За воротами

– Давай так! Посиди здесь, пока уладим все формальности! – апостол Пётр закрыл передо мной двери.

– И вот ещё что, – калитка немного приоткрылась, и оттуда хлынул свет, – Надеюсь, тебе объяснили, что сюда непросто попасть?!

– Ну так, в общих чертах, – промямлил я, – Осознание собственной греховности, хорошие дела…

На скамейку упал договор:

– Изучай пока! Чтобы потом не было претензий! Дверь опять закрылась.

Я огляделся. Высокие стены, высокие ворота. Большая надпись «РАЙ» над ними. И пустота вокруг. Внутри стало зябко. Негнущимися пальцами поднял воротник, но это не помогло. Последний раз такое было, когда в институте защищал диплом.

– Эх, сигарету бы! – тут же чертыхнулся – тело, и даже пальто были бестелесны. Времени не чувствовалось совсем. Как на глубине в Марианской впадине.

Сел на скамейку, взял папку со словом «Инструкция» и начал листать:

«3. Не лицемерность.

Листаю дальше:

5. Не лукавство.

Я задумался. Да. Лицемерил, конечно, и лукавить приходилось.

Читать расхотелось. Чем дальше, тем безнадёжнее. Чисто из любопытства перемахнул на последнюю страницу.

Под пунктом Примечание было написано следующее:

…Все вышеуказанные пункты считать недействительными в случае, если существуют души, которые могут заручиться, и признать наличие признаков любви у данного индивидуума.

Я задумался. Огромное количество лиц замелькало передо мной. Школа, армия, институт, девушки, парни, женщины, мужчины, клиенты, родственники, друзья…

Вряд ли они смогут обо мне сказать или вспомнить что-то хорошее… Я вздохнул, и положил папку на скамейку.

Поглядел на безликий простор, и приготовился к вердикту.

Мощные ворота открылись. Вышел Апостол и позвал меня. Я нехотя встал и направился к нему.

Он похлопал по плечу и, непонятно чему радуясь, неожиданно с силой вдруг втолкнул меня вовнутрь Рая. Ничего не понимая, я оглянулся на него. Он, улыбаясь, показал посохом за мою спину.

Я обернулся.

В отблеске света, с огромной радуги, ко мне бежала Бася. Моя верная Бася. Собака породы боксёр.

Единственная, которая со всей своей собачьей верностью, отдала за меня свой голос. Забыв незаслуженные наказания, и моё невнимание к ней в прошлой жизни.

Я стоял и плакал, а она слизывала шершавым языком мои слёзы…

Две женщины

Лиговский проспект. Трамвайная остановка. Морозное зимнее утро.

Взоры ожидающих устремлены в сторону, откуда должен приехать трамвай.

В центре остановки стоит красивая, роскошная дама в норковой шубе. Аромат ее дорогих духов будоражит зимнее утро и всех присутствующих вокруг. Это запах другого мира, где всегда солнце и необыкновенное море. Там дорогие машины, фешенебельные небоскребы и замки из белого камня, среди пальм.

Толпе неловко за нее, и за себя. Такие, как она, обычно не пользуются общественным транспортом.

Чуть в стороне, прижавшись к ограждению, зябко кутается в старое пальтишко алкоголичка. Она моложе той, красивой, но выглядит значительно старше. Стоит позади всех, почти сливаясь с металлическим забором, стараясь быть незаметной.

Трамвая долго нет. Толпа ожидающе всматривается в морозный туман. Вдруг алкоголичка отрывается от ограждения и направляется к женщине в шубе.

Близко подходит к ней, но та краем глаза успевает заметить ее приближение.

– Не дам! И не подходи! Я пьяницам не подаю! – громко и с вызовом, на всю остановку, она обращается к подошедшей алкоголичке, пресекая всякие попытки выклянчить деньги на выпивку. Ее красивое лицо на минуту портит гримаса злости и оскорбленной чести.

Алкоголичка смущается, но не оставляет попытки приблизится.

Подойдя совсем близко, стесняясь окружения, охрипшим голосом говорит :

– У вас сзади гондон на шубе висит…

Красивая женщина делает неуклюжие попытки заглянуть на свою спину. У нее это плохо получается. Алкоголичка делает движение рукой и демонстрирует снятый презерватив на нитке с рыболовным крючком.

– Это мальчишки – засранцы балуются, – выкидывает в урну детскую забаву.

Красивая женщина краснеет, и вдруг резко берет за руку алкоголичку:

– Девушка! Ради Бога простите, если обидела вас!

– Да нет, что вы! – та смущённо улыбается, прикрывая беззубый рот ладошкой.

– Давайте, я вам денег дам! – хочет загладить свою вину норковая шуба, и не знает как.

– Ой, нет, что вы! Этого совсем не нужно! – отмахивается та.

Подходит трамвай и медленно всасывает в себя людей. Красивая женщина быстро расстегивает сумочку и что-то суетливо ищет там. Когда, наконец, находит, быстро сует в руку алкоголичке какой-то предмет, и заскакивает в вагон.

Трамвай отходит, и две женщины, удаляясь, смотрят друга на друга через заиндевелые окна.

Одинокий силуэт алкоголички постепенно исчезает. На фоне черного пальто, ещё долго белели ее замёрзшие руки, сжимающие флакон дорогих духов.

Гороскоп

Это было обычное утро Мышкина.

Сороковой год Сурка.

Как и всегда, по будням, а впрочем, очень часто и по выходным, он встал в 7.30.

Пока стоял и молча чистил зубы в душе, на плите, также молча, варились два яйца вкрутую.

За стол Мышкин садился всегда, как какой-нибудь князь – в рубашке, по всей вероятности, помятуя о тезке из Достоевского. Иногда, правда, оставаясь только в трусах, чтобы не помять и не запачкать завтраком брюки.

Вообще холостяки скупы в своих действиях в быту, как ветераны на войне, и лишних движений не производят. Если посуда не моется, то не моется ровно столько, насколько позволяет глубина раковины. А полезная площадь жилья всегда больше, чем та, что указана в ордере на квартиру.

В приготовлении яиц Мышкин дал бы фору Тосе Кислицыной из «Девчат» с ее картошкой. Но сегодня не было настроения изгаляться, поэтому он молча ел яйца, сваренные в «мешочек».

Посыпал солью, откусывал, потом опять посыпал солью, заедая хлебом с маслом и чаем без сахара. Отсутствие сладкого не было данью следования моде или диете – просто сахар имел свойство всегда заканчиваться у него внезапно. И тут вдруг он подумал, что устал жить один.

Провидение согласилось с ним и тотчас включило радио, стоявшее здесь же, на кухне. Ведущие – девушка и парень, после очередной музыкальной композиции, бурно обсуждали гороскоп на предстоящий день.

…овны… близнецы… львы… наконец дошли до его знака. Мышкин невольно напрягся.

«…Предстоит хороший день. Если не самый лучший в году. Можно значительно улучшить свое финансовое положение.., продвижение по службе…, возможна перемена места жительства в более комфортное… и, наконец, для тех, кто мечтал найти свою половинку- сегодня мечта обязательно сбудется…»

Мышкин даже перестал жевать.

– Повезет же кому-то! – он не сильно доверял гороскопам. Тем более, на музыкальной станции.

Быстро встал, кинул мариновать посуду в раковину, смахнул крошки в руку и вытряхнув их в унитаз, выскочил на улицу.

На работе все было по-прежнему. Как всегда на планерке, все зевали и делали вид, что слушают, хотя большая часть сидела в гаджетах.

– По итогам года лучшим отделом признан отдел Мышкина…

Все обернулись на него.

Начальник продолжил:

– На совете директоров было принято решение – новый филиал в Москве возглавить ему же…

Все опять обернулись на него.

…Повышение по службе, зарплата согласно штатному расписанию, переезд в лучшую недвижимость… – вспомнил он утренний гороскоп и присвистнул, глядя в потолок. Оттуда Провидение улыбнулось и подмигнуло хитрым глазом.

Весь день он ловил себя на мысли, что невольно ищет глазами свою вторую половину.

На работе ее точно не оказалось. Потому что день закончился, а она никаким образом себя не выдала. Хотя, были очень даже ничего себе варианты.

Мышкин решил дать шанс Провидению и поехал домой общественным транспортом. Сначала на метро, потом в троллейбусе. Но Оно упорно скрывало от него законное обещанное счастье.

Мышкин не сдавался и вышел на одну остановку раньше. Когда почти оказался у дома, свернул в ближайший супермаркет.

Там он долго ходил между рядами и набрал гору ненужных ему продуктов. Потом ходил и искал, вопреки логике, самую длинную очередь. И когда уже пробивал чек, молодая красивая девушка вдруг неожиданно тронула его за плечо и кокетливо спросила, не одолжит ли молодой импозантный человек дисконтную карточку…

То ли слово «импозантный» произвело совсем обратный эффект, то ли девушка была слишком хороша как вариант, но он как-то сразу растерялся. Неуклюже засуетился, начал шарить по карманам, оттягивая время. Сердце бешено колотилось, отдаваясь в висках и мешая сосредоточиться. От волнения улетели все приемлемые в данной ситуации фразы правил обычного пикапа.

– Девушка! Возьмите мою! – рядом стоящий парень протянул ей свою карточку и помог Мышкину закончить этот позор.

– Самый большой дисконт! С бесплатной доставкой на дом!

Девушка заулыбалась парню, взяла карточку и быстро отошла от Мышкина. И пока он, как бабка, совал многочисленные свои продукты в мешки, краем глаза видел, как парень несёт уже ее пакеты на выход.

Он боялся поглядеть вверх. Ему показалось, что Провидение крутит пальцем у виска.

Выйдя из супермаркета, он положил пакеты на скамейку, вынул французскую булку с колбасой, открыл бутылку молока и стал молча есть.

Откуда-то из темноты, видимо на хруст и запах, к нему прибежала маленькая лохматая болонка. Молча села напротив, и черными глазками-бусинками уставилась на него.

– Ну, что, красавчик, проголодался? – Мышкину стало жалко собаку. Он отломал кусочек колбасы и бросил. Песик быстро съел и опять молча уставился на него. Рука опять оторвала кусочек… Потом ещё…

Собачка была красивая, белой масти, с узеньким фиолетовым ошейником. Мышкин огляделся по сторонам в поисках хозяина. На всем вечернем пространстве они были только вдвоем. Два одиночества, как три тополя на Плющихе.

Потом он пошел домой, а рядом семенил, звеня коготочками, по асфальту его новый друг.

Уже подойдя к подъезду, остановился и посмотрел на песика. Тот сиротливо сел почти у ног и также молчаливо, задрав мордочку, с вопросом в глазах, неотрывно смотрел на Мышкина.

Молодой человек постоял минуту и ему стало жалко песика. Он понял, что решение лучше принимать утром, собрал пакеты в одну руку, нагнулся и поднял щенка. И только тут понял, что он это – Она!

– Ссука! – Мышкин поглядел на звездное небо, то ли констатируя факт пола собаки, то ли за злую иронию Провидению. Такого расклада в своей судьбе он точно не ожидал.

Собаке было все равно. Она обрела хозяина, задрожала и немножко ссикнула от избытка чувств, когда он поднимал ее, из чего он собственно и сделал умозаключительные выводы.

После ужина Мышкин для своей половинки соорудил в прихожей лежбище из старого пальто, и они уснули.

Уже почти ближе к ночи Провидение вытолкнуло к его дому хорошенькую девушку с заплаканными глазами. Девушка, подойдя к его подъезду, остановилась, достала белый листок из кармана и прилепила его на доску объявлений.

«Пропала собака. Беленькая болонка с фиолетовым ошейником. Девочка. Откликается на Кристи. Нашедшего ждёт законное вознаграждение!»

Провидение устало зевнуло и поставило галочку уходящему дню.