Он разворачивается и покидает комнату, оставляя меня наедине с прозрачным стаканом и собственными мыслями. Придвинув напиток к себе, я смотрю, как пузырьки устремляются вверх, словно стремятся к свету. К черту все это. Поднеся трубочку к губам, я наслаждаюсь глотком, который наполняет меня свежестью и энергией. Телефон издает звук, прерывая тишину. Я невольно вздрагиваю, не ожидая, что кто-то может беспокоить меня. Взгляд падает на экран, и сердце начинает биться быстрее.

–– Брай, –– я откидываюсь на спинку стула, готовясь к самым худшим новостям.

Этот парень звонит только тогда, когда у нас все идет по одному месту. Получить от него хорошие новости было бы куда приятнее.

–– Я отправил тебе недельный отчет на почту. Можешь посмотреть его прямо сейчас?

–– Эм... Да, могу, –– ставя телефон на громкую связь, открываю почту и затем отчет. Если правильно посмотреть, то не все так плачевно, но в нашем случае это катастрофа. Мы потеряли еще больше, чем в прошлую неделю, а про месяцы я вообще молчу.

–– Дерьмо, –– вырывается у меня, когда пробегаюсь глазами по последней строке.

–– Верно подмечено. Мы должны что-то с этим сделать.

–– У меня есть один вариант, и я планирую вечером заняться им. Дам тебе знать, как только все станет ясно. А сейчас лишь могу сказать, что мы в заднице, до сих пор.

Мы начинаем обсуждать предложение Брая по поводу поставки алкоголя и сигар. Я выражаю свои сомнения. Понимаю, что сокращение количества закупок может оттолкнуть наших постоянных клиентов. Это не просто вопрос денег. Это вопрос репутации. Дальше мы переходим к персоналу и обсуждаем текущее состояние нашей команды. Ситуация не радует. Некоторые сотрудники явно теряют мотивацию, а это может сказаться на общем результате.

–– Слушай, –– говорю я. –– Может, нам стоит провести встречу с коллективом? Люди должны понимать, что мы находимся в критической ситуации и именно от них зависит наше будущее. Возможно, это вдохновит их на более качественную работу.

–– Хорошая идея. Организую встречу, как только ты прибудешь в Вегас.

Поднимаясь с тяжелого кресла, я медленно направляюсь к выходу, который ведет в сад и к бассейну. Высокие раздвижные двери мягко скользят в стороны, пропуская теплый воздух с улицы. На территории дома все выглядит по-настоящему роскошно: ухоженные газоны, яркие цветы в кадках, сверкающая гладь воды под лучами солнца.

Однако обсуждение ситуации в казино все еще давит на меня тяжелой усталостью. Я чувствую, как плечи слегка сутулятся, а в висках начинает пульсировать тихая боль. Решившись наконец на короткий отдых, я подхожу к одному из мягких плетеных кресел у бассейна и опускаюсь в него. Тело мгновенно отзывается благодарным расслаблением, мышцы будто размягчаются при теплом прикосновении ткани. Солнце ласково и щедро нагревает кожу, и я, вздохнув с облегчением, наконец снимаю крабик с волос, которые свободно падают на плечи. Откидываю голову назад, закрываю глаза и полностью подставляю лицо теплым солнечным лучам, позволяя им хотя бы на несколько минут смыть с меня накопившейся груз.

И все же я продолжаю слушать голос Брая, но не открываю глаза, только слегка морщусь, когда он переходит к следующим цифрам. Пальцы машинально сжимают подлокотник кресла. Несмотря на тепло и покой вокруг, внутри все еще напряжено. Я внимательно ловлю каждое слово, пытаясь удержать в голове остатки информации, хотя тело уже отчаянно просит отключиться.

Дино

Я захожу тихо, почти бесшумно, в кухню и замираю на пороге, словно натыкаюсь на невидимую стену. Вита исчезла, ее стакан больше не стоит на стойке. Меня охватывает внезапная тревога. Из сада доносятся голоса. Я иду на звук, но, подойдя к двери, останавливаюсь. В кресле сидит девушка, ее волосы распущены, голова откинута назад. Я вижу ее лицо: нахмуренные брови говорят о смятении. Не хочу нарушать ее покой, поэтому стараюсь двигаться тихо и прислушиваюсь к разговору. Она обсуждает казино с помощником, их голоса становятся все отчетливее. Остановившись в полушаге от кресла, стараюсь не привлекать внимания и не загораживать солнце, чтобы не выдать своего присутствия.

Вита продолжает что-то бормотать тихим, уставшим голосом, словно пытаясь выразить свои эмоции, но я не вникаю в суть разговора. Все мое внимание сосредоточено на ее лице, которое с каждым произнесенным словом искажается в гримасе, отражая усталость и внутреннее напряжение. Белый корсет, облегающий ее фигуру, еще сильнее поднимает грудь, а положение полулежа дает мне лучший вид на свете, который я мог бы только представить.

Я всегда видел красоту Витэлии. Не было и дня, когда она не пленяла бы меня своим обаянием и уверенностью. Но дело не только в ее внешности –– в ней есть нечто гораздо большее. Эта женщина чертовски умна, упряма и до невозможности самостоятельна. В ней все эти качества сплетаются в редкий, почти неуловимый узор, и именно он делает ее по-настоящему уникальной. Сложите все это вместе, будто в один драгоценный флакон, и скажите мне, что это не завораживает.

–– Я никак не привыкну к твоей манере подкрадываться, –– тяжело вздыхая, она распахивает глаза и устремляет на меня взгляд, который напоминает цвет волн в бликах солнца.

Эти глаза способны проникнуть в самую душу.

Я стою молча, продолжая неотрывно смотреть на нее сверху-вниз. Это мгновение кажется вечностью.

–– Я позвоню позже, Брай, –– тихо, но твердо говорит она и сбрасывает вызов.

–– Ты выглядишь уставшей, –– тихо произношу, делая шаг вперед.

Вита снова хмурит свои идеальные брови, а затем тихо закрывает глаза, словно пытаясь скрыться от мира. В этот момент мне становится ясно, что за ее силой и независимостью скрывается нечто большее. Она не просто держится — она сражается. С чем-то темным, внутренним, беспощадным. И от этого она притягивает меня еще сильнее, почти невыносимо.

–– Позволь мне кое-что показать, –– я протягиваю ей ладонь, терпеливо ожидая, примет ли она мое предложение.

Ее глаза широко распахиваются, и Вита поднимается с кресла, быстрым, почти машинальным взглядом скользнув по циферблату наручных часов.

–– Если это не займет больше десяти минут. У нас встреча, –– усталость отчаянно проступает в ее голосе.

–– Успеем, –– уверенно отвечаю я.

Ее тонкие пальцы легко ложатся на мои, и от этого едва заметного прикосновения Вита чуть вздрагивает, однако не отстраняется.

Мы спускаемся с просторной террасы дома, проходим сквозь густую, прохладную тень деревьев, направляясь к берегу. Приобретая этот дом, я мечтал о собственном выходе к морю, о возможности окунуться в его освежающие объятия в любое время. Личный пляж, разумеется, не был включен в первоначальный договор купли-продажи, но я знаю людей, которые помогли мне решить эту проблему, преодолеть формальности и бюрократические препоны.

Зеленый газон сменяется белоснежным, мягким песком, который нагрелся под солнечными лучами. Крики чаек, доносившиеся с морской глади, становятся громче, волны с успокаивающим шепотом накатываются на берег, оставляя за собой легкую пену. Я сознательно отказался от обустройства дорожек или каких-либо других искусственных сооружений, стремясь сохранить первозданную красоту этого места, нетронутую цивилизацией.

В двадцати шагах от нас стоят несколько современных бунгало, оснащенных удобными лежаками, мини-барами и холодильниками. Все продумано до мелочей –– комфорт и уединение сочетались в идеальном балансе.

Вита, изумленно присвистнув, восклицает:

–– Вау! Я не знала, что ты выкупил часть береговой линии!

Она снимает туфли, позволяя своим ногам мягко погрузиться в теплый песок. Я уже собираюсь сказать ей, что он слишком горячий, поскольку опасаюсь, что она обожжется, но Вита, с удивительным спокойствием, направляется к одному из бунгало, легким движением руки увлекая меня за собой.

Мы устраиваемся на лежаках, укрывшись от палящего солнца в тени навеса. Свежий морской воздух, наполненный солью и ароматами водорослей, приятно щекочет ноздри, заставляя сделать глубокий вдох.

–– Здесь потрясающий вид, –– с восторженным выдохом произносит она. — Я всегда уговаривала дедушку и отца купить часть пляжа, но это было слишком для политической деятельности моей семьи, –– ее голос предательски срывается, и она замолкает, глядя на бескрайние просторы моря.

–– Если тебе захочется побыть в тишине, то можешь воспользоваться этим пляжем.

–– Вот так щедрость, –– хихикает Вита, ее смех звучит подобно мелодии. — Зачем мы сюда пришли? Не думаю, что ты хотел похвастаться новым приобретением.

Я бросаю на нее взгляд.

–– Хотел поговорить с тобой. Тебя что-то тревожит, и я хочу помочь.

Она смотрит вниз, словно ищет ответ в песке.

–– Ты же знаешь, что я не могу принять такую помощь? –– тихо говорит она, играя с подолом юбки.

–– Для начала я предлагаю просто поговорить.

Вита задумчиво смотрит на линию горизонта, и я не давлю на нее, потому что знаю: она должна сама захотеть открыть душу.

–– Я теряю свой бизнес, –– вдруг вырывается из нее, словно камень, сброшенный с утеса. Слова звучат как гром среди ясного неба. –– Тот компаньон, про которого ты меня предупреждал, обворовал меня.

Я чувствую, как внутри меня вспыхивает жгучая ярость. Желание разобраться с этим ублюдком становится невыносимым, оно бьется во мне, требуя выхода, но я сжимаю зубы и держу себя в узде. Я не позволяю ни одной резкой реплике сорваться с губ, не выдаю себя ни жестом, ни взглядом. Сейчас Вите нужно выговориться, а мне — просто быть рядом, стать на это мгновение ее крепким, надежным плечом. И все же где-то в глубине меня уже шевелится холодная, мстительная мысль, что я всегда успею найти этого ублюдка и устроить ему кругосветное путешествие в мешке для трупов.

–– Почему ты мне не сказала?

Она медленно поднимает глаза, и в них отражается страх и надежда.

–– А что-то бы поменялось? Слышать от тебя «Я же говорил» — это паршиво.

–– Я никогда не осужу тебя, и ты это знаешь. Ви, ты одна из самых сильных женщин, которых я когда-либо встречал. Тебе не нужно выставлять стены против своего друга, –– последнее слово обжигает мое горло, но я стараюсь сдержать горечь внутри.

–– Знаю, но это так тяжело. Постоянно быть примером для всех, кто меня окружает. Отец и дедушка всегда требовали идеала. Они воспитали меня, вложили в меня свои надежды и мечты. Я обязана им всем, что у меня есть, –– она поникшие машет головой.

–– Неужели ты думаешь, что они отреклись бы от тебя, если бы узнали про твою маленькую шалость с казино?

–– Не отвернулись бы, но я точно не оправдала бы их ожиданий. Каждый раз, когда я делаю что-то, что может их огорчить, внутри все переворачивается. Я не хочу быть разочарованием для них. Это словно тень, которая преследует меня, и я не могу от нее избавиться. За стенами, которые я воздвигла, скрывается человек, который хочет быть принятым таким, какой он есть, со всеми недостатками и слабостями.

«Я приму все, что ты только сможешь мне дать», — почти срывается с моих уст, но Вита, словно прочитав мои мысли, быстро маскирует всю сентиментальность момента. Она встает с лежака, словно уверенная, что этот миг не должен затягиваться. Тихий вздох вырывается из ее груди, а на губах появляется улыбка.

–– Нам нужно идти, –– бросает она и, подхватив свои туфли, направляется обратно к дому.

Я наблюдаю за ней, и в этот момент понимаю, что не могу назвать себя победителем в этом разговоре. Вита, с ее проницательным взглядом и искренностью, умело уложила меня на лопатки.

Каждой фразой, каждым движением она открывает новую грань нашего общения, где эмоции переплетаются с нежностью. Я чувствую, как ее слова проникают в самую глубину моего сознания. Но в этом есть и светлая сторона. Теперь я точно понимаю, чего она хочет и чего жаждет ее сердце.

Именно поэтому я собираюсь давать ей это каждую секунду прожитого дня. Я хочу, чтобы она чувствовала себя желанной, чтобы моя поддержка была для нее опорой.

Но как это сделать — загадка, которую я так отчаянно стремлюсь разгадать.