5

Я проснулся, полюбовался на моего спящего ангелочка. Будить не стал, да и зачем. Сходил умылся, пришёл на кухню готовить завтрак. Поставил воду на огонь, на угловой диван не стал садиться, подошёл к окну. Оттуда в комнату врывались солнечные лучи, кожа ощутила их мягкое прикосновение, надо запомнить это утро.

Белая машина выезжала из двора. Раньше не видел. На такси тоже не похожа. Впрочем, мог быть кто угодно. В связи с событиями последних дней немудрено развиться паранойе.

Всё из детства.

Мне было лет шесть, я к тому моменту два года как мог читать. Подаренную книжку про Калле Блюмквиста проглотил за день. Воодушевился главным героем, у меня появился пенал с данными: я на каждую машину во дворе завёл листочек. В нём был записан номер, частота нахождения возле дома, кто водитель, марка, цвет. Подключил друзей, чтобы говорили о нестандартных явлениях.

Мысли вернулись к предстоящей встрече. Один факт обнадёживал – мы до сих пор целы и невредимы. К тому же, будет разговор. Что они от нас хотят? Что мы от них желаем? Хотя, с нами понятно. Нам. Когда вступают в диалог стороны, ни одна точно не знает, чего добивается каждая, пока об этом не будет заявлено. До этого момента существуют лишь догадки, домыслы, предположения. Как следствие, просчитывание возможных путей развития. Убрав заморочки, дело сводится к уровню языка «Бэйсик». Простой пример: скрипты продаж.

Я услышал шаги, тёплое тело прижалось ко мне сзади, руки Юли сцепились в замок у меня на животе. Всего лишь один раз я был на тайском массаже. Сначала меня обмазали маслом, затем девушка разделась, осталась топлес. Её груди елозили по мне. Мягко, чувственно. В такт медленной музыке. Должно быть, находились люди, кому нравилось. Я не проникся. На удивление знакомых «ты что, это так расслабляет!» я пожимал плечами и отвечал «а я не напрягаюсь». Но когда к тебе, одетому, прикасаются перси любимой, совсем иная картина.

Юля опустила руки ниже, сказала:

– Доброе утро, мои хорошие!

Воспользовавшись моментом, я развернулся, схватил Юльку за задницу, с силой впился в её губы. Она запрыгнула на меня, обвила меня ногами, я положил нас на стол.

Я восстанавливал дыхание на диване, Юля продолжала лежать на столе.

– Доброе утро, кстати, – сказал я.

Вода вовсю бурлила. В спонтанном сексе есть плюс. Время. В данном случае, вода в чайнике не успела выкипеть. Заново ставить не надо. Я встал, выключил плиту. Приготовил чай. Поставил чашки на стол. Юля к тому времени сползла на диван. Она потянулась, взвизгнула сама себе, подставила лицо солнечным лучам, счастливо зажмурившись и улыбаясь.

5.1

Частный самолёт вылетел из аэропорта. На четверых пассажиров внимания никто не обратил. Совершенно обычные, каких за день улетают и прилетают десятки. За исключением того, что это была разношёрстная компания. Статная блондинка с аристократическими манерами и трое мужчин: смугловатый мачо, мускулистый лысый верзила и худосочный очкарик.

Мачо по прозвищу Чел (там, где преимущественно был англоговорящий регион, погоняло превращалось в Man) без проблем вошёл в блог Войницкого с нетбука. Нужные данные они нашли, смысла как такового не было. Заказ выполнен, клиент выведен из игры. Для заказчиков и команды устранения дело сделано. У Чела было своё мнение. Он завершал дела. На вопросы кратко отвечал:

– Дьявол в деталях.

Чел прочитал все посты, около тысячи. Вглядывался в фотографии. От него не ускользала ни одна мелочь. Одна из причин, почему заслужил особенный статус. Он брал те заказы, которые нравились. Отказывал без объяснения причин, если не были интересны. Всех устраивало. Мало того, заказчики считали за счастье, если он соглашался и готовы были платить суммы, в разы превышающие рыночные. Репутация имеет вес в любых сферах.

Он закрыл нетбук, уставился в иллюминатор. В руках вертел листок с автографом Юли.

– Чисто сработали, – сказал Лысый, поцеловав свой бицепс.

– Именно за это нам и платят, – заметил Интель и поправил очки.

Блондинка по прозвищу Симба смотрела на молчавшего Чела, оставив шлифовку ногтей. Она была профи в установлении контактов. Моментально считывала собеседника и находила к нему подход. Выуживала информацию. Через секс было проще, но опасно. Так работают непрофессионалы, начинающие или на уровне городов. Команда Чела колесила по всему миру.

– Чел, – сказала Симба. – Что не так?

Он помахал листком.

– Дьявол в деталях?

– Кто она? – ответил вопросом на вопрос Чел. – Интель, найди всё об этой Ю.Ю.

– Шеф, – обратился к нему Лысый, – даже я знаю, что эта мадама случайный пассажир.

– Сейчас, – сказал Чел.

Интель кивнул, открыл Макбук, начал поиски. Бывший хакер, не пойманный службами ни в какой стране. Однажды Чел постучался к нему в дверь и предложил работу. Компьютерщик согласился. Поскольку его нашёл один, не нужно обладать семью пядями во лбу, чтобы понять – найдут и другие. Был ещё аргумент, который перевешивал все вместе взятые. Чел ему сказал, кто он такой, автоматически записав хакера в свидетели. А, как известно, хороший свидетель – мёртвый свидетель. Просто, как два пальца об асфальт.

Прошло не более трёх минут, Интель сказал:

– Юлия Юрьевна Гарина. В соцсетях нет и не было. Окончила СГУ, работает по специальности. Родители среднестатистические россияне, рождённые в СССР.

Симба стала понимать, почему Чел задумался.

– То есть, самая обычная, стандартная девица?

– Да, – кивнул Интель.

– Шеф, я догадываюсь, к чему Вы клоните, – сказала Симба. – Чтобы мы в верном направлении двигались, укажите вектор поиска.

Чел устало откинулся в кресле, закрыл глаза, сказал:

– Если вы внимательно посмотрите на публикации Войницкого, увидите единообразие. Оно и понятно. это его работа, жизнь. Как бельмо на глазу последняя заметка. Он атеист, топил за науку, не был женат, хоть поклонниц полным-полно. Как минимум, здесь два варианта. Либо она ему сказала нечто такое, либо, во что я не верю и, скорее всего, не уверую, он влюбился впервые в жизни.

Лысый подал голос:

– Шеф, я прочитал пост. По молодости и меня не обошло стихосочинительство на волне влюблённости. Очень похоже.

Чел открыл глаза и вперился в Лысого:

– Очень похоже. Если не видеть остального.

Лысый потупился, поняв, что ему указали на его слабость. Она же являлась и сильной стороной в их команде. Когда он что-то думал или делал, всё внимание было на одном. Тотально.

Особенностью Интеля было выполнение дополнительной работы. «на всякий пожарный». Он покашлял:

– Шеф, я тут чутка полазил. Ну, это. Запись встречи есть.

Лысый никак не отреагировал, он руководствовался правилом «инициатива наказуема». Есть приказ, надо выполнять, незачем заниматься отсебятиной. В его функционале. Симба оживилась, Чел сказал:

– Выводи на общий.

Самолёт являлся их собственностью. Часто заказы приходили во время полёта, поэтому добавили возможность устраивать подобие конференц-зала. В носовой части был установлен телевизор. Был выбор между телевизором и проектором. Единогласно, эмпирическим путём, отдали голоса в пользу плазмы. Возможности позволяли, повесили двухметровую диагональ.

Интель не без гордости добавил, запуская видео:

– Со звуком.

Экран ожил, четвёрка смотрела запись с камер наблюдения из кафетерия. Каждый пребывал в расслаблении, силы надо сохранять, сейчас напрягаться ни к чему. Мозги же работали конкретно.

Привычка максимально сосредотачиваться при поступлении информации вырабатывалась постоянно. Как в процессе выполнения заказов, так и тренировками. Все знали, Чел второй раз не позволит посмотреть.

Видео закончилось. Лысый схватился за сердце, отвернулся к иллюминатору, не хотел, чтобы кто-то увидел слезу. Давно забытое пробудилось, то, от чего постоянно бежал, пытался забыть. Кто-то спивается, грязнет в наркомании. Он выбрал работать на грани. Завуалированное самоубийство. Всегда на передовой: драки, конфликты, перестрелки. Это позволяло убрать из головы многое. Отчаяние прибавляло ему сил.

Симба, как ни старалась, не могла скрыть счастья. Она обрела ориентир.

Интель, типичный гик, просто кончил. Эякулят заполнил трусы. Он засомневался, не обоссался ли, столько из него изверглось. Порнушка, естественно, сопровождала его постоянно. Теперь неизвестно, когда рука поднимется её включить для сброса напряжения.

У Чела пересохло в горле. Он, с усилием сдерживая дрожь в руках, взял бутылку с водой. Большие глотки. Успел задуматься как на такое способен пищевод. Питьё остановило порыв дать команду на устранение Ю.Ю. Что толку? Из памяти не сотрёшь. Сухую информацию легко, специалисты есть. Они предупреждали Чела: когда замешаны сильные эмоции, в любой момент сработает триггер, и они выплывут на поверхность. В их работе это опасно, следовательно, недопустимо.

Чел не мог понять природы ворвавшегося в нутро бурана.

Через минуту Симба с надеждой спросила:

– Разворачиваемся?

Чел кивнул.

Диспетчер не удивился, когда улетевший самолёт запросил посадку. У богатых свои причуды. Капризная тёлка передумала и папик пошёл у неё на поводу, сорвалась сделка, забыли дома чемодан, да мало ли что.

Сотрудники аэропорта сходились во мнениях с диспетчером. Обычное дело, обычные пассажиры. Прошли мимо, посмотрели, забыли.

Метрдотель гостиницы, в которую вернулись четверо, думал как люди в аэропорту. Услышал о перенесённой неожиданно конференции, в одно ухо влетело, в другое вылетело.

На следующий день Симба посетила кафетерий после шопинга, роль тупой блондинки. Играть особо не приходилось. Выглядеть хорошо было среди обязанностей, кроме того, ей нравилось, когда окружающие воспринимали за дуру.

Вернулась в номер, бросила сумки в угол, заорала:

– Шеф?

Чел вышел из комнаты, Лысый выглянул из туалета, Интель проснулся. Симба разулась, выпрямилась, набрала полную грудь и выпалила:

– Её пасут.

Поколебавшись, поправилась:

– Их.

5.2

Порог офиса переступил Инженер и остановился. Босс никуда не уходил, по его виду нельзя было сказать, спал ли он. Оба изучающе смотрели друг на друга.

– Доброе утро! – поздоровался Инженер.

– Утро доброе.

Для несведущих людей приветствие было обычным, коим обмениваются миллионы ежедневно, но не для двух. Они поняли, что ночь прошла без происшествий.

Босс спросил:

– Пройдёшь?

Инженер прошёл, сел.

– Итак? – спросил Босс.

– Тёмная история. Судя по почерку, Войницкого убрала команда Чела.

– Команда?

– Да, он относительно давно не марает руки, – сказал Инженер. – У Войницкого было два фотоальбома. В одном фотографии мест, где он был. В другом документы, манускрипты и прочее подобное не нужное музеям. Так вот, во втором альбоме один отсек пустой. В нём что-то было. Спецы заверили на сто процентов. Оба альбома заполнялись хронологически, украденное из Тайваня. Скорее всего, Войницкого заказал Госдеп.

Босс побарабанил пальцами по столу:

– Следовательно, не расслабляемся.

– Именно, – кивнул Инженер. – Все подписчики Войникого знают о встрече с ребятами. Даже если Чел и не непосредственно исполнитель, он будет проверять.

– А проверки бывают разные, – протянул Босс.

Инженер решил пофилософствовать:

– Как устроен интересно мир. Встреча в кафе нескольких людей. Его Величество Случай.

Босс посмотрел на собеседника, изобразил профессора университета, скрипучим голосом изрёк:

– Случайность – непознанная закономерность.

5.3

Мы с Юлей пришли в кафе, купили напитки, кондитерку. Затем присоединился Антон, и, наконец, бородатый Агент. Хороший знак, уважаю пунктуальность. Поприветствовали друг друга.

– Мы Вам эспрессо взяли, – сказал я.

– Любопытно, – сказал Агент. – Спасибо.

Юля улыбнулась:

– Ничего сверхъестественного. Расхожее мнение, что серьёзные мужчины пьют эспрессо.

В заведение вошла эффектная блондинка, в руках пакеты с логотипами известных лэйблов. Антон заёрзал, грудь слегка раздулась, спина выпрямилась. Помолодел лет на пять. Увидел, что я заметил, рот растянулся до ушей. Друг так менялся в подавляющем большинстве случаев, когда видел красивую женщину. Я понимал, теперь он будет искать момент с ней познакомиться. Одно другому не мешает.

– Давайте формальности пройдём, – сказал я. – Наверняка, Вы о нас знаете. И всё же. Роман, Юлия, Антон. Нам к Вам как обращаться? Иван Смирнов?

Агент с интересом смотрел на нас, оглядел каждого, кивая на каждом имени. Была одна история, когда я взаимодействовал со спецслужбами, так там связной представился фамилией Смирнов. Уточнение инициалов с моей стороны было прощупыванием почвы. На вопрос ответил:

– Степан.

– Смирнов? – повторил я.

Агент усмехнулся и посмотрел на меня, давая понять, что прекрасно меня понял:

– Любопытно. Нет, не Смирнов. Иванов.

На Антона давил тестостерон, да и время обеда не бесконечно.

– Если никто не против, перейдём к делу, – сказал он.

– Хорошо, – согласился Степан. – У меня пара вопросов. Как вы нас вычислили и что вы знаете о нашем общем знакомом?

Друг изобразил голливудскую улыбку, только перестарался и вышло как у постаревшего Терминатора из фильма:

– Вы как бельмо на глазу. Я знаю всех таксистов. У вас пиликает мелодия приложения для них, но никуда так и не ездили. Продавщиц всех знаю на районе. К тому же, вас в машине неизменно двое. На педиков не похожи. Учитывая перечисленное, вы особо и не шифруетесь. Думаю, для публики вы работники парковки или торгового центра.

– Примерно так, – подтвердил Степан.

– Насчёт знаний, – сказал я. – На всякий случай, согласитесь, с нашей стороны как бы не сболтнуть лишнего. Мало ли. И здесь логично вспомнить популярный афоризм Сократа. Мы, наоборот, пришли за ними.

Агент почесал подбородок. Патовая ситуация. Обе стороны хотят и поделиться информацией, и получить. При этом, опасаются давать. Троица гражданские, следовательно, надо их успокоить, расположить к себе. Лучший вариант, быть честным, то бишь, не врать. Он сказал:

– Хорошо, устроим взаимообмен. Начну я. Мы охраняем объект. Правильнее сказать, наблюдаем за ним. Кто он, без понятия, честное слово. У нас работа такая. Кстати, наша ээ…фирма не та, где Смирновы. Скажем, с более широкой степенью гибкости. Хотите верьте, хотите нет, объект даже для меня очень странный. Настолько, что начал думать о нём и малость вышел за рамки полномочий. Про вас я знаю, воздух сотрясать не будем. Скажите, почему вы снимали его работу?

– А Вы разве не видели? – спросила Юля.

– Что видели?

– Не что, кого, – поправила она.

Степан с непонимающим выражением лица посмотрел на Юлю, меня, Антона. Открыл рот, чтобы сказать, тут же закрыл. Маски сброшены, он не знал.

– Покажем? – спросил я у Юли и друга.

Супруга достала телефон, нашла запись, протянула агенту. Он взял, включил, мы стали ждать. Ранее совет «УиК» решил убрать звук из видео. Изображения достаточно для того, чтобы оценить эффект трансформации. Поначалу брови были сдвинуты, как это бывает при сосредоточенности. Затем полезли вверх. Когда вернул телефон, был бледным, что, по-моему, было удивительно, серьёзный дядька с серьёзным, насколько я мог судить, прошлым.

– Мне надо идти, – просипел он. – Удалите запись. Телефон не лучшее место для хранения. Особенно со вчерашнего дня.

– Как только Вы посмотрели, всё удалилось, – заверил его Юля.

– Со вчерашнего? – спросил я.