Цитаты из книг автора «Питер Мейл»

Сейчас, глядя на безупречную лазурь над головой и залитую солнечным светом улицу, мы с трудом верили, что на календаре первое января, но окружающие дружно уверяли нас, что все это – абсолютно нормальное состояние природы. В конце концов, мы живем в Провансе!

Столько в жизни вещей, которые меня радуют и которые, как все вокруг утверждают, вредны для моего организма, от солнца до сигар, что встретиться со здоровым наслаждением – редкая удача.

Местные не в обиде. С чего бы им возражать? Пересохшие пастбища едва могли прокормить сотню коз, а тут свалились миллионы. Лавки, кафе, рестораны процветают. Каменщики, плотники, садовники, дизайнеры не успевают принимать заказы. Бум заполняет карманы. Возделывать туризм куда выгоднее, чем ухаживать за виноградом.

– Первое – настроим дух. – Чарли несколько секунд с благоговением смотрел на бокал, затем поднял его к свету: – Теперь ублажим взор. – Он слегка наклонил бокал, выявляя оттенки, – на дне вино было густо-рубинового цвета, выше – бордового, а на поверхности у стенки бокала чуточку отливало коричневым. – Теперь усладим обоняние. – Он осторожно покачал бокал, чтобы вино «подышало», и лишь потом опустил к напитку нос и сильно потянул воздух. – Ах, – выдохнул он, закрыв глаза и слегка улыбаясь. – Ах.

Воскресный ланч – моя любимая трапеза в любое время года. Утро не отягощено трудовой активностью, послеполуденный отдых не обременен чувством вины.

Шато-ля-Веррери, Пюже-сюр-Дюранс

Французское пристрастие ко всякого рода вывескам компенсируется способностью французов эти вывески игнорировать.

boulangerie[2]. И это все, больше ничего на ходу он жевать не станет. А чего только не поглощают топающие по городским тротуарам американцы! Пицца, хот-доги, начос, такос, бесчисленные сэндвичи – исполинские и поскромнее, картофельные чипсы и палочки; глотают из громадных пластиковых стаканов кофе, выдувают полугаллонные ведра коки (диетической, о чем речь!) и бог весть что еще, все это на ходу, а иной раз и на пути в гимнастический зал. Воздержание между регулярными приемами пищи вознаграждается, когда француз прибывает к столу. Вот тут-то представители других наций и даются диву. Как можно умять две капитальные трапезы в день и не превратиться в гиппопотама или не запрудить кровеносные сосуды холестерином? Французские порции могут быть относительно невелики, но их число! Здешние блюда повседневного рациона ужаснут врачей в Штатах. Тающие во рту rillettes

прошедшие двенадцать месяцев пролетели так быстро, как двенадцать недель. Мы не так уж много успели за это время: наш французский все еще представлял собой смесь грамматических ошибок и строительного жаргона; мы умудрились пропустить весь театральный фестиваль в Авиньоне, гонку на ослах в Гуле, конкурс аккордеонистов, пикник, который Фостен устраивал в Нижних Альпах в августе, праздник вина в Жигонде, выставку собак в Менербе и еще кучу интересных событий, происходивших в большом мире. Весь этот год мы были погружены в себя, в наш дом и нашу долину, бесконечно интересную и разнообразную. Иногда она нас злила, иногда раздражала, но ни разу мы не почувствовали ни скуки, ни разочарования. А главное, она стала нам домом.

Мы уже научились считать время сезонами, а не днями или неделями. Прованс не собирался ради нашего удобства менять темп своей жизни.