Цитаты из книг автора «Платон»

– Но я скажу яснее, – прибавила она. – Все люди беременеют, Сократ, и телом и душой, и коль скоро наша природа достигает известного возраста, тотчас желает рождать. Рождать же может она не в безобразном, а в прекрасном, потому что соединение мужчины и женщины есть рождение. Это дело божественное, ибо зачатие и рождение являются проявлением бессмертного в смертном. Ни то ни другое не может подойти в неподходящем. Неподходящее же для всего божественного – безобразие, а подходящее – прекрасное. Итак, красота есть Мойра4 и Илифия5 рождения; и если зачинающее приближается к прекрасному, то обнаруживает нежную расположенность, разливается в радости и рождает; если же к безобразному – помрачает лицо, скорбно сжимается, отвращается, съеживается и не рождает, но, сдерживая бремя, чувствует тяжесть. Отсюда у зачинающего и уже готового разрешиться бывает сильный трепет при виде прекрасного, потому что оно может избавить его от великих мук рождения. Так Эрот, вопреки твоему мнению, Сократ, не есть Эрот прекрасного.– А чего же?– Рождения и родильного плода в прекрасном.

– А если бы кто изменил его и вместо прекрасного поставил бы доброе да и спросил: представь, Сократ, что любящий любит доброе, так для чего же любит он?– Чтобы оно досталось ему, – отвечал я.– А что будет тому, кому достанется доброе?– На это легче отвечать, – сказал я, – тот будет счастлив.– Потому что счастливые, скажет, счастливы через приобретение добра. И далее уже не нужно спрашивать: для чего желающий быть счастливым хочет этого? Здесь ответ кажется полученным.

стало быть, Эроту необходимо любить мудрость – быть философом, и философ должен занимать место между мудрецом и невеждой. Причиной этого и здесь является его рождение – от отца мудрого и богатого, от матери же немудрой и неимущей. Итак, природа демона, любезный Сократ, такова.

ежду тем богатство его всегда уплывает, и он никогда не бывает ни беден, ни богат.Точно так же он пребывает посредине между мудростью и невежеством, потому что в этом отношении он таков. Из богов никто не философствует и не желает быть мудрым, так как каждый уже мудр; не философствует и человек, если он мудрец. Точно так же не философствуют и невежды и не желают быть мудрецами; ибо тото и тяжко в невежестве, что, не будучи ни прекрасным, ни добрым, ни умным, невежда кажется себе достаточным, а потому, не думая, что нуждается, он и не желает того, в чем нуждается.

– Это – великий демон, Сократ, потому что все демоническое находится между богом и смертным.– Но какая свойственна ему сила? – спросил я.– Истолковывающая и переносящая к богам человеческое, а к людям – божественное; от людей – молитвы и жертвы, а от богов – повеления и воздаяния за жертвы. Находясь посредине, он наполняет ее собой, так что им связуется все.

– Говори лучше; неужели думаешь, будто что не прекрасно, то непременно безобразно?– Непременно.– Неужели же что немудро, то невежественно? Разве не знаешь, что между мудростью и невежеством есть нечто среднее?– Что же это?– Так ты не знаешь, что правильное мнение, которого не можешь подтвердить доказательством, не есть ни знание (ибо дело недоказанное как могло бы быть знанием?), ни незнание (потому что дело, касающееся существенного, не могло бы быть незнанием). Это-то именно правильное мнение, вероятно, и есть средина между невежеством и разумностью.

– Но если Эрот нуждается в прекрасном, а доброе прекрасно, то он, вероятно, нуждается и в добром.– Я не могу противоречить тебе, Сократ, – сказал он. – Пусть будет так, как ты говоришь.– Ты не можешь, конечно, противоречить истице любезный Агафон, – промолвил тот, – а противоречить Сократу-то нет ничего трудного.

великий хочет ли быть великим или сильный – сильным?– По сказанному выше, это невозможно.– Ведь тот, кто что-нибудь есть, конечно, не может нуждаться в том, что он есть.– Твоя правда.

стремиться к тому-то, – продолжал Сократ, – что как настоящее скрывается для него во времени будущем, не значит ли стремиться к еще неготовому

– Тогда ли стремится желанием и любовью, когда имеет то, чего желает и что любит, или когда не имеет?– Вероятно, когда не имеет, – отвечал он.