Цитаты из книг автора «Петр Авен»

Он пришел однажды ко мне на кухню с написанным планом получения Нобелевской премии – советоваться. У него вообще была такая манера – советоваться с большим кругом людей.

Зачастую это делалось не потому, что люди дружили, и не потому, что у человека за душой были выдающиеся научные результаты. Во многих случаях это делалось потому, что один человек был нужен другому – мог пробить загранкомандировку, или достать дефицитные детали к “Жигулям”, или похлопотать по другому вопросу. Неважно, как мы к этому относимся, но это естественная человеческая деятельность, которая существует во всем мире – где-то в большей, а где-то в меньшей степени.

Но большинство людей все-таки строило карьеру в соответствии с тем, что это большой куш, предпринимательская цель. И для того, чтобы добраться до очередной цели, нужен “обмен-ресурс”. В частности, он мог состоять из выдающихся ученых, которые поддержат человека и дадут возможность достичь очередной цели.

Ему было не лень и поддерживать необходимые личные отношения, “дружить”. Ужинать, ходить в баню, летать отдыхать. Однажды мы договорились вечером встретиться на даче нашего общего товарища. Я приехал часов в десять, а Борис появился около двух ночи – с кем-то ужинал. Я дождался его, но почти сразу же засобирался спать – надо было в восемь утра уезжать на работу. Березовский уговаривал меня посидеть еще, а когда понял, что я все-таки ухожу, сказал: “Я тебя провожу утром”. В восемь утра я спросил мажордома: “А когда улеглись Березовский с хозяином?” – “Выпивали до пяти утра”. В этот момент я услышал шаги – Борис спускался провожать меня. На улице шел проливной дождь, от дома до машины надо было пройти метров сорок, и Березовский, в махровом халате и с большим зонтом над нашими головами, проводил меня до автомобиля, несмотря на уговоры не мокнуть и идти досыпать. До сих пор не вполне понимаю, был это дружеский порыв или глубоко усвоенный поведенческий навык. Примитивного расчета быть не могло – Борису от меня ничего не было нужно.

Однако я спросил: “Боря, а какая все-таки конечная цель? Ради чего ты предлагаешь объединиться?” Его ответ меня поразил: “Цель – заработать по миллиарду долларов. Каждому”.

Что до мужчин, то две разные причины подталкивали меня к новым дружбам. Первая состояла в ощущении, полностью исчезнувшем годам к 30, что где-то есть “другая жизнь”, “другие миры”, заполненные умными, необычными, яркими людьми.

В юности меня несложно было очаровать. Это периодически удавалось и женщинам, и мужчинам.

Причем чем менее достижимой казалась цель, тем с большим рвением он к ней стремился.

Меня как-то не тянет жалеть активистов ДПНИ или молодых людей, рвущихся на Селигер. И я не жажду беседовать и проповедовать свои якобы социал-дарвинистские взгляды зюгановским пенсионерам. Не уверен, что прав был известный литературный герой, говоривший о своем мучителе: “Если бы с ним поговорить, я уверен, что он резко изменился бы”. У меня точно нет такого дара убеждения. Но я согласен, что неверные взгляды всегда есть следствие заблуждений, недостатка информации и неудачной личной судьбы. А разговаривать надо. И с теми, и с этими. С теми, кто разделяет ваши взгляды, и с теми, кто заведомо против них. Разговаривать и не хамить, не оскорблять, не унижать. Снижать градус ненависти. Иначе, учитывая сегодняшние тренды в области общественного согласия, страна наша окончательно распадется на множество маленьких “Россий” – сначала по виртуальным, но позже и по вполне физическим границам. И свалят уже не десятки тысяч, а миллионы – как это было после Великого Октября.

Михаил Зощенко говорил что-то вроде того, что “нет большего удовольствия для настоящего интеллигента, чем посмотреть на хорошую склоку”.