4 глава. Ревизор

Уже знакомая пара брела по освещённым улицам города от Сити в сторону дома. Это были известные нам дед и внук, потерпевшие очередное фиаско.

Дед молчал, понимая всю безнадёжность ситуации.

Молчал и внук, не понимая, чем он может быть полезен или что может сделать, чтобы поддержать деда.

Зайдя домой, они увидели за столом, полным разных бумаг, квитанций и чеков, уже знакомую нам фигуру – Марбас был в полной готовности для начала намеченной им проверки.

– Дружище, – обратился к нему Форас как к старому товарищу, – я не прошу милости или снисхождения – мы, демоны, на это неспособны. Но я прошу одного: найти не только мои ошибки, но и объяснить их причины. Для меня это не важно – сколько мне здесь осталось? А вот внуку явно пригодится.

Марбас с вниманием посмотрел на одного, затем на другого представителя четы Форасов и закрыл папку.

– Хорошо, – строго сказал проверяющий. – Тогда всё по порядку и ничего не упуская. Вердикт ясен, и вряд ли его что-либо изменит. Но вот формулировки могут быть иными. Если, конечно, для таких предположений найдётся повод. Или довод.

Он замолчал, предоставляя возможность собеседникам заполнить паузу и дать объяснения.

Через несколько минут, когда Форас-старший полностью изложил свою версию происходящего, Марбас спросил с явным непониманием:

– И что здесь странного?

– Тебе не кажется, что срыв трёх сделок за столь короткий срок сам по себе странен?

– Не думаю. Вот смотри, – сказал Марбас, начав загибать пальцы на правой руке, – с продавцом пылесосов – всё прозрачно. Юноша получил желаемое, не проглотив наживку и убыл восвояси.

– Теперь что касается молодой ведьмы, – методично продолжал Марбас и загнул следующий палец, – там тоже всё очевидно. Её стремление к могуществу несколько меньше, чем влияние правил, к которым она приучена. У неё хорошая школа, и эта школа сработала против тебя. Ты не учёл мелочи. А тебе известно, что мы, то есть «дьявол», скрываемся в мелочах.

– И наконец, бизнесмен. И с ним всё яснее ясного – ушлый, вёрткий, корыстный. А ты, насадив его на крючок надежды, слишком резко подсек – вот он и вырвался. Ты спешил, и это понятно. Он – нет, у него все уже свершилось и он смог взять себя в руки и воспользовался возможностью, каким бы жалким и растерянным он ни выглядел.

– Так-то оно так, – с жаром воскликнул Форас, – но посмотри на это иначе! Три срыва за несколько дней! Такого просто не случалось никогда. Я здесь уже около ста лет и заключил не одну тысячу сделок. Ты думаешь, я не смогу отличить ошибку от аномалии?

Марбас задумался и ответил:

– Не спорю – опыт у тебя колоссальный. Но, может быть, «и на старуху бывает проруха»? Может, всё, конец карьеры? Сама судьба намекает, да что там намекает – чётко указывает тебе, что всё кончено?

Форас нервно дёрнул плечами, не желая соглашаться с собеседником.

– При чём тут это? – сказал он глухим голосом. – Я тебе о признаках говорю, а ты о возрасте. Между прочим, мы с тобой ровесники.

– Так-то так, – кивнул Марбас, – только я всё больше дома, а ты всё больше в командировках. Сам знаешь, тут день за десять идёт.

Затем немного подумал и добавил:

– Если ты представишь весомые аргументы, я готов тебя выслушать. Что-то более весомое, чем «кажется», «видится» или «ощущается». Факты, с которыми не стыдно будет пойти к начальству.

Форас-старший нервно заходил по комнате.

– Аргументы, аргументы. Слушай!

Молодой человек, который приехал из провинции в большой город, считая, что сможет добиться успеха и славы.

Но реальность показала, что таких – тысячи, десятки тысяч. Он вынужден работать за гроши и жить в трущобах. Его эмоциональное состояние, несмотря на некоторый подъём в связи с новой работой, оставляет желать лучшего. Он не в отчаянии, но очень близок к этому. И тут ему выпадает шанс раз и навсегда изменить свою жизнь – получить то, к чему он стремился. Но вместо этого он забирает малое, искренне отказываясь от большего! Более того, его даже не заинтересовало моё предложение! Как со стеной поговорил!

Откуда такая стойкость? Даже самые стойкие люди начинают мучиться, сомневаться, переживать об упускаемой выгоде. А тут – стена!

Марбас что-то хотел сказать, но Форас поднял руку, демонстрируя, что ещё не закончил.

– Теперь ведьма. Одна работает ночью на кладбище.

А это значит, что нет ни наставницы, ни ковена, который мог бы её поддержать. Судя по тому, чем она была занята, – банальная бытовуха с целью заработать немного деньжат. На большее не хватает сил – или не научили, или не развила, или просто не дано. Согласись, её состояние тоже близко к идеальному для обработки и вывода на сделку. На тебе желаемое могущество и измени свою жизнь! Но нет, не только отказывается, но ещё и строчит жалобу! И кому? – тому, кто не дал ей силу! Конечно, можно сказать, что она подготовлена и проинструктирована – такие мне встречались. Но нельзя списывать со счетов её состояние! Её отчаяние, растерянность, неуверенность в себе! А его нет!

Форас практически перешёл на крик. Но затем, взяв себя в руки, продолжил.

– Теперь что касается бизнесмена. И с ним всё было ясно. Упал с такой высоты! Подняться шансов не было! И по состоянию, в котором мы его нашли, он смирился с этим и решил закончить свои дни. На кону – репутация, деньги, бизнес, который его семья строила многие годы. Отчаяние, страх, потерянность – и всё это на фоне молниеносного события. Кто может очухаться от такого за несколько часов, собраться с мыслями да ещё и обыграть демона?

– Вывод, – сказал Форас более спокойным тоном, – либо мне по иронии судеб достались уникальные личности, что, как ты понимаешь, возможно раз в сто, нет, в тысячу лет!

И то встретить одну такую личность за тысячелетие – уже легенда! Вспомни Иова. А чтобы три, за раз, да ещё за столь короткий срок – просто не верю!

– Либо с тобой играют Судьбы, – как бы эхом повторил Марбас, – либо…

– Либо кто-то ещё. Ещё остаётся вариант, что мир и люди настолько изменились, что обрели иммунитет или на них перестала работать наша магия. Но согласись, каждый из трёх вариантов говорит об аномальности.

– Четырёх, – уточнил Марбас. – Я пока не отказался и от варианта под названием «старость и усталость».

Форас фыркнул и уселся на стул перед Марбасом, ожидая решения. А тот не спешил, размышляя над сказанным.

Одно дело отправить на покой старого демона, но другое – прошляпить аномалию, которая затем может отразиться на всей рабочей цепочке. И тогда он, как и старый демон, тоже будет отправлен на пенсию.

– Что ж, – сказал он после продолжительной паузы, – признать тебя «старым и усталым» и отправить в отставку всегда успеется. А вот если на тебе сфокусировано внимание Судеб, или Сил, или ты за время работы на земле обрёл уникальное качество находить уникальные таланты, грех не воспользоваться таким случаем и разобраться в происходящем. Но это я так думаю.

Он порылся в сумке, которая лежала рядом, и достал из неё большое обсидиановое зеркало, которое расположил перед собой.

– Думаю, мне нужно получить одобрение начальства. Свечи найдутся?

Через несколько минут комната погрузилась во мрак.

Только две свечи, расположенные слева и справа от зеркала, освещали ту часть, где собрались демоны. Дед и внук сиротливо притаились в сторонке, ожидая вердикта Сил.

Марбас начал тихо и нараспев читать заклинание. И через несколько минут резко прервался, усилив своё внимание на зеркале:

– Мессир, вас приветствует Марбас. Я у семьи Форасов – разбираюсь с ситуацией. Выяснились обстоятельства произошедшего, и не всё так очевидно, как кажется…

Он замолчал, прислушиваясь к тому, что говорили с той стороны. Ответы были слышны лишь тому, кто инициировал разговор. Он молчал и кивал, выслушивая все комментарии собеседника. Затем продолжил:

– Нет, пока не готов доложить в деталях. Как раз из-за необходимости разобраться и уточнить. Я и прошу вашего разрешения остаться и всё тщательно проверить… Да, это может быть крайне важно… Думаю, что земной недели мне хватит… Да, понял. Приступаю.

Марбас жестом показал, что можно зажечь свет, и задул свечи.

– Мне позволено остаться здесь на неделю и всё тщательно исследовать, – он внимательно посмотрел на демонов, которые, сдерживая дыхание, смотрели на него. – Но не думайте, что я буду на вашей стороне. Дружба дружбой, а дело делом!

Эти слова были обращены прежде всего к Форасу-старшему. Тот с готовностью откликнулся:

– С чего начнём?

– Если ты – точка фокуса, – уточнил Марбас, – значит, всё нужно оставить без изменений. Ты продолжаешь работать – я буду рядом и буду исследовать каждый твой шаг, ища доказательства или опровержения предположений.

У тебя есть кто-то на примете?

Форас-старший достал из кармана небольшую записную книжку в потёртом кожаном футляре и начал листать страницы, что-то бурча себе под нос. Затем, найдя нужное, сказал:

– Кандидат номер один – Майк Вазовски, молодой человек 18 лет. Осиротел в 3 года. Воспитывался в приюте Святой Агнессы, где отношения не сложились ни с кем – ни с детьми, ни с преподавателями. Сейчас служит клириком в церкви неподалёку. С одной стороны, набожен и считает, что вся его жизнь – это испытание, посланное на него всевышним, и что после того, как он пройдёт его, он станет совершенно другим человеком. Возможно, даже святым. С другой – часто срывается и готов служить Сатане, поскольку считает, что Бог не ценит его страданий, и хотел бы найти того, кто действительно оценит его талант. Тем самым он как бы хочет показать Богу, что тот не прав, раз не увидел в нём такого ценного кадра. Даже сделал с десяток вызовов, но ответа не получил.

– Почему не получил ответа? – уточнил Марбас.

– Потому что пустышка, – развёл руками Форас. – Полная пустышка. Его душа не нужна даже начинающему демону перекрёстка.

– Но ты его предлагаешь?

– Как простой и банальный вариант. Если всё же за ситуацией стоят Силы, то и этот вариант канет в Лету. Ну не может тот, кто готов на 99,99% к сделке, отказаться от неё.

Только чудо всё переставит с ног на голову.

Марбас согласно покачал головой и жестом предложил зачитать список дальше.

– Мисс Анабэла Люткинс, тридцать пять лет. Рак третьей стадии. Операция возможна, но ни страховки, ни денег у неё нет. Отправили домой умирать.

– Почему выбрал её? – вновь уточнил Марбас.

– Потому что, с одной стороны – страх и отчаяние. С другой – она верит, что ей могут помочь и светлые, и тёмные силы. И она готова принять помощь и от тех, и от других. Если примет от тёмных – считает, что сможет потом отмолить.

Если от светлых – то получит доказательство божественного чуда. Другими словами, дамочка готова на всё те же 99,99%, и не видно никаких подводных камней. А ещё, – тут старик произнёс с некоторой злобой в голосе, – часики тикают, и это может стать серьёзным аргументом для более быстрого принятия решения.

– Да, – кивнул Марбас, – но дамочка-то с причудами. Одной ногой в могиле – а гляди ты – интриги плетёт, пытаясь столкнуть лбами силы. Ты считаешь, что стоит тратить на неё время?

– Думаю, да, – с некоторой заминкой ответил Форас.

– Этакое сплетение добра и зла – повод появиться светлым и спасти её душу. Или Судьбам, если они хотят предотвратить наше вмешательство.

Марбас кивнул, а Форас продолжил:

– И третий претендент – местный колдун Фрэнк-Повелитель, как он себя кличет, тридцати трёх лет от роду.

Уверен, что именно он является воплощением антихриста и должен повести народы за собой.

– Он-то тебе зачем? – воскликнул Марбас. – Он же явно безумец!

– Верно, – согласился Форас. – Но есть одно «но» – его желание.

– А что с желанием?

– Он хочет стать воплощением антихриста, носителем Зла, проводником дьявольских сил.

– Не понимаю, – развёл руками Марбас. – Что ты хочешь этим сказать? Таких одержимых идеей тысячи по всей земле. И этот не лучше и не хуже – просто этот. Что он тебе?

– Работа с этим персонажем не оставит в стороне ни одну из предполагаемых сторон. Если, конечно, они вообще здесь есть. Согласись, шаг к Апокалипсису – весьма солидный повод для того, чтобы вмешаться.

Марбас задумался, машинально перекладывая бумаги с места на место.

– Сирота, который хочет насолить Богу. Больная, которая, стоя на краю могилы, выбирает не ад или рай, а жизнь в обществе тех, от кого стремится убежать. И оккультист, который всеми силами пытается ускорить конец света. Коллекция… Долго собирал?

Форас отрицательно покачал головой и затем развёл руки в стороны: мол, само как-то вышло.

– Хорошо, раз так – список утверждён – работаем со всеми, – уверенно произнёс Марбас. – Но согласуем стратегию.

– Просьба, – мягко, но настойчиво произнёс Форас, перебивая проверяющего, – подключить к работе внука.

Вероятность того, что меня вернут домой, крайне велика. А с другой стороны, вероятность того, что его оставят на моём месте, крайне мала. Но обе эти вероятности существуют. А значит, чем он лучше будет подготовлен, тем проще ему будет в будущем. А мне – спокойнее.

Форас-младший явно не ожидал такого поворота, но согласно кивнул головой – детство и юность он провёл в аду.

Это не то место, куда хочется возвращаться снова и снова. Помнить, иногда вспоминать в разговоре, но не возвращаться.

– Хорошо, – согласно кивнул Марбас. – Начнём с дамочки – часики тикают, а значит, есть шансы на то, что она будет сговорчивее. Но вначале подготовка. На случай, если ситуация приобретёт ожидаемо-неожиданный оборот.

Он раздвинул бумаги на столе и выложил на него из сумки чашу, ржавую металлическую корону и бутыль зелёного цвета. И удивительным во всём было то, что размер сумки совершенно не соответствовал размерам предметов, которые он оттуда достал: они просто не должны были там уместиться!

– Вначале мы затрём все твои внешние данные, – сказал он, обращаясь к Форасу-младшему. – Нам нужно, чтобы тебя просто не было видно в сюжете. Если точка фокуса – твой дед, то она никоим образом не должна искажаться. Ну а если ты, что маловероятно, то потеря координат также сыграет нам на руку.

Он передвинул один из стульев в центр комнаты, жестом пригласив младшего присесть. Затем надел ему корону на голову, а в руки дал чашу.

Стоя перед ним с бутылью в руках, он начал произносить заклинание на енохианском языке, говоря каждое последующее слово громче предыдущего. Когда его голос стал почти похож на крик, он налил в чашу воды из бутыли. Вода дымилась, как будто она была кипящей.

– Вылей себе на голову! – скомандовал он.

Младший повиновался, и в тот же момент на его месте образовалось нечто прозрачное, более похожее на приведение. Только корона не потеряла свой вид.

Туманная фигура начала подвывать, а затем попыталась изменить своё положение.

– Сидеть и терпеть! – властным тоном скомандовал Марбас. И уже через пару мгновений всё улеглось, а к фигуре младшего начали возвращаться привычные очертания.

Марбас снял корону, чем вызвал очередное подвывание – очередной приступ боли у своего подопечного.

– Всё, теперь всё, – сказал он, пряча корону в мешок. – Теперь ты просто тень для всех Сил.

Форас-старший, еле сдерживая волнение, подошёл к внуку и пощупал его. Но у того всё было в порядке.

– Жуть какая, – прокомментировал тот. – Такое ощущение, что меня сначала вывернули наизнанку, затем свернули обратно. Потом опять вывернули, видимо, чтобы посмотреть, не забыли ли что, а затем ввернули обратно.

– Ты молодец, – похвалил его Марбас. – Это непросто – выдержать такое. Но это только начало. Теперь подумаем, что нам нужно сделать для твоего деда.

Форас-старший поёжился и сделал шаг назад, с некоторым волнением смотря на Марбаса. Он явно не хотел такой же участи для себя. Демоны не восприимчивы к обычной боли. Но это была магическая боль, которую они ощущали в десятки раз сильнее самого чувствительного экстрасенса.

– А ты как думал? – спросил Марбас. – Как, по-твоему, мы засечем присутствие Сил в ситуации?

– Как? – с неуверенностью спросил дед. Он явно не был готов к обряду выкручивания или иной подобной схеме.

– Через тебя! – твёрдо ответил Марбас. – А значит, ты должен иметь на себе индикаторы присутствия этих Сил.

Форас покачал головой, явно не понимая, о чём идёт речь. Как он и говорил (а говорил он правду), за тысячи лет он не сталкивался ни с чем подобным.

– Смотри, – сказал Марбас и взял один из чистых листов со стола. – Это твоя жизнь.

Он нарисовал круг.

– Ты строишь планы и собираешься что-то сделать.

И он пририсовал к кругу ножки и ручки.

– Но когда ты начинаешь это делать, появляется кто-то, кто мешает твоим планам. Что происходит?

Не дожидаясь ответа, он взял и оторвал от листа руки и ноги, чем вызвал нервные возгласы со стороны опальной семейки.

– Всё остаётся по-старому. А твои ручки-ножки кто-то отрывает, считая, что и без них ты очень и очень красивый. А все дела твои он отправляет в утиль!

И он скомкал обрывки бумаги, бросив их на стол.

– Надеюсь, мы не будем доводить ситуацию до такого финала? – с волнением спросил дед.

– А что? – удивился Марбас. – По-моему, красиво и эффектно! А главное – фактические доказательства. Если мы встретим тебя в таком виде, то будем точно знать, что с тобой что-то не так. Ручки-ножки сами не отрываются. Понимаешь?

Он немного помолчал, явно наслаждаясь гробовой тишиной, стоящей в комнате, затем рассмеялся в голос.

– Не драматизируй, это всего лишь образ. Но, как мне кажется, очень удачный.

Если бы Форасы могли потеть, они бы сейчас вытерли пот со лба. Но демоны, находясь в теле человека, не могут реализовывать некоторых человеческих проявлений, поэтому они лишь выдохнули, стараясь сделать это как можно тише.

– Итак, – Марбас был полон энергии и энтузиазма, – по нашим непроверенным данным, мы ждём Судьбы, Силы, Ведьм и Магов. Я ничего не пропустил? Хотя последнее маловероятно, но предположим, что и они где-то рядом.

Форас согласно кивнул, а между тем Марбас уже копался в своей сумке, доставая очередную порцию компонентов для того, чтобы препарировать демона и привести его в нужное соответствие с планом.