Цитаты из книг автора «Пол Оффит»

При всем благородстве намерений Сирса остается вопрос, не слишком ли много берет на себя человек, решивший создать собственный календарь вакцин и утверждающий, что его календарь лучше и безопаснее рекомендованного Центрами по контролю и профилактике заболеваний и Американской педиатрической академией. Все это тем поразительнее, что Роберт Сирс не опубликовал ни одной научной статьи по вакцинологии, никогда не участвовал ни в лицензировании вакцин, ни в их разработке, испытаниях или мониторинге и не обладает экспертными знаниями ни в одной области, имеющей отношение к вакцинам, будь то вирусология, иммунология, эпидемиология, токсикология, микробиология, молекулярная биология или статистика. И все же он убежден, что может сесть за стол и набросать календарь, который будет лучше общепринятого. И родители ему доверяют. Как ни парадоксально, доверяют они ему именно потому, что у него нет экспертных знаний в науке о вакцинах; если бы они были, то и Центры по контролю и профилактике заболеваний, и Американская педиатрическая академия, и Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, и профессиональные медицинские организации, и производители вакцин наверняка обратились бы к доктору Бобу за советом. И последнее горькое замечание. Чтобы новую вакцину добавили в календарь прививок, Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов требует провести исследование взаимодействия с другими вакцинами. Фармацевтические компании должны показать, что новая вакцина никак не влияет на безопасность уже существующих вакцин и на создаваемый ими иммунитет. Только после этого вакцину включают в календарь. Однако календарь доктора Боба такой проверке не подвергался: ни Центры по контролю и профилактике заболеваний, ни Американская педиатрическая академия, ни Управление по санитарному надзору никогда не проверяли, такой ли он эффективный и безопасный, как и действующий. Но Сирс, что удивительно, совсем не задумывается о том, какой колоссальный объем испытаний пришлось проделать ради создания нынешнего календаря прививок.

Сирс пишет: “Я составил календарь прививок, позволяющий полностью привить детей, но при этом минимизировать потенциальный риск осложнений. Это наилучший вариант для всех – и с точки зрения профилактики болезней, и с точки зрения безопасности прививок”. Однако календарь Сирса основан на неверных принципах. И доктор Боб не успокаивает родителей научными данными, которые снимают с вакцин все обвинения, а потакает их страхам – предлагает календарь, отнюдь не делающий вакцины безопаснее, а просто увеличивающий время, когда дети будут беззащитны перед инфекциями, от которых могут погибнуть. Это наихудший вариант с обеих точек зрения. При всем благородстве намерений Сирса остается вопрос, не слишком ли много берет на себя человек, решивший создать собственный календарь вакцин и утверждающий, что его календарь лучше и безопаснее рекомендованного Центрами по контролю и профилактике заболеваний и Американской педиатрической академией. Все это тем поразительнее, что Роберт Сирс не опубликовал ни одной научной статьи по вакцинологии, никогда не участвовал ни в лицензировании вакцин, ни в их разработке, испытаниях или мониторинге и не обладает экспертными знаниями ни в одной области, имеющей отношение к вакцинам, будь то вирусология, иммунология, эпидемиология, токсикология, микробиология, молекулярная биология или статистика. И все же он убежден, что может сесть за стол и набросать календарь, который будет лучше общепринятого. И родители ему доверяют. Как ни парадоксально, доверяют они ему именно потому, что у него нет экспертных знаний в науке о вакцинах; если бы они были, то и Центры по контролю и профилактике заболеваний, и Американская педиатрическая академия, и Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов, и профессиональные медицинские организации, и производители вакцин наверняка обратились бы к доктору Бобу за советом.

На самом деле младенцы столбняком не болеют, – пишет он. – А дифтерии в США уже практически нет. Так что вполне понятно, почему ребенок несколько лет спокойно может обходиться без прививок от столбняка и дифтерии”. . Без прививок такая же вспышка вполне может произойти и в США.

Ежегодно многие дети заболевают пневмококковой пневмонией, сепсисом, менингитом. И те, кто не умер от менингита, зачастую остаются слепыми, глухими или умственно отсталыми . Пожалуй, Сирсу стоило бы привести подобный пример. Но он не стал этого делать. Наоборот, он всячески превозносит родителей, чья дочь вполне могла бы и не страдать от мастоидита. На самом деле эти родители приняли за своего ребенка страшное решение, из-за которого девочка могла умереть.

Вакцины не проходят соответствующих испытаний на безопасность. – система, позволяющая выявить редкие побочные эффекты уже после лицензирования вакцины. Если бы виокс был вакциной, о том, что он в редких случаях вызывает инфаркт, стало бы известно гораздо раньше.

Есть и другие обнадеживающие исследования. Алюминий неизбежно входит в состав организма, он есть у всех, даже у новорожденных, у которых его 1–5 нанограммов (миллиардных долей грамма) на миллилитр крови. Исследователи определили количество этого металла в крови до и после введения вакцин, содержащих алюминий. Никакой разницы. Количество алюминия в вакцинах так мало и организм выводит его так быстро (примерно половина введенного при инъекции алюминия полностью выводится за сутки), что после вакцинации его невозможно обнаружить Чтобы не вводить одновременно больше одной вакцины, содержащей алюминий, Сирс советует, чтобы дети посещали педиатров в два, три, четыре, пять, шесть, семь, девять, двенадцать месяцев, в год и три месяца, в полтора года, в год и девять месяцев и в два года (что примерно вдвое больше обычного числа профилактических визитов). Не многовато ли усилий, чтобы избежать попадания в организм компонента вакцин, вредоносность которого так и не удалось доказать и которого в принципе невозможно избежать, так как ребенок питается материнским молоком или молочной смесью?

Сирс совершенно справедливо утверждает, что алюминий может быть токсичным, а именно – способен нарушать функции головного мозга, ослаблять кости и приводить к анемии. Но он заблуждается, когда говорит, что нанести вред могут даже небольшие количества алюминия в составе вакцин. Дело в том, что алюминий, как выяснили ученые, вреден только двум группам людей: глубоко недоношенным детям, которые получают много алюминия с внутривенными вливаниями, и тем, кто находится на постоянном диализе из-за почечной недостаточности и получает много алюминия с антацидными препаратами. Иначе говоря, чтобы алюминий причинил вред, нужно, чтобы почки у ребенка работали плохо или совсем отказали и чтобы он одновременно получал большие количества алюминия из других источников – например, из антацидных препаратов, которые содержат более трехсот миллиграммов алюминия на чайную ложку. Есть и другие обнадеживающие исследования. Алюминий неизбежно входит в состав организма, он есть у всех, даже у новорожденных, у которых его 1–5 нанограммов (миллиардных долей грамма) на миллилитр крови. Исследователи определили количество этого металла в крови до и после введения вакцин, содержащих алюминий. Никакой разницы. Количество алюминия в вакцинах так мало и организм выводит его так быстро (примерно половина введенного при инъекции алюминия полностью выводится за сутки), что после вакцинации его невозможно обнаружить[548].

Хотя Сирс утверждает, что отказ от вакцин, содержащих алюминий, во многом позволит избежать попадания этого металла в организм, это не так. Алюминий окружает нас повсюду, это третий по распространенности элемент в природе. Он содержится и в воздухе, которым мы дышим, и в пище, которую едим, и в воде, которую пьем. Главнейший источник алюминия – пища, он исходно присутствует в чаях, травах и пряностях, а кроме того, его добавляют в разрыхлители, в вещества, предотвращающие слипание сыпучих продуктов при хранении, в эмульгаторы и красители, он есть в блинной смеси, разрыхлителях для теста, самоподнимающейся муке, плавленом сыре и кукурузном хлебе. Как правило, в рацион взрослого человека входит 5–10 миллиграммов (тысячных долей грамма) алюминия в сутки. Не обделены алюминием и дети: он содержится и в материнском молоке, и в молочных смесях. Если ребенок находится исключительно на грудном вскармливании, то к полугоду он потребляет десять миллиграммов алюминия, если на обычном искусственном – тридцать, если на соевом – сто двадцать. Между тем все рекомендованные детские вакцины в совокупности содержат четыре миллиграмма алюминия. Сирс совершенно справедливо утверждает, что алюминий может быть токсичным, а именно – способен нарушать функции головного мозга, ослаблять кости и приводить к анемии. Но он заблуждается, когда говорит, что нанести вред могут даже небольшие количества алюминия в составе вакцин. Дело в том, что алюминий, как выяснили ученые, вреден только двум группам людей: глубоко недоношенным детям, которые получают много алюминия с внутривенными вливаниями, и тем, кто находится на постоянном диализе из-за почечной недостаточности и получает много алюминия с антацидными препаратами. Иначе говоря, чтобы алюминий причинил вред, нужно, чтобы почки у ребенка работали плохо или совсем отказали и чтобы он одновременно получал большие количества алюминия из других источников – например, из антацидных препаратов, которые содержат более трехсот миллиграммов алюминия на чайную ложку.

Если разнести прививки во времени, детский организм успеет переработать и вывести алюминий, пока он не достиг токсичной концентрации”. Сирс поясняет, что, “по данным некоторых исследований, если одновременно ввести слишком много вакцин, содержащих алюминий, возникают симптомы отравления”. На самом деле данные исследований говорят как раз об обратном. Различные соли алюминия начали добавлять в вакцины с конца тридцатых годов прошлого века. Так что безопасность алюминия в составе вакцин оценивается уже более семидесяти лет. Соли алюминия служат вспомогательным средством, усиливающим иммунный ответ. Включение солей алюминия в состав вакцин, которые иначе не вызвали бы хорошего иммунного ответа, дает возможность сократить число доз одной вакцины и количество компонентов, нагружающих иммунную систему, в каждой дозе.

Сирс советует: “Вероятно, в пять лет, когда иммунная система ребенка уже достаточно созреет, ее можно будет подхлестнуть сочетанием вакцин против кори, краснухи и паротита”. Прививку от кори, краснухи и паротита рекомендуется делать детям в промежуток от года до года и трех месяцев, но Сирс полагает, что иммунная система маленького ребенка еще не созрела в достаточной мере, чтобы дать иммунный ответ на вакцины. На самом же деле вакцины, полученные в первый год жизни, вызывают прекрасный иммунный ответ. Самый яркий пример – это, пожалуй, вакцина против гепатита В. Дети, родившиеся у матерей с гепатитом В, не просто оказываются в группе высокого риска заражения этой инфекцией: у них также высок риск хронического поражения печени (цирроза) и рака печени. Самая большая опасность заразиться – во время родов. Когда ребенок проходит по родовым путям инфицированной матери, то контактирует с огромным числом вирусов гепатита В: каждый миллилитр крови (примерно пятая часть чайной ложки) содержит около миллиарда этих вирусов, а во время родов младенец соприкасается с большим количеством крови. Поэтому неудивительно, что практически все непривитые дети инфицированных матерей тоже заражаются. Несмотря на то, что вакцину против гепатита В вводят ребенку уже после контакта с инфицированной кровью матери, почти всех удается защитить от болезни. Поразительно, что после прохождения по родовым путям, где содержатся буквально миллиарды вирусов гепатита В, младенец, которому от рождения меньше суток, способен дать защитный иммунный ответ на вакцину, содержащую всего 20 микрограммов (миллионных долей грамма) одного высокоочищенного вирусного белка .