысый и одетый в бесформенную толстовку, джинсы и кроссовки. Он тоже, как и она, был с зонтиком. Все девочки при виде него зарделись и зарумянились. «Ну и вкус у них», – подумала Дана. Это и не удивительно, они все выглядели как серые мышки.

Каждый, кто заходил в класс, сначала смотрел в ее сторону, как будто уже знал, что она там сидит. Многие подходили к ней и знакомились. Они не старались произвести на нее впечатление, а каждый хотел подбодрить и поддержать добрым словом.

Прозвенел звонок. Зашел учитель.

– Привет всем. Я вижу почти все в хорошем расположении духа, кроме нашего старосты. Но надеюсь, что ничего серьезного?

– Все в порядке, не выспался просто, – выдавил улыбку лысый парень.

– Очередное творение не давало уснуть?

– Ничего не вышло, – отозвался лысый.

– У тебя еще все впереди! Не переживай.

– Да, да, – дружно загоготал класс.

Парень еще больше поник.

– Ладно, оставим его, сейчас мы ему ничем не поможем. – Он переключился на Дану. – А вот и еще один человек с плохим настроением. Дана? Как тебе у нас?

– Довольно неплохо, – соврала она, улыбнувшись.

– Вопросы есть?

Вопросов было много.

– Нет.

– Ну и славно. – Он изучающе на нее посмотрел и начал вести урок.

На уроках Дана доставала свой блокнот и начинала рисовать новых одноклассников. Но они все ей казались безумно скучными. У нее еще больше упало настроение, отчего погода невероятно! совсем разбушевалась. Но на предпоследнем уроке она, наконец, нашла объект для своего творчества. Им оказалась учительница русского языка и литературы – Алена Витальевна. Красивая, но была в ней одна странность, ее прическа закрывала пол лица. Светлые волосы волной спускались к плечам, на глазах четкие стрелки, на губах красная помада. Яркая и ухоженная, что, естественно, выделяло ее из общей массы этих серых мышек. И Дана с энтузиазмом взялась за ее портрет.

На последнем уроке к Дане неожиданно подсел лысый парень.

– Привет, новенькая, – сказал он дружелюбно.

– Привет, – не отрываясь от блокнота, сказала она.

– Ну как тебе у нас?

– Неплохо.

– Этот ответ я уже слышал, а теперь правду.

Дана взглянула на него, затем опять опустила голову.

– Это правда.

– Я же вижу, что нет. Почему просто нельзя сказать: «Мне паршиво, не приставайте ко мне со своими глупыми вопросами». Все уже и так догадались, что именно это ты и подразумевала.

– Вовсе нет, – но она уже не отрываясь смотрела на него.

– А ты откуда?

– Это что допрос?

– Нет, просто вижу, что тебе не уютно, пытаюсь быть дружелюбным.

– С чего ты взял, что мне не уютно. Я прекрасно себя чувствую и не нуждаюсь ни в чьем обществе.

Конечно, зря она так, все-таки он единственный, кто заговорил с ней. Ну и что теперь, она должна ему все выложить про себя? Какой прыткий! С другой стороны, он ничего такого не спросил, так почему же она себя так ведет?

– Из Москвы.

И тут же незамедлительно последовал другой вопрос.

– А почему вы сюда переехали?

Вот это он точно уже лез не в свое дело.

– Тебя точно это интересует или ты хочешь казаться дружелюбным?

– И то и другое, – просто ответил он, – ты какая-то агрессивная. Тебя можно понять, это срабатывает защитная реакция, бей или беги.

Он глядел прямо в глаза, не пасовал, как это делали другие парни, которые заговаривали с ней. Говорил уверенно и открыто. Даже немного посмеивался над ней?

– Хорошо, я вот что тебе скажу, а не пошел бы ты!

– Не вопрос.

Он взял свои вещи и пересел за соседнюю парту, что очень удивило ее. Обычно, если с ней знакомятся, если хватило смелости на это, то отступать они не собирались, как бы она их не просила об обратном. Быстро же его удалось спровадить, ну и хорошо. Не нужен он ей. Здесь, она еще раз всех оглядела, ей не составит труда найти если не друзей, так поклонников точно. Да и вообще. Кем он себя возомнил? Он себя в зеркало видел? Наглости не занимать.

Глава 8 Попытки подружиться

– У меня все замечательно, не хватает только тебя, – верещала Юля, когда вечером Дана позвонила ей по видеосвязи.

– Мне тоже тебя не хватает и вообще…

– Тебе совсем там не нравится?

– Как сказать. Город невероятной красоты, если я про него тебе расскажу, ты просто не поверишь. А вот люди… Они какие-то странные.

– Что ты имеешь в виду?

– Не могу объяснить. Им как будто наплевать на внешность, одеваются как попало. Но даже тут у меня появился поклонник, – хихикнула Дана.

– А вот здесь поподробнее, – навострила уши подруга.

– Да рассказывать-то и нечего на самом деле. В меня сложно не влюбиться, еще если учесть, какие тут девушки. Ты бы их видела! Они, наверное, даже и слова такого не знают – «косметика».

– А что за парень-то?

– Лысый, в каких-то обносках. В общем, не красавец.

– Тогда зачем он тебе?

– Он сам ко мне подсел, я вообще ни при чем.

На следующее утро Дана вошла в класс и села за свою парту в конце первого ряда. Она была уверена, что Макс тут же подсядет к ней, но он этого не сделал. Он вообще ее не замечал или делал вид, скорее второе. Дана не стала много думать об этом, ей нужно сосредоточиться на учебе, чтобы не выглядеть глупой в глазах новых одноклассников. Как ни прискорбно себе признаваться, но раньше репутация работала на нее. Она уже давно перестала стараться на уроках, так как учителя по старой памяти ставили ей хорошие оценки, бывали исключения, конечно, историк, например, но она бы со временем выучила пару тройку параграфов и подтянула бы предмет. Но сейчас придется начинать заново. Внимательно слушать учителей, писать конспекты, регулярно делать домашку. Скукотища. Но ничего не поделаешь. Она даже оставила свой скетчбук дома, чтобы не было соблазна взяться за карандаш и начать рисовать.

Дана со вздохом принялась перечерчивать таблицу с доски. По окнам уныло стучали капли дождя и медленно скатывались по стеклам. Мысли о Жене, театре и бывшей школе упорно не хотели покидать ее. Дана тщетно пыталась выбросить их из головы, но вместо этого они еще больнее брали ее в тиски. Из-за этого сидеть здесь среди этих, Дана попыталась подобрать боле безобидное слово, простых, похожих друг на друга, но в то же время так не похожих на нее людей, становилось невыносимо. Они раздражали ее всем своим видом. В ее бывшем классе таких называли отбросами. С ними никто не хотел общаться и садиться за одну парту. Словно попала в параллельную вселенную.

Прозвенел звонок. Дана поплелась за всеми на следующий урок. Так же села в самом дальнем углу класса. Она чувствовала себя невидимкой, хотя некоторые все же удостаивали ее взглядом, но дальше дело не заходило.

– Не больно-то надо! – говорила она про себя.

Но на уроке Дана уже пристальнее приглядывалась к одноклассникам. Ей жутко хотелось, чтобы сейчас рядом с ней оказалась Юлька. Вот бы с кем они перемыли все косточки. Она даже представила, как подруга говорит ей.

– Вон, посмотри на ту, разодетую, зачем ей столько тряпок? Отбилась от цыганского табора?

Хотя, если подумать, Юля бы никогда так не сказала, это скорей ее собственные мысли. Но все равно, Дана бы тогда ответила:

– А этот коротышка, наверное, из цирка сбежал.

– А эта вся в зеленом видимо в лесу родилась.

– Судя по ее выражению лица, она там заблудилась и по нелепой случайности оказалась здесь.

Дана фыркнула, у девочки глаза были чуть навыкате, поэтому выглядела всегда очень удивленной. Но тут она повернулась и посмотрела прямо на Дану, и по спине пробежал холодок. Она содрогнулась и уставилась на учителя. Почему-то выдумывать фантомный разговор зразу же перехотелось.

От нечего делать Дана стала наблюдать за Максимом. Одноклассницы так и пожирали его глазами, но он не обращал на них внимания. Странно, но он теперь уже не казался каким-то уродцем. Это что, взыграл охотничий инстинкт?

Дана отчитывала минуты до окончания уроков, никогда еще день не казался настолько длинным и как только прозвенел звонок с последнего урока она чуть ли не бегом отправилась домой. Дома никого не оказалось, даже Вани, хотя у него уроки заканчиваются раньше. Маму Дана нашла в садике на заднем дворе. Она вооружилась секатором и орудовала им, борясь с густыми кронами деревьев и кустарников.

– Привет! Помочь не хочешь? – спросила мама, как только увидела ее.

Дана отругала себя на чем свет стоит, но все же пошла переоделась в старый спортивный костюм, а на голову нахлобучила бейсболку. В сарае отыскала тяпку и принялась помогать маме. Ну и, конечно же, то, что у нее шел дождь это никого не волновало, земля-то сухая.

– А где Ванька, что-то дома его не видно.

– Ванька-то? Позвонил и сказал, что задержится с друзьями после школы.

– Ты точно про нашего Ваньку говоришь? С какими еще друзьями?

– Представь себе, нашел еще в первый день. Ты бы видела, как он о них отзывается, давно его таким не видела. Надо было давно переезжать сюда, сколько упрашивала Витю.

– Это же папа, – Дана надела перчатки и пыталась вырвать особенно крупный сорняк, который никак не хотел поддаваться.

– Его там только работа держала, он и сам давно не прочь был сюда переехать. А теперь он и здесь неплохо зарабатывает, даже больше, чем там.

– То есть страдаю только я?

Мама выпрямилась, хрустя костями.

– Вот уж не думала, что у тебя могут возникнуть какие-то проблемы.

– Они меня не принимают!

– А ты пробовала быть с ними подружелюбнее, узнать получше?

– Кого? Они все там на одно лицо! Стремные какие-то.

Мама только покачала головой и принялась дальше обрезать ветки.

– А ты попробуй кому-нибудь улыбнуться и не судить всех по одежке.

– Ты не понимаешь.

– У многих из них нет родителей, а живут они в этой же школе.

– Это что, интернат?