Глава 10.

Стрелки на циферблате телефона показывали начало шестого утра, когда мы наконец пошли спать. За окном уже начинало сереть — тот особенный предрассветный час, когда ночь еще не ушла, но день уже дышит где-то за горизонтом. Вадим все-таки убедил меня остаться. Его голос звучал так уверенно, так спокойно, что я поверила — пока я с ним, мне ничего не угрожает. И Гоша тоже. И его отец.

Я понимала — где-то в глубине, там, куда не хотелось заглядывать — что по сути подставила и Лешу тоже. Но может, мне именно этого и хотелось? Поставить его в такое положение. Потому что он со мной так поступил. Променял. Просто взял и променял на другую жизнь, на другую девушку, на другое будущее.

Хотя — и это жгло особенно больно — его мотив я понимала. Такие возможности в жизни выпадают только раз. Только раз открывается дверь в совсем другой мир, и если не войти, она захлопнется навсегда.

— Малыш, спи и ничего не бойся, — Вадим обнял меня со спины, его рука легла на мою талию, пальцы слегка сжались, удерживая меня близко к себе. — Пока ты со мной...

Его дыхание коснулось моего затылка, теплое, размеренное, и мы оба буквально провалились в сон, как в глубокий колодец.

Утром я проснулась от того... что он уже во мне.

Сначала я не поняла, что происходит — сознание медленно выплывало из темноты, тело еще спало, но ощущения уже были реальными, острыми. Я лежала на спине, простыня смялась где-то у бедер, а он, пристроившись между моих раздвинутых ног, медленно, неторопливо двигался. Его пальцы находили мой бугорок, массировали его круговыми движениями, методично, как будто он делал это уже давно.

У нас с Лешей так никогда не было. Он всегда ждал. Всегда сначала смотрел мне в глаза, искал подтверждения, хотя бы намека на согласие, прежде чем позволить себе войти в меня. Он спрашивал взглядом: «Можно?» — даже когда слова не произносились.

— Ва... — я начала удивленно, голос прозвучал хрипло от сна.

И тут он резко вогнал до упора. Воздух выбило из легких.

— Доброе утро, — он улыбнулся, глядя на меня сверху вниз. В его глазах играли искорки света от пробивающегося сквозь жалюзи утреннего солнца.

— Ай...

— Просыпайся, принцесса, — его движения стали резкими, активными, напористыми. Кровать под нами скрипнула.

Я чувствовала, что мокрая — тело откликнулось раньше, чем разум успел проснуться, — но это было слишком неожиданно. Слишком быстро. Я еще не собрала себя, не успела понять, где заканчивается сон и начинается реальность.

— Не, ну утром я тебя ждать не могу, — выдохнул он, его движения участились, стали неровными, и через мгновение он вышел, кончив мне на животик. Теплые капли легли на кожу, и я непроизвольно вздрогнула от контраста температур.

Он потянулся к тумбочке — мышцы на его спине перекатились под кожей — и достал оттуда... что-то. Я прищурилась, пытаясь разглядеть. Понимала, что это, видимо, какая-то секс-игрушка, но мы с Лешей ничего такого не использовали. Никогда.

Вадим быстро нажал на кнопку — раздался тихий жужжащий звук — и приставил эту штуку к моей самой чувствительной зоне. Я вздрогнула всем телом.

— В рекламе пишут, что лучше, чем бывший, — он рассмеялся, и его смех прозвучал довольно, почти торжествующе.

— Вакуумный вибратор, — прокомментировал он, заметив мое недоумение и то, как я пытаюсь разглядеть эту штуку.

— Лежи и расслабляйся, — посоветовал он. Его голос звучал мягко, но в нем слышалась уверенность человека, который точно знает, что делает.

С таким мощным и точечным воздействием мне не пришлось долго лежать. Ощущения накатывали волнами — сначала легкие, щекочущие, потом все сильнее, все настойчивее. Я вцепилась пальцами в простыню, чувствуя, как тело выгибается само собой. Результат был, так сказать, налицо.

— Ай... — я попыталась вывернуться, когда меня резко, очень сильно накрыло — волна удовольствия прокатилась от низа живота по всему телу, искрами разлетаясь до кончиков пальцев. Но он не дал мне этого сделать, продолжая держать вибратор на месте, усиливая пик ощущений до почти болезненной остроты.

— У меня много всяких штучек, — пояснил он, наконец убирая эту штуку и глядя на меня с явным удовольствием.

У нас с ним только вчера все началось, а я уже... столько всего нового попробовала. Столько того, о чем раньше даже не думала. Мир расширялся с пугающей скоростью.

— Принцесса, теперь уже завтрак на тебе, — объявил он, поднимаясь с кровати. — Хлебушек, наверное, уже принесли.

Ну, в плане завтрака я ничего не имела против — готовить мне нравилось, это успокаивало, давало ощущение контроля. А вот «хлебушек уже принесли» — это что вообще означает? Кто принес? Когда?

Оказалось, что у Вадима заказана доставка свежего хлеба каждый день. Каждое утро. Пекарня оставляет пакет рядом с дверью, чтобы его не беспокоить. Консьерж внизу уже в курсе и пропускает доставку без звонка.

— Как здорово, — я рассматривала действительно свежий багет — корочка еще потрескивала, источая дразнящий аромат — и румяные булочки с некоторым восторгом. Серьезно, это же так удобно. Просто берешь и каждое утро у тебя свежий хлеб. Без усилий. Без очередей. Просто так.

Завтрак у нас опять получился обильным и разнообразным — я нарезала помидоры и огурцы, достала сыр и ветчину из холодильника, сварила яйца, поджарила бекон. Запах жареного заполнил кухню, смешиваясь с ароматом свежего кофе. Надо держать себя в руках, иначе я так быстро расползусь в размерах — с такими-то завтраками.

— Мне надо поговорить с Лехой, прежде чем я позвоню Гошичу, — сообщил мне Вадим после завтрака, откидываясь на спинку стула и глядя на меня оценивающе.

Внутри все оборвалось. А все так хорошо начиналось сегодня утром — и эта близость, и завтрак, и ощущение какого-то покоя. Я уже имела глупую надежду, что он отложил эту идею. Забыл. Передумал.

Вернее, утро — это было очень неточное определение. Часы на стене показывали уже два часа дня. Солнце стояло высоко, за окном шумел город, гудели машины.

Как Леша воспримет это? Что я его предала? Что слила всю информацию Вадиму?

— Я пойду в машину, а ты пока побудь дома, — Вадим встал, потянулся, позвонки в спине хрустнули. — Хочешь — поразвлекайся с этим дельфинчиком.

Он улыбнулся той своей ухмылкой, которая одновременно заводила и смущала.

— С кем? — не поняла я, моргая.

— Это вибратор так называется, — засмеялся Вадим, направляясь к двери.

Как только дверь за ним закрылась — щелчок замка прозвучал как выстрел — я тут же бросилась к своему телефону. Руки дрожали, когда я набирала сообщение. Быстро, сбивчиво написала Леше: «Прости, я проболталась про тот день, на даче».

Отправить. Сообщение ушло. Одна галочка. Две. Не прочитано.

Он явно не увидел моего сообщения. Но звонить я не решалась — вдруг он с Юлей? Вдруг они вместе, и мой звонок все испортит? А может, он вообще заблокировал мой номер и больше не хочет ничего слышать?

Я сидела, уставившись в экран телефона, ожидая, что он прочитает. Сейчас. Вот прямо сейчас.

+++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++++

Разговор Леши и Вадима.

— Ну давай, рассказывай, Леха, как ты нас так удачно наебал, — сразу же перешел в наступление Вадим, усаживаясь в водительское кресло и звоня приятелю по видео связи. Хотелось видеть выражение его лица. Голос его звучал жестко, без намека на обычную дружескую легкость.

— В смысле? — Леша завис, в голове пронеслась мысль проверить телефон, и он увидел непрочитанное смс от Нади: «Прости, я проболталась про тот день...»

И это был тот самый случай, когда буквально прошиб холодный пот. По спине пробежали мурашки, ладони мгновенно стали влажными. Он судорожно искал правильные слова, чтобы ответить, но они не шли. Совсем.

— Вадь... понимаешь... тогда так было лучше... — начал он неуверенно, слова спотыкались на языке.

— Кто такая Саша? — задал Вадим вопрос, на который у Нади не было ответа. Не могло быть.

— Это моя знакомая, не важно... — попытался соскочить с темы Леша.

— Важно, Леша, важно! — напирал на него Вадим, и в его голосе послышались стальные нотки. — Она все знает!

— Это она все организовала так, чтобы никаких дел не заводили и вообще все было гладко, понимаешь? — стал как-то пытаться сгладить обстановку Леша.

— А ей это зачем? — откровенно удивился Вадим, нахмурившись.

— У нее очень много знакомых... Везде... — Леша сам до конца не понимал, насколько много. Эта сеть связей пугала даже его самого.

— Хм... Везде? — Вадим прищурился, его интерес заметно вырос. — То есть она очень ценная знакомая, так?

— Вадь, она... — Леша замялся, облизнул пересохшие губы. — Она работает только с теми, с кем хочет.

Неловко так получилось. Совсем не то хотел сказать.

— А вы с ней работаете? — с интересом и явным подозрением переспросил Вадим, наклонив голову набок.

— Я не так выразился, нет, — Леша замотал головой. — Просто она... Ну понимаешь... Я не знаю, как объяснить...

Он выдохнул шумно, почти выпустив весь воздух из легких:

— Она очень крутая.

— Прям заинтриговал, — протянул Вадим, и было понятно, что он уже никак не хочет спрыгивать с этой темы. Вцепился, как бульдог.

— Вадя, это не то, что ты думаешь, — пытался хоть что-то объяснить Леша, но получалось из рук вон плохо. Каждое слово только усугубляло ситуацию.

— Ну еще скажи, что ты с ней не спал, — усмехнулся приятель, откидываясь на сиденье.

Пауза. Тяжелая, густая.

— Спал, — глухо ответил Леха, глядя в пол.

— Надя, по ходу, не в курсе, — прокомментировал Вадим это откровение, и в его голосе послышалось что-то торжествующее.

— Она не знает, не говори ей, — заволновался Леша, в голосе прорезались панические нотки.

— А чего тебе сейчас-то так волноваться? — удивился Вадик, изучая его реакцию.

Потом до него дошло, и он усмехнулся:

— А-а-а... я понял... То есть ты себе хранишь запасные пути, если с Юльчиком все обломится, да?

В его голосе проскользнула ревность — довольно явная, колючая.