В параллельном мире

– Оля! – раздался громкий крик.

Проходящие мимо люди не обращали на него внимания.

– О-о-о-л-я-а-а-а! – кричал он изо всех сил, уже не понимая, что происходит – это внутреннее сумасшествие или безумие извне?

На зов прибежала мама.

– Сынок, что с тобой? Пойдём в дом.

– Оля! – вновь и вновь кричал Данил, срывая голос до хрипоты.

– Какая Оля? – женщина была не на шутку обеспокоена и помогала сыну подняться.

– Оля, ты меня слышишь? – вскакивал на ноги Данил, размахивая руками, словно пытаясь стряхнуть с себя пелену иллюзий. Затем он начал покусывать, щипать и дергать себя за волосы.

Реакция мамы была неоднозначной: её педагогический опыт заставлял оглянуться и с некоторой стеснительностью оценить ситуацию – видит ли кто-то столь странное поведение её сына?

Однако другой порыв был сильнее, и она бросилась в неравный бой с невидимым безумием и очевидной проблемой.

– Даня, Данилка, Данчик, – как в детстве, успокаивала она его, осторожно приближаясь. Нет, она не боялась агрессии с его стороны, а переживала за своего сына.

Реальность. 24 июня

– Я его видела! – повторяла Оля, как мантру.

Михаил держал её за руки и смотрел в глаза.

– Я его видела! – настаивала она, захлёбываясь эмоциями.

– Оля, дышите глубже и постарайтесь успокоиться! – пытался успокоить её Михаил.

– Я видела его! – в отчаянии села на пол и закрыла лицо руками.

Михаил позволил ей выплакаться. Он подал ей руку, и Оля жадно вдохнула воздух, словно спасённая утопленница. Однако её мысли были неясными, и она задавала вопросы, не до конца понимая, что говорит:

– Он живой, раз не мёртвый? Как она прыгну… – Оля проглотила накопившуюся слюну и окончание слова, – а потом он стал таким… – шмыгнула носом.

Она снова заплакала и начала хаотично жестикулировать, пытаясь воссоздать полную картину: показывала пальцем на стену, пожимала плечами, тянула руки к зеркалу…

– Он где-то мучается от боли, нам нужно его спасти! – воскликнула она.

– Оля, постарайтесь успокоиться! – повторил Михаил.

Он завесил зеркало и укрыл одеялом Данила.

В параллельном мире

– Мама, пусти, я хочу к Витьку!

Она крепко ухватилась за футболку, которую Данил взял из шкафа. Он же пришёл в этот мир в трусах, прямо как был, когда проснулся.

Была ещё одна странная закономерность: эту футболку он обычно «занашивал до дыр», пока не износил окончательно – в итоге её пришлось сжечь.

– Как я могу отпустить тебя в таком состоянии? – обеспокоенно спросила она, продолжая удерживать сына.

На лице Данила отразились различные эмоции: страх, удивление, а затем любовь, скука, безысходность и резкий упадок духа.

– Мама, пусти!

– Сначала успокойся!

Мысль «мне нужно идти» крепко засела в его голове. Он взял эмоции под контроль, выровнял дыхание и спокойно произнёс:

– Мама, видишь, всё хорошо! Не переживай!

Но обмануть можно даже детектор лжи, но не чуткое материнское сердце!

– Данил, я вижу, что далеко не всё в порядке! Скажи, в чём дело?

– Я всё объясню потом, прости, мама, но мне нужно идти, – нежно убрал её руку и направился к Витьку.

Реальность. 24 июня

Когда Михаил и Оля вышли из зловещей комнаты, их встретил резкий перепад температуры. За закрытой дверью стояла духота, а щели в дверной коробке затянулись инеем, словно кто-то или что-то стремилось не допустить разложения трупа.

С трудом оправившись от шока, они попили воды и, присев на диван, начали разговор.

– Вы это заметили? – спросила Оля, глядя вдаль.

– Что именно из всего странного вы хотели бы выделить? – спросил Михаил, придвигаясь ближе.

– Та тень, она словно нарочно так сделала!

– Чтобы ткань соскользнула с зеркала и мы увидели в нем Данила?

– Именно так, но потом она переключила наше внимание на себя.

– Если рассуждать логически, то это азарт – та сущность затеяла «игру». Но вот в чем вопрос: она хочет, чтобы мы прошли некий квест и разгадали его? Или же с какой-то выгодой для себя она хочет вовлечь нас в «игру»? – сказал Михаил в своей манере изречения.

– Данил был похож на мумию, но в то же время он был жив! Вы же видели это?

– Да, я обратил на это внимание. А еще часы, почему только в той комнате они идут вспять?

– Я тоже обратила на это внимание, но не только настенные часы, а и те, что на руке. Стрелки пятились назад, а сейчас идут вперед, – Оля посмотрела на циферблат.

– Как же всё это странно!

– А само отражение Данила, я отчётливо его видела!

– А вот был ли это он? Или…

– Точно это был Данил! Когда он испытывает боль, то закрывает лицо и голову руками, сворачивается калачиком.

– «Идентификация себя в утробе мамы» – едва уловимым шепотом вслух размышлял Михаил.

– Что-что?

– Так он облегчает боль и прячется от реальности.

– Да кто ты такой, «черт возьми»? Работник ритуальных услуг, а уровень IQ зашкаливает! – настороженно задумалась Оля.

– По большей вероятности – это был Данил, но не будем спешить с выводами, – продолжил Михаил.

Олю посетили мысли: «Всё это странно: его визит, портфель, которым он так дорожит, да и вообще, какую выгоду ищет этот «кладбищенский Шерлок»?

– Вы говорили про дядю дедушки, что он был свидетелем такой же аномалии?

Считанная с лица мимика сомнения была аккуратно воспринята Михаилом, он бережно прикоснулся ладонью до плеча и гибко подошел к объяснению:

– Да, Оля, это действительно было, и мне не забыть, с каким надрывом души рассказывал двоюродный прадедушка о том, что видел!

В параллельном мире

Вокруг царило сумасшествие: Данила приветствовали и улыбались те, кому смерть сомкнула глаза.

«Можно ли считать легкой адаптацией то, что я здесь? Сложно, но возможно. А как относиться к двум другим параллельным реальностям, где я вижу фантомы и слышу голоса, но при этом остаюсь для них невидимым? И как они сами проходят сквозь друг друга?» – размышлял Данил.

И еще один вопрос не давал ему покоя: «Как постучаться в ту дверь, через которую в гробу выносили Витька?» Он пристально смотрел на дверную ручку.

Тук-тук – раздался глухой звук, и едва Данил успел отскочить, как распахнутая настежь дверь чуть не ударила его.

– Ты охренел? – невольно вырвалось у Данила, а мысль промелькнула: «Уж точно не это хотел сказать при встрече!»

– Опять промахнулся, – хихикая, произнес Витек.

«Ничего не изменилось – он такой же юморист!» – подумал Данил.

– Что стоишь? Разувайся, кроссовки твои понравились (короткая пауза), да шучу! Заходи!

Ступеньки, прихожая – и вот она, комната фаната тяжелой музыки: стены, увешанные постерами любимой группы «Ария» и полуголыми девицами.

На столике открытая тетрадка, а в ней готические рисунки и свежая карикатура: летит аист, держит в клюве веревку, на которой подвешен гроб, а сверху надпись – «верну туда, где взял».

– Витек, это ты нарисовал?

– Да.

– Черный юмор?

– Люблю чернушку!

– Помню-помню.

– Зацени, что урвал! Ах, новеньким-то, как пахнет! Только сегодня купил, но уже раз 50 слушал – Витя достал аудиокассету из подкассетника, на котором был изображен образ химеры. Да и сам альбом группы «Ария» назывался «Химера».

Раздался щелчок кнопки «Play», запустился механизм магнитофона, и песня «Ворон» влетела в комнату, заполнив ее тяжелым звучанием до потолка. Витек прикрыл глаза, слегка покачивал головой, шевелил губами – отождествляя себя с вокалистом, подергивал ногой и визуально перебирал гитарные струны.

На протяжении 5 минут и 44 секунд – именно столько длиться та песня – Витя в прямом смысле балдел, а Данил задумался:

– Участники группы «Ария» живы, но почему Витек их помнит? Скорее всего, дело в загадочной совокупности – вдохновение черпается за гранью жизни, а творчество живет веками.

Также Данил думал о том, что с Витьком прошли огонь и воду, и он ему во многом доверяет. Мне нужно все, что произошло, рассказать, но с чего начать? С того, что он умер? Что я вижу несколько реальностей? Нет, как-то резко! А может, сначала удивить его индустрией – что вместо кассет сейчас уже флешки и музыка «онлайн», но зная Витька, он не поверит и обязательно подколет! Попробую так – Данил громко запел:

Витя уменьшил громкость до минимума, и песня «Осколок льда», едва начавшись, будто растаяла!

– Что это было? – спросил он.

– Припев песни «Я свободен» группы «Кипелов», – ответил Данил.

– Ты что, прикалываешься? «Кипелов»? Может, «Ария»? Ну-ка, повтори ещё раз! – попросил Витя.

Данил повторил:

– А если серьёзно, кто это поёт? – спросил Витя.

– «Кипелов», – ответил Данил.

– Ну, это понятно, что Валерий Кипелов, но не пойму, из какого альбома песня? Ты что-то путаешь, – сказал Витя. Он был преданным фанатом «Арии» и, как истинный меломан, затирал кассеты до прозрачности плёнок.

Данил с иронией подумал: «Интересно, что его больше расстроит: то, что Валерий Кипелов больше не в группе „Ария“, или то, что Витя на данный момент мёртв?» Подумав об этом, он вспомнил чёрный юмор Витька, который тот проявлял ещё при жизни:

– Дай мне джинсовку на вечер.

– Не, Витек, ты её то ли порвёшь, либо потеряешь, я тебя знаю.

И тогда он произнёс цитату из фильма «Любовь и голуби»:

– Вот помру – Ваську на похороны позову, а тебя не пущу!

Потом добавил:

– А когда придешь убирать могилу, я траву за корни держать буду, чтобы тебе, «жмот», тяжелее её выдернуть было!

– И каждый раз, убирая могилу, я вспоминал это! – отметил Данил. И вот теперь он решил поговорить с ним серьёзно.

– Витя, только, пожалуйста, дослушай до конца и прими серьёзно такую правду: я, можно сказать, из будущего, и действительно это группа «Кипелов». Но не это главное, а то, что ты десять лет назад умер.

– Че? – воскликнул Витя.

– Не перебивай! Теперь умер и я, но я не понял, умер ли я на самом деле, и хочу разобраться в этом. И ты мне в этом поможешь! – на одном выдохе протараторил Данил.

– Ты «под чем»? – спросил Витя.

– Эх, и я бы не поверил!

– Ты из будущего? – с серьёзным выражением лица спросил Витя.

– Да!

– Тебе нужна моя одежда и мотоцикл? – с сарказмом процитировал он «Терминатора».

– Хорошо, пошли.

– Куда ты меня ведёшь?

– Смотри внимательно! – Данил указал на зеркало.

– И что там?

– Мы с тобой одногодки?

– Да!

– Так, а почему тогда я выгляжу на 10 лет старше тебя? – нервно спросил Данил.

– Потому что бухаешь? – улыбаясь, произнёс Витя.

– Ты, правда, не видишь разницы? Посмотри внимательней!

– Как-то раньше не замечал, а сейчас да, а почему ты старше выглядишь?

– А потому что ты, «дурак», повесился в 17 лет, а мне сейчас 27 лет! Уловил разницу?

– Да не ори ты так!

– У тебя есть мама и папа?

– Да-а-а, – протяжно сказал Витя, задумавшись.

– Так, а где они?

– Не знаю! – уже с серьёзным лицом стоял Витя.

– Они живут и тебя, «дурака», оплакивают.

– Подожди, ты это серьёзно всё?

– Да! Мне многое тебе нужно рассказать, только выслушай и поверь!

 
– Я свободен [1 ], словно птица в небесах, ¹
Я свободен, я забыл, что значит стpах.
Я свободен – с диким ветpом наpавне,
Я свободен наяву, а не во сне!
 

 
– Я свободен, словно птица в небесах,
Я свободен, я забыл, что значит стpах.
Я свободен – с диким ветpом наpавне,
Я свободен наяву, а не во сне!