Некоторое время Рюк бегал по арене, пытаясь скрыться от летающих троллей, пока Кайса не выставит новый щит. Закончилось все плачевно. Вопли, крики, ругательства, стоны… Маленькие тролли загрызли маленького Рюка.

С его смертью стало легче. Кайса перестала думать о защите лучника и вместо того, чтобы тыкать мечом в относительно безобидных троллей, начала дальними выстрелами плавить более грозных кшассов. Передвигаться по залу можно было все более и более свободно.

В какой-то момент Тиль снова пошел на меня. Я помахивал в его сторону топором, чтобы дать Ростише возможность напасть со спины. И тут произошло неожиданное.

Тиль вроде бы отвел ногу назад, я прыгнул, а жирная тварь, вместо того чтобы пнуть, размашисто ударила меня толстой рукой. Удар пришелся справа, и в результате я не смог подставить щит, который держал в левой руке.

Мой полет закончился высоко в стене, из толщи которой я с трудом вызволил свое тело. Из многочисленных ран текла кровь.

Мне повезло, что плевок Тиля, который он пустил мне вдогонку, не достиг своей цели. Пришлось доставать реликтовый пузырь исцеления, очень ценный и редкий, чтобы быстро встать на ноги.

– Хумирах-х-х! – прохрипел я, поднимаясь.

Пузырь подействовал: раны затянулись, силы восстановились.

А что же Ростиша? Этот хитрец все вращал свою кувалду да давил садящихся на него троллей. Это меня не устраивало.

– Эй, Ро! – крикнул я. – Давай-ка уже по-серьезному! А то что-то он зашустрил!

Ростиша согласно кивнул, но ничего не предпринял: первый ход был за мной.

Взяв двуручный топор, я прошептал заклинание и засадил оружие перед собой в землю. В полу образовалась огромная трещина, из нее показались Духи Беспокойства, через секунду вызвавшие сильную тряску. Тиль замахал руками: ему с трудом удавалось сохранять равновесие.

Я высоко подпрыгнул и впирил Тиля огромным топором, в этой тряске переставшего обращать на меня внимание. Ростиша последовал моему примеру.

Когда Духи Беспокойства исчезли, по всему жирному телу Тиля уже виднелись кровоточащие раны. Он что-то прокричал негромко и призвал к себе около сотни огненных троллей. Эти твари облепили его раны и через несколько мгновений растворились в жирном теле, полностью излечив своего главаря.

– Моя очередь! – крикнул Ростиша.

Раскрутив свой молот правой рукой, он отпустил его как пращу – молот ударил Тилю в плечо и снова вернулся в руку Ростиши. Опять раскрутка – опять удар, снова раскрутка – снова удар. С каждым разом удары становились все быстрее и быстрее. Тиль был обескуражен, лишь отступая под ударами Безжалостного Крушителя.

– Мощная штука, – позавидовал я, нанося куда менее серьезные удары топором сзади.

Когда Ростиша выдохся, Тиль призвал оставшихся летающих троллей, которые снова подлатали его, на этот раз не полностью. Жирная тварь от злости запрыгала, сотрясая Дворец, словно под действием моих Духов.

Закончив свою пляску, Тиль изрыгнул в сторону Ростиши целую дюжину огненных плевков. Когда мой рад увяз в одном из них, тролль очень быстро приблизился к нему и нанес сильнейший пинок.

Подобно мне, Ростиша оказался впечатанным в стену, а Тиль быстро топал к нему, чтобы лишить последней жислы.

Вопреки моим ожиданиям, Ростиша быстро выкарабкался и, вместо того чтобы залечивать раны, с помощью заклинания увеличил свой молот раз в пять и прямо сверху, с прыжком от стены, впирил Тилю по голове. Однако после приземления Ростиша не принял боевую стойку, а встал на одно колено, чтобы как можно скорее принять лекарство.

Добивать могучего тролля пришлось в одиночку. Я активировал на топоре заклинание и бросил его Тилю в ноги. Заклинание вызвало столб темного дыма, а я, вооружившись двумя небольшими топориками, прыгнул с разбега на тролля и вонзил оба своих оружия ему в спину. Попеременно втыкая топорики все выше и выше, я быстро добрался до головы. К тому моменту дым плотно окутывал меня – ни тролль, ни мои рады не могли меня отчетливо видеть.

Большой топор уже был в моих руках, я подпрыгнул и нанес свой коронный удар Тилю в голову – очень быстрый и очень сильный. Тиль зашатался, сделал несколько шагов вперед, затем назад, а потом рухнул.

Когда дым рассеялся, я стоял на его жирной туше, держа в руках здоровенный обоюдоострый топор. Ростиша и Кайса уже были рядом.

– Ай да Кари! – не без удивления глядела на меня Кайса. – Не зря тебя зовут Лютым!

– Неслабо, дружище, – поддержал ее Ростиша, пиная Тиля в рожу, как будто сомневался, что тот мертв.

– Конечно, мне приятно слышать все это, но вы несколько преувеличиваете, рады, – смущенно улыбаясь, возразил я. – На самом деле он был уже полудохлым. Ро почти завалил его.

Ростиша просиял благодарной улыбкой, по всей видимости, не заметив обмана.

– Ну что, пошли глянем, ради чего мы семь дней сюда топали!

Я подошел к большущему узорному сундуку и с размаху пнул его.

– Вау! – воскликнула Кайса.

Трофей показался нам очень славным, наши усилия более чем окупились. Мне даже не пришлось жалеть об истраченном реликтовом пузыре.

Вскоре мы уже сидели в «Кровавом празднике», отмечали завершение похода и нелегкую победу. С удовольствием обсуждали последнее сражение, несомненно привлекая к себе внимание любопытных посетителей.

– Ну ты был крут, Кари! Не, честно, просто нереально крут, – хвалила меня пьяная Кайса, язык ее уже заплетался.

– Ага, особенно тогда, когда меня в стену вмазали! – с ложной скромностью возразил я, чем вызвал одобрительный смех Ростиши.

– Зато ты, наш прославленный маг, героически отсиделась в укрытии! – поддел он Кайсу и заразительно рассмеялся.

– Неблагодарные! – демонстративно обиделась Кайса. – Как будто не я жарила для вас кшассов?!

– Ну конечно ты! Только они не были особенно вкусными!

В этот момент сразу справа от меня мелькнула симпатичная задница. Ее обладательница толкалась около стойки, что-то спрашивала у Ханца, переминалась с ноги на ногу. Она не обращала внимания ни на нас, ни на наши рассказы.

Но привлекло меня в незнакомке не это, а ее обтянутая темно-коричневой кожей задница и блестящий пояс из небольших стальных колец – точь-в-точь как у моей вири. Задница то отдалялась от меня, то снова приближалась: незнакомке никак не стоялось на месте. Почти бессознательно я поставил кружку на стол, потянулся к привлекательным ягодицам и нахально ухватил одну из них.

Нельзя сказать, что я не отдавал себе отчета в том, что делаю. До того, как протянуть свою руку, я успел глянуть на незнакомку и оценить возможные риски: одежка неброская, держится неуверенно. Все говорило о том, что мне ничего не грозит, а она здесь новенькая, совсем недавно пришедшая из Дальних Земель.

Стоило мне ухватить незнакомку за ягодицу, как Ростиша и Кайса замолчали. Обернувшись к ним, я увидел их непонимающие и одновременно улыбающиеся лица. Откуда им было знать, что в той незнакомке я увидел свою вири?!

Молчание длилось недолго. Незнакомка дернулась и резко ко мне повернулась. С секунду помешкав, она взяла мою кружку и вылила ее содержимое мне на голову.

Кайса прыснула от смеха, Ростиша, по обыкновению, громко захохотал. Возможно, даже громче, чем обычно.

Однако хозяйке коварного пояса этого показалось мало. Она плюнула в почти пустую кружку и бросила ее мне.

– Наслаждайся! – раздался ее звонкий нахальный голос.

Мои рады залились смехом, Кайса своими маленькими кулачками застучала от удовольствия по столу. Я, понятное дело, взбесился.

– Что ж, пошли выйдем! – произнес я, с трудом сдерживая гнев.

– Дуэль!.. Кари!.. Дуэль!.. Будет драчка!.. Лютый Кари дуэлиться будет! – понеслось по трактиру.

Встав из-за стола, я еще раз оценил свою соперницу. Все то же самое: неброская защита, пара кинжалов на бедрах – вроде бы ничего страшного.

Выглядела она несколько вычурно, даже для наших мест: заброшенная на грудь толстая коса из черных волос; длиннющие ресницы, у дальних от носа уголков глаз достающие до бровей; и серый платок, закрывающий ниже глаз лицо и часть шеи.

– Проиграешь – сниму с тебя эти кожаные лохмотья и прилюдно отшлепаю, – пригрозил я. – Чтоб надолго запомнила!

Раздались «о-го-го!», «улюлю!» и прочие радостные возгласы.

– Вот как?! – нахально спросила незнакомка, а ее рука чуть дрогнула и затем уперлась в бок. – Тогда если ты проиграешь, будешь мне щитом и помощником в моих походах… Двадцать дней! – добавила она громко, как будто хотела запугать меня высокой ставкой.

– Идет! – усмехнулся я и поднял указательный палец.

Можно было идти на поляну, где обитатели Примы проводили дуэли.

Зрителей собралось много, намного больше обычного. Подобные поединки были делом обычным и привлекали толпу лишь тогда, когда сражался кто-то из лучших. В этот раз они вышли поглазеть на меня.

Для сражения я взял тяжелый одноручный топор: мне казалось, брать что-то более грозное будет неуместно – уж слишком неравными казались силы. Проведя по острию топора пальцем, я стоял на месте, ожидая действий от дерзкой соперницы.

Она вынула оба клинка и ловко перехватила их, взяв обратным хватом. Незнакомка стала медленно приближаться ко мне, при каждом шаге ставя ногу так, будто идет по прямой линии.

– Даже не взял щит? – усмехнулась она. – Какая беспечность!

Немного успокоившись в ходе короткой прогулки, я вновь вспыхнул от гнева.

«На кусочки! – промелькнуло у меня в голове. – Порубить стерву на мелкие кусочки!»

Я сделал шаг вперед, чтобы первым начать атаку – быструю, стремительную, такую, что туго пришлось бы даже Ростише.

Незнакомка отступала под моим натиском, однако непременно отклоняла каждый мой удар. Именно отклоняла: при приближении моего топора она слегка толкала его в сторону, так что я постоянно промахивался. Удивительная техника! И это при том бешеном темпе, который я задал с самого начала.

С последним моим ударом она отпрыгнула назад. Я остановился. По толпе пробежал восхищенный шепот. Стало понятно, что противник у меня самый что ни на есть серьезный. Кулеем тут и не пахло.

Я взял в левую руку щит, но так и остался стоять: я был в замешательстве, не зная, как поступить. Мне казалось, что, применив свои лучшие приемы, я смогу одолеть нахальную незнакомку. Вот только пришлось бы показать их Ростише, а мне этого ох как не хотелось!

– Чего застыл? – прервала паузу незнакомка. – Страшно стало?!

Она сделала шаг вперед, оказавшись на расстоянии удара.

Как же она бесила меня! С невероятным трудом я удерживал себя от яростной неосторожной атаки.

«Главное в бою – сохранять спокойствие, – говорил я себе. – Главное – не дергаться!»

Незнакомка махнула одним из клинков, прямо у меня перед носом. Я отклонился, но в атаку не пошел.

Она рассмеялась:

– Да ты прямо струсил! Как там тебя?.. Лютый Кари?

Опустив кинжалы, она медленно зашагала вокруг меня. Я же потихоньку поворачивался, чтобы сохранять ее в поле зрения.

– На это громкое имя ты не тянешь! – заявила она. – Лучше я буду звать тебя Лютиком! Ну, как тебе?!

Ее заносчивость предопределила мои действия: я полностью сосредоточился на этой схватке, и никакие будущие сложности с Ростишей меня уже не волновали. Мне нужна была только победа. Все остальное перестало иметь значение.

Первыми в ход пошли Духи Беспокойства. Земля треснула и забилась в конвульсиях, а я прыгнул, чтобы нанести незнакомке не сильный, но очень быстрый и точный удар топором.

Однако я снова промахнулся. К моему удивлению, тряска земли на нее не подействовала. Наглая стерва сохраняла равновесие, слегка, на цыпочках, подпрыгивая над землей. В результате мой топор опять ушел в сторону, отклоненный кинжалом.

По приземлении я тут же поднял щит, ожидая удара по промахнувшемуся противнику. Оказалось, зря: она и не думала нападать.

Пока Духи продолжали трясти землю, я рванул в сторону стервы. На этот раз я не готовил какой-либо удар. Моя задумка состояла в следующем: не бить до последнего, пока она не сделает движение первой. Если она его сделает, то я нанесу удар в незащищенное место. Если нет – то просто собью ее щитом наземь.

Незнакомка не двинулась, я врезался в нее щитом, однако вместо того, чтобы свалить ее, лишь отодвинул на несколько метров. Вероятно, она перед ударом подпрыгнула и тем самым смогла избежать падения. Оказавшись на ногах, я обнаружил стерву невредимой, а в своем щите – торчащий изнутри кинжал: его лезвие чуть не задело мне руку.

– Хумирах! – дернул щит в сторону я, но слишком поздно: она уже вытащила из него кинжал.

– Нет, Лютик, у тебя не щит, а сибца какая-то! Думаю, он тебе только мешает!

С этими словами она ударила по моему щиту кинжалами – сначала с двух сторон в центр, а затем от центра, раскидывая руки в стороны.

И вот я уже стоял без защиты. Мой старый добрый щит развалился, разлетелся в щепки.

Толпа изумленно ахнула.

Щит не был реликтовым, но это был очень хороший и крепкий щит. Он выдерживал могучие пинки Тиля, а здесь разлетелся от двух взмахов кинжалами.

– Кто ты на самом деле, а?! И что делаешь здесь? – пытался я получить какую-нибудь информацию, а заодно тянул время для подготовки новой атаки.

– А ты, Лютик, не только трусливый, но еще и любопытный! – продолжала ходить незнакомка вокруг меня. – Ну да ладно. Кто я? Я – Рэйка. Что я здесь делаю? Это очевидно – дуэлюсь с тобой!

Назвавшаяся Рэйкой сделала быстрый удар левым кинжалом. Мне удалось отразить его топором. Удовлетворившись результатом, она снова принялась ходить вокруг меня.

«Неужели из Верхних Земель? – взволнованный, гадал я. – Нет, вероятность крайне низка. Для прохода между землями нужен специальный королевский пропуск… И кроме того, для них в наших землях интереса мало… Может, из дальних, неизвестных мне поселений? Тогда шанс есть…»

– У тебя последний шанс! – будто подслушав мои мысли, сказала она. – Нападай, или нападу я!

– Откуда ты? Из Верхних Земель?

– Не угадал. Нападай!

– Тогда откуда?!

– Вопросы потом! Нападай же! – прокричала она.

И я напал. Бросил ей в ноги малый топор с дымным заклинанием и рванул вперед, на ходу снимая со спины обоюдоострый, чтобы нанести молниеносный удар. Точнее не удар, а целую серию таких ударов, насколько меня хватит.

Первым рублю сверху – уклоняется вправо, кинжал не использует.

Вторым бью горизонтально наотмашь – приседает под удар.

Третьим снова рублю сверху, еще быстрее прежнего – отпрянула назад, сев на задницу.

«Ну все, попалась!» – пронеслось у меня в голове, и я ударил еще раз сверху, в прыжке, с небольшим запасом по дальности, чтоб стерва не успела отползти.

И в этот момент происходит невероятное. Рэйка стремительно, так что фигура ее размывается у меня в глазах, вскакивает и толкает меня, еще находящегося с топором в воздухе, в бок. Я падаю на спину, и ее кинжал входит глубоко мне грудь, а через мгновение еще один – в правую руку.

Прошла какая-то секунда, может, две, и я уже валялся на земле, а наглая стерва сидела у меня на груди, празднуя победу.

Рэйка опустила свой платок и наклонилась ко мне:

– Завтра, здесь, в десять утра. Двадцать дней, как условились.

От полученных ран у меня закружилась голова, взгляд помутнел. Но и сквозь эту муть я хорошо различил на правой щеке Рэйки волну из небольших блестящих кристаллов.

Кто-то мне рассказывал, что называются эти кристаллы «бешеными камнями», стоят безумное количество рублей и дают своим обладателям власть над скоростью. Чем больше камней, тем больше время, в течение которого можно двигаться очень быстро. Кое-что становилось понятным.

– Хорошо, как условились, – прокряхтел я, даже не пытаясь подняться. – Только с послезавтра. Согласна?

– Вполне. Послезавтра, здесь, в десять утра. Выдвигаемся на Ворлонские Болота. Не опаздывай!

Рэйка вытащила из меня кинжалы и, стряхнув с них кровь, засунула в ножны. Затем встала и наконец унесла свою злополучную задницу куда подальше.