Цитаты из книг автора «Питер Акройд»

Сама Фонтейн испытывала приступы сильнейшей тревоги. Хичкок решил, что она должна стать такой же испуганной и нервной, как ее героиня; он все время повторял, что остальные актеры не любят или не ценят ее и что только он способен обеспечить ей столь необходимую поддержку

Хичкок принял предложение Селзника снимать фильм «Ребекка» (Rebecca) по роману Дафны Дюморье, повествующему о наивной миссис де Уинтер и расчетливой миссис Дэнверс.

значительным интеллектуальным достижением венецианцев стало практическое книгопечатание.

В Венеции невозможно спешить; невозможно наверстывать упущенное время. Нет другого транспорта, кроме водного, и даже для быстрой ходьбы пешком имеется немало препятствий. Этот город замедляет человека – еще одна причина чувства зачарованности, сна, которое он навевает. Хочется бродить по городу и заблудиться.

Но он нашел рынок сбыта и переключился на продажу последнего товара – самого себя. Память и история Венеции стали предметом роскоши для удовольствия гостей и путешественников. Она торговала товарами и людьми, и, в конце концов, она стала торговать собой.

Венеция была и остается городом, основанным на памяти. Это город ностальгии. Она живет воспоминаниями и представлениями о своем прошлом. И приезжих приглашали полюбоваться зданиями и сценами, которые настолько знакомы, будто ты каким-то образом помнишь их

Если ты потерпел крах, то Венеция – самое подходящее место, чтобы о нем забыть. Здесь ты в буквальном смысле обособлен, отделен от внешнего мира, поэтому его пренебрежение или просто невнимание больше не могут тебя ранить. Венеция была бегством от современности во всех ее видах.

Но если смотреть шире, то какова связь ландшафта с Шекспиром и Шекспира с ландшафтом? Возможно, какой-нибудь будущий гений топографии проникнет в природу явления, которое стали называть «территориальным императивом»: когда атмосфера некоего места определяет и формирует характер того, кто там родился и вырос. Хотя в отношении Шекспира сразу напрашивается один вывод: из его творчества явственно следует, что он не мог ни родиться, ни вырасти в Лондоне. Ему чужды суровость и высокопарность Мильтона, родившегося на Бред-стрит; резкость Бена Джонсона, воспитанника Вестминстерской школы; острота Александра Поупа из Сити или одержимость Уильяма Блейка из Сохо. Он — деревенщина.

У Венеции была тайна. Ее можно представить как город, сложенный из кирпича, и это будет верно. По большей части дома построены из кирпича, искусно облицованного мрамором или оштукатуренного. Это иллюзорность в самом глубоком смысле. Дворцы построены из кирпича. Церкви и жилища – из кирпича. На самом деле это город обожженной глины, изъятой из материковой земли. Но он одет в мрамор и известняк в знак преклонения перед морем, а не перед землей.

Рильке как-то назвал Венецию каменной сказкой.