Иван догадался, нет, он точно знал, что это была Волга и сейчас должно быть хорошо видно освещение Императорского моста, справа и Президентского слева. Огней, как, собственно, и мостов не было, их просто не существовало. Нет и города, вообще нет ничего того, что говорило бы о существовании цивилизации. Он ещё раз осмотрелся, пытаясь разглядеть берег сквозь сумерки. Ему показалось, что река стала ещё шире, разливаясь вниз целым морем, а берег, местами, меньше в ширину и намного больше зелени у начала песочного пляжа.

– Это, наверное, прошлое или далёкое будущее – Гладков посмотрел на Настю, которая находилась в состоянии близкому к истерике.

– Может, быть все погибли? – он взял руку девушки, затем прижал к себе, и она заплакала, а Иван, в который раз пожалел, что поступил опрометчиво, не оставив её дома. Наступила ночь. Полная луна, напоминая тусклый абажур, меркло подсвечивала берег, наблюдая и удивляясь очередному возрождению жизни на этом небесном теле, спутником, которого она являлась громадное количество лет. Она, то точно знала, что здесь произошло и сколько раз подобное повторялось, за время их совместного полёта в Солнечной системе Млечного Пути.

Молодые люди не помнили, как их, утомлённых за день, сморил крепкий сон, а утром они проснулись, уже ближе к полудню, услышав недовольное хрюканье Бобби. Собака, проголодавшись, сидела возле рюкзака с сухими пайками и пристально смотрела на поклажу, не позволяя себе залезть внутрь. Культурный пёс породы другого времени, получив вожделенный брикет, в знак благодарности попытался лизнуть Ивану лицо, но тот вовремя увернулся. Они искупались в тёплой воде реки, перекусили сухими галетами с чаем и продолжили путь. Испокон веков всё селения образовывались возле рек, озёр и прочих водоёмов с пресной водой, поэтому решили спускаться вниз по реке, рассчитывая увидеть любые признаки существования людей. Неторопливо, часто останавливаясь, чтобы осмотреть окрестности, шли по берегу Волги и строили догадки относительно пропавшего мира, касательно, по крайней мере, их родного города Ульяновска. Настя уже не проявляла признаков депрессии или психоза, но настроение, конечно же было на нуле. Да и какое тут настроение, когда девушка собиралась просто подурачиться, чтобы не обижать любимого человека, а оказалась на "чёртовых куличках", того самого, неумолимого времени. При этом она сама настояла на участие в сумасшедшем проекте, который с успехом воплотился в жизнь. К следующей ночи они подготовились уже заранее. Там, где, заканчивался берег и начиналась растительность молодые люди выбрали уютную ложбинку под небольшим склоном. Этим вечером был пир в виде ухи и запечённой рыбы, которую раздобыли по дороге. Несколько, довольно крупных рыбин, оказались запертыми в вымытом рекой озерце, которое закрылось песком и поймать их не составило труда. С красными плавниками, широкая, размером больше ладони, она тоже была им неизвестна, но всё же её приготовили, о чём ни капли не пожалели, потому что мясо оказалось нежным и вкусным, а уха наваристой.

Они продолжали продвигаться вниз по берегу реки и на следующий день находились в том месте, где Волга становилась ещё шире, а берег, местами, упирался в обрывы. Примерно, в этом районе, находился маленький городок Новоульяновск, а посёлок имени Карамзина, они, видимо, уже прошли. Вернее, поселения были в их времени, а сейчас это просто заросшая травой, кустарниками и лесами, необитаемая территория, где есть живая флора и фауна, но нет человека. Этой ночью молодую пару, врасплох, застал ливень и поскольку никакого тента или на худой конец куска полиэтилена у них не было, то соответственно они вымокли до нитки и на рассвете, когда подул свежий ветер пришлось одевать шапки, и тёплые носки. Иван развел огонь, чтобы согреть воду для чая к скудному завтраку, но мокрые палки, найденные на берегу, трещали и поддерживало горение только сухое топливо. Первые солнечные лучи, обещали хорошую погоду и сейчас обогревая мокрую землю с каждой минутой становились теплей.

– А если на земле и вовсе нет людей? – спросила Настя Ивана, кутаясь в длинный пуховик: – Что, тогда?

Гладков промолчал, потому что не знал ответа. Сейчас он смотрел вдаль широкого берега, где вдалеке, из-за пологого поворота, появились еле различимые, размытые точки. Он продолжал наблюдать, пока не стало заметно, что объекты увеличиваются, а значит приближаются.

– Смотри, мне кажется, там кто-то есть – Иван указал рукой вдаль. Девушка, которая, всё это время смотрела на реку, повернула голову, а через секунду подскочила и радостно воскликнула: – Это люди! Ваня! Люди!

– Откуда ты знаешь? Может это животные? – Гладков тоже встал, пытаясь различить в этих, слишком удалённых точках, какие-нибудь силуэты. Прошло совсем немного времени, но уже было видно, что, действительно, кто-то едет и по всей видимости верхом. Сначала Гладков хотел, чтобы они спрятались, потом передумал и достал из чехла электрошокер, заткнул за пояс топорик, а в левую руку, сам не понимая, зачем, длинный, диодный светильник, который ещё и включил. Они приближались. Напряжение росло. Бобби стоял рядом, готовый в любую минуту обхрюкать непрошенных гостей. Оставалось каких-нибудь сто метров, когда стало видно, что под всадниками вовсе не кони, а животные поразительного вида. Если смешать носорога с верблюдом без горбов, добавив при этом немного небольшого мамонта, то, наверное, при наличии богатого воображения, можно представить себе эту «лошадку». Это были мощные особи с вытянутой мордой верблюда, двумя короткими бивнями над отвислой губой, ушами похожими на слоновьи, только намного меньше и одним, загнутым вперёд рогом, расположенном сверху, на черепе. Ростом, примерно с очень крупную лошадь, они имели крепкое сложение носорога и красные, маленькие глазки в которых, кроме тупой жажды крови, ничего более и не значилось. С первого взгляда на корпус этого животного, покрытое шикарным мехом тёмно-серого цвета, было понятно, что в нём скрывается колоссальная сила.

Молодая пара продолжала стоять на пути кавалькады, находясь в ступоре от увиденных ими ужасных верховых животных, но когда они разглядели наездников, то Иван громко икнул, а Настя вскрикнула и закрыла рот руками. Сверху вниз на них смотрели самые натуральные гориллы. Так показалось с первого взгляда, но при ближайшем рассмотрении сходство с обезьянами оказалось весьма условным. Просто эти, скорей всего разумные представители своего времени, были почти чёрными, как люди негроидной расы. Да, у них были громоздкие надбровные дуги, скошенный, плоский нос и выдвинутая вперёд верхняя и нижняя челюсти, но тело, в отличие от гориллы, безволосое, лишь только головы покрывал редкий пушок и маленькие круглые ушки. Одежды было совсем немного. Прикрывавшие могучий торс накидки, без рукавов, из грубого материала, на ногах высокие чуни под сапоги, сделанные неуклюже из грубой кожи и ещё один кусок ткани, что прикрывает интимное место. Зато вооружены мужчины были, как говориться "до зубов". Копья, связанные пучками и висевшие по бокам в районе крупа животных, длинные дубинки с железными наконечниками, широкие мечи, а за спинами у многих висели луки, которые были многим больше тех, какими когда-то пользовалось человечество. И понятно, потому что оголённые руки этих воинов имели мышцы гигантских размеров и явно были длиннее наших, а копья, по всей видимости, использовались ещё и в качестве стрел. Позади группы по два, таких же животных, следовали без всадников и, без особого труда, тянули за собой две телеги. Одна была с поклажей в виде мешков и непонятного скарба, другая с просторной клеткой, в виде высокого, плетенного купола, которая, с виду, была единым целым с повозкой. Не имевшая колёс телега, легко скользила по песку на широких полозьях, напоминавших лыжи для глубокого снега. Внутри передвижной камеры находилось две представительницы разумных существ этого времени, которые отличались от своих пленителей очень светлым, практически белым, цветом кожи и словно внеземной внешностью. Сходство с инопланетянами особенно выражалось в огромных, миндалевидных глазах ярко-жёлтого цвета, очень маленькой, практически незаметной носовой перегородкой, вытянутым вверх черепом и тонкими руками с очень длинными и, как будто, воздушными пальцами. Кожа была столь тонка и прозрачна, что были хорошо видны венки на лице и шеи. Ещё они имели длинные роскошные волосы, серебряного цвета, собранные в пушистый хвост, доходящий почти до пояса утончённого тела. Судя по всему, это женщина и девочка-подросток, одежда которых представляла собой светлые, изрядно вымазанные грязью, балахоны и мягкую обувь, напоминавшую изысканные, тряпичные лапти с лентами-завязками до самого колена.

Всадники, которых чуть больше десятка, остановились метрах в пяти, сдерживая, своих чудовищ, которые рвались вперёд, желая мгновенно задавить, растоптать и проткнуть рогом неизвестных существ. Они держали их за уши, вернее за продетые в них кожаные кольца, управляя своим транспортом как поводьями. Животные издавали подобие рыка, бодали воздух, а изо рта, от неуёмной злости, покрывая короткие бивни, шла пена. Чёрные воины обрывисто перекликались друг другу, на абсолютно непонятном языке, который, казалось, состоял только из резких, меняющих интонацию звуков, но никак не из слов. Гладков, бросил фонарь, взял Насту за руку и проверил электрошокер, кратковременно нажав на кнопку включения. Их сердца, выйдя из первого шока, бешено колотились, предвкушая последствия, приятной встречи". Казалось, прошла уйма времени, перед тем как один из чёрных «красавцев» грузно спрыгнул с «лошади» и в развалку приблизился к молодым людям, напоминая кривоного, огромного и практически квадратного негра. Нелицеприятный житель далёкого будущего мгновенно протянул длинную и мощную руку через плечо Ивана пытаясь схватить Настю. Девушка отпрянула от чёрной клешни, которая всё же коснулась её подбородка одновременно получив мощный разряд прибора. Гладков сделал полную мощность и максимально сильно прижал прибор к предплечью врага, уверенный, в том, что воин упадёт. а его соплеменники слегка оробеют и ситуация поменяется в их пользу. Но нет, этот индивидуум, даже не дёрнулся, словно это было простое прикосновение, зато его рука, поменяв цель и направление наотмашь ударила Ивана в район правого уха. Гладков упал на землю, а Боб, не издав ни одного звука, впился в ногу обидчику и вовремя отскочил, когда страшная дубинка-булава пронеслась мимо его черепа. Собака, издавая возмущённое хрюканье, отбежала на несколько метров, чудом увернувшись от стрелы, размером с копьё, которую выпустил один из всадников. Бобби, видимо, осознавая опасную бессмысленность борьбы с грозным противником и чуть не встретившись с ещё одним копьём, которое пролетела буквально в сантиметре от головы собаки, удалился на безопасное расстояние, предпочитая занять кресло зрителя. Пока туземец осматривал укушенную ногу, Настя пыталась помочь Ивану подняться с землю. Гладков, у которого распухла челюсть и кружилась голова, смог только сесть на сырой песок, помутнённым взором наблюдая, как с «лошадей» спрыгнули ещё два крепких воина и не торопливо приближаясь к ним они, наверное, ухмылялись показывая в оскале кривые, крупные зубы серого цвета. Один из воинов схватил девушку за руку, другой Ивана за крепкий ворот джинсовой куртки и через минуту они уже находились в клетке рядом с женщиной и девочкой. Кавалькада, незамедлительно, продолжила свой путь, увозя пленников в обратном направлении, откуда совсем недавно пришла молодая пара, а вдалеке, скрываясь в растительности, за ними неотрывно следовал хитрый Бобби.