Отзывы на книги автора Оноре де Бальзак

77 отзывов
VeraIurieva
Оценил книгу

Иногда я всё-таки понимаю, почему те или иные произведения можно отнести к золотому фонду литературы и пророчить им бессмертие - актуальность некоторых тем не подвластна времени, с этим ничего не поделаешь. Собственно, Бальзак затронул именно такую проблему, которая для каждого первого человека на планете будет как минимум интересна, не говоря уже о том, что в определённый период жизни может очень даже помочь, вовремя поставив мозги на нужную полочку.

Что вы готовы отдать за то, чтоб ваши желания воплотились в реальность? Вот буквально - что вы можете оторвать от себя и отдать, учитывая тот факт, что ничего материального у вас нет в принципе - только желание обрести богатство, усадьбу, положение в обществе, без чего можно жить дальше и радоваться исполнению желаний?.. Ответ на удивление прост - можно расплатиться тем самым будущим, которое тебя ждёт, и каждое желание делает жизнь чуть короче, и так ты меняешь пять лет жизни на статус в обществе, три года - на три миллиона в золотых слитках, десять лет - на шикарный дом со слугами и садом, ну и остальные года по мелочи размениваешь, ровно до тех пор, пока не понимаешь, что жизни-то не осталось, времени насладиться - нет, и никогда не было, и уже не будет. И вот тут-то и начинаешь взвешивать своё существование, свои успехи и неудачи, всё больше и больше убеждаясь в том, что самостоятельно не достиг ничего, только желал и ждал, пока все блага свалятся с небес. Интересная жизнь, как думаете?

Книга задевает за живое, со всей дури наступает на больную мозоль, засыпает открытую рану солью и не стесняется ковырять её - ибо только так можно показать человеку, что жизнь состоит не из материальных благ, не из наслаждений и утех, что процесс зачастую важнее и интереснее результата, что жизнь - это воспоминания, события, действия, движение, преодоление препятствий. Безусловно, иногда хочется иметь джинна за пазухой, который бы исполнял желания по первому требованию, но ведь к такому привыкаешь, и уже даже не пытаешься что-то сделать самостоятельно, постоянно обращаясь только к волшебнику, чтоб в итоге осознать - ты никто, ничто, и вспомнить тебе нечего, гордиться нечем..

Сильная книга, вот именно эмоционально сильная, хоть каждый в ней и найдёт что-то сугубо личное, дёргающее ниточки только его души. И даже обилие ненужных слов, излишнюю педантичность в описаниях, словоблудие можно простить во имя той идеи, которую автор преподносит своим читателям.

Faery_Trickster
Оценил книгу

Два сильных и мучительных желания боролись во мне во время чтения: необходимость прочитать быстро, тогда как хотелось читать медленно, перечитывать, отводить взгляд и отдаваться сладкому послевкусию каждой фразы; и стремление прочитать как можно скорее, чтобы к этому восхитительному ощущению прибавилась ещё и интеллектуальная сытость, чтобы можно было закрыть книгу и погрузиться в самое приятное, что даёт чтение, – размышление над идеями, осмысление пережитой истории. Вам кажется, что эти два чувства не могут вступать в борьбу между собой? Я бы тоже так думал, если бы их не прочувствовал на собственной... коже?

Это не единственное новое чувство, которое подарил мне Бальзак. Никогда, никогда и никто раньше не показывал мне страсти, сжигающей обречённых игроков в игорном доме. С этой первой малозначительной для повествования детали началось для меня восхищение мастерством автора. Я мог видеть страсть во многих человеческих пороках, но никогда не видел в азарте той же дурманящей красоты, того романтизма, которым мы порой так щедро наделяем ненависть к врагу или зависимость от своего тела.

Никак не могу понять: то ли это самое лучшее, что я читал у Бальзака, то ли последний раз я читал его так давно, что ещё не мог оценить по достоинству его стиль? Каждое слово идеально, каждая мысль закончена, каждая строчка врезается в самое сердце. Откройте книгу на любой странице, и вы найдёте блестящую игру слов, гениальную фразу или же нетривиальные, не затасканные сравнения, заставляющие вашего внутреннего эстета и ценителя красоты замирать.

Это первая книга, в которой автора я чувствую больше, чем персонажа, в которой автором я восхищаюсь больше, чем персонажем. Если вы не хотите даже намёка на спойлеры, то советую пропустить следующий абзац, потому что искушение поделиться впечатлениями с людьми, уже прочитавшими, слишком велико.

В первой части Бальзак наделяет своего героя всем, что может дать творец и природа, он делает Рафаэля идеалом, ангелом воплоти, прекрасным цветком, которому сожалеют постояльцы игорного дома, на пороге которого он появляется. И свой цветок, своё бесценное творение писатель низвергает в ад и любуется своим хрупким сокровищем на пороге смерти. Сколько красоты, сколько безысходности в этой короткой сцене с монетой! Уже потом мы узнаем истинную сущность души Рафаэля, потом станем свидетелями прожитой (впрочем, больше – утраченной) жизни, но сейчас эта короткая сцена – это истинный восторг. И сколько таких в книге, их же просто не перечесть!

Не представляете, как я сожалею о том времени, когда не любил чтение. Но вся трагедия человеческой глупости в том, что ты не понимаешь, что глуп, пока не поумнеешь, не осознаёшь, что читаешь плохую литературу, пока не начнёшь понимать хорошую. И я благодарю провидение, что мне пришлось учиться именно там, где мне раскрыли глаза на красоту классической и, в частности, – французской литературы.

Кстати, раз уж я вспомнил о своём французском… Вы никогда не задумывались о том, почему именно шагреневая кожа? Этого не раскрывает перевод, но, хоть я и читал на русском, расскажу вам секрет: в названии заключено гораздо больше, чем видит русский читатель. С французского chagrin – это ещё и горе, печаль, что даёт названию книги двойное значение. И оба она оправдывает в полной мере.

blackeyed
Оценил книгу

Через полторы недели исполняется 165 лет со дня смерти Оноре де Бальзака. Это как представить, что эту рецензию будут читать в 21nn-м году. Но эту рецензию читать не будут, потому что она бездарна, а Бальзака читают сейчас и будут читать в 22-м веке.

Бальзак для меня - это такой обаятельный хитрый лис с проницательный взглядом, с горькой иронией декламирующий с трибуны житейские истины. Причём, темы его лекций просты и всем понятны, а ты всё сидишь и слушаешь, затаив дыхание. Бальзак это тот автор, который потрясающе интересно расскажет про стирку белья, выведёт из неё философский подтекст, сам же его опровергнет, с чем-нибудь сравнит, ехидно ухмыльнётся и галантно ретируется, оставив нас с открытыми ртами. Мне показалось, что в персонаже "Отца Горио" по имени Вотрен Бальзак частично описал самого себя - именно таким, как Вотрен, я и представлял великого французского писателя, ровесника Пушкина.

В романе "Отец Горио" два главных героя: Горио и Растиньяк. "Папаша Горио" - называют нахлебники и жильцы пансиона старика. Слово это, "папаша", имеет иронический шутливый оттенок, мы привыкли употреблять его ради смеха, дескать, "мужичонка не самый образцовый отец"; или же кличем так бодрых духом пожилых старичков. Заглянем в заголовок. Создатель называет Горио "отец" - никакой не "папаша", ведь Горио самый настоящий Отец (да-да, с большой буквы). Я никогда не видел в литературе ТАКИХ отцов. Разумеется, его образ преувеличен, гиперболирован, но на то она и литература, чтобы придумывать здесь людей, которых не встретишь в настоящей жизни. А таких отцов, которые смеются, когда детям хорошо; плачут, когда у детей неудачи; отдают последние гроши, когда дети попросят; и сразу умирают, когда оказываются детьми забыты - таких пап днём с огнём не сыщешь. Скорее найдёшь тех, что не платят алименты.
К слову, долгое время называл старика ГОрио, пока не вспомнил тонкостей французского языка, согласно которым правильное произношение: ГориО.

Растиньяк (которого встречал ещё в "Шагреневой коже") это такая нить, тянущаяся от Дома Воке (с его пятнами, нищетой и потрёпанными жизнью постояльцами) к роскошным домам баронесс, виконтесс и графинь. Эта нить натянута и вот-вот порвётся либо возле узелка с бедной, но честной жизнью, либо возле узелка с жизнью шикарной, но порочной. В результате, нить рвётся ровно посередине - после всех метаний Эжен, похоже, перевоспитался и отрёкся от шарма и блеска Парижа, проявив сострадание к Горио, однако лишился при этом всех перспектив войти "в свет", да и денег тоже. Допустимо ли человеку иметь счастье, основанное на несчастье другого человека? На преступление-и-наказанческий достоевсковский вопрос Растиньяк отвечает "нет" и остаётся ни с чем - такова жестокие правила парижской "игры". Но роман заканчивается брошенным "гудящему улею высшего света" вызовом:

— А теперь - кто победит: я или ты!

, и это не делает чести Эжену. Ведь чтобы отомстить, ему скорее всего придётся забыть о морали и пойти по головам.
Заметка на полях: один я заметил, что Эжен = Eugene = Евгений = Онегин?

Что касается других персонажей, то это отнюдь не массовка - каждому из них присущи неповторимые черты и/или особенности характера. Бальзаку удался ловкий трюк: когда он в начале рисует картину пансиона, он называет 7 его постоянных жильцов, как будто выстраивая их в шеренгу и поочерёдно описывая каждого из них - тем самым давая понять, что эти семеро в замкнутом пространстве дома Воке будут непрестанно взаимодействовать и влиять друг на друга, как люди, попавшие на необитаемый остров волей-неволей начинают дружить или враждовать. И действительно, оказалось очень интересным следить за событиями и разговорами внутри этого дома, "где нет и намека на поэзию", но в котором бушуют нешуточные страсти.
И ещё ремарка: заметили, что у Растиньяка именно 2 сестры? Бальзак даёт контрастное противопоставление: 2 бедные сестры Эжена шлют ему последние деньги, лишь бы брат был счастлив, а 2 богатые дочери Горио обирают отца и не могут найти и копейки, чтобы проводить его в последний путь. Если сказать, что Горио умирает как собака, то его щенята вовсе недостойны жить.

Последний оффтоп: в моей книге не указан переводчик, посему я не знаю чьё имя хаять. Кроме нескольких языковых корявостей (типа "кончик ноги" или "потупила глаза"), дико раздражала словесная игра с окончанием -рама, помните? (смерторама, Растиньякорама и т.д.). Как переводчик, считаю, что нужно было придумать окончание слов, имеющееся в русском языке, что-то типа смертище или Растиньяша; или же как-нибудь иначе извернуться.

А вообще, вероятно, всё, что я здесь понаписал - полная чепуха, потому что в моей книге, которую я взял на бесплатной раздаче, вырвана половина 136-й страницы. Не исключено, что именно там был написан смысл всей книги (а то и смысл всего мироздания)!

littleworm
Оценил книгу

Дети - цветы жизни...
На могилах родителей.(с)

Сатира?! Трагедия?! Фантасмагория?!
Странное ощущение театральной постановки. И бинокль уж очень мощный... слишком близко.
Вижу всё до мелочей – нищую обстановку пансиона. Вот пыль скопилась в углу… трещинки на посуде.
Вижу убогость пансионеров - затертость одежд, морщинки, страх и боль в глазах, смирение и цинизм.
Вижу слепящий свет балов в огромных залах, шик спален и блеск нарядов.
И опять глаза - алчные, но несчастливые.
Убрать бинокль невозможно. Бальзак не позволяет. Можно лишь поменять на микроскоп и рассмотреть срез парижского общества.
Гниль низов от безысходности и борьбы за выживание, утраты доброты и сострадания.
И легкий налет плесени высшего общества – подсмытый, затушеванный и припудренный, скрытый за стремлением к счастью без оглядки, не выбирая методов и средств. Но как же так?! Где придел человеческой жестокости и алчности, себялюбия и стремление отбелиться?!

Бальзак безжалостен!
Бальзак бесподобен! Восхитителен!

Как он противопоставляет, какие у него разные, объемные герои, многогранные и страстные до жизни, до любви… даже в мелочах.

Горио – апофеоз отцовства!
Мощь самоотдачи смывает волной.
На разрыв аорты. До оглушительного крика отчаянья… на грани с ненавистью и проклятия.
Совершенно слепая любовь, незаживающая рана.
А может не любовь вовсе. Безумное хватание за соломинку, что бы принадлежать тому общество, что так манит. Страх быть покинутым. Доводящее до отчаянья предчувствие конца.

— я щупал его голову: на ней только один бугорок — как раз именно отцовства; это отец неизлечимый.

Диагноз на лицо.

Но в книги есть еще один не менее главный и не менее интересный герой.
Эжен де Растиньяк – студент, "мальчишка из пеленок" на распутье дорог взрослого Парижа. Как хочется ему быть хорошим, любимым, богатым и нужным. Как хочется ему быть Человеком, но вращаться в высших кругах.
Эжен где-то между небом и землей. Между соблазном Рыжего Дьявола и ангельской заботой Папаши.
Бедный… бедный маленький Эжен, разрываемый муками совести и стремлением к Высшему Свету.
Трудно не продаться, если на тебя пока еще есть спрос!

Shishkodryomov
Оценил книгу

Жили-были старик со старухой. Сказать так сразу, что это являлось жизнью, было бы невозможным, но, как мы уже отметили, бытие их было общепризнанным фактом, поэтому мы можем с известной долей уверенности полагаться на столь авторитетное общественное мнение. Жили они во Франции, что вовсе не являлось объяснением того, что они стопроцентно относились к высокой французской нации. Даже если бы их происхождение, набор генов и степень наследственности предполагали что-то другое, то мы все равно возложили бы на них ту необходимую толику гражданского повиновения и силой государственного принуждения обязали бы их признать себя все же французами. Тем более, что старик, всю жизнь проработавший на ниве сельскохозяйственных угодий, был мелким рентье и имел небольшой в общем-то и очень незначительный доход. Старуха, как и пристало женщине ее возраста и положения, была у старика на содержании и это ей казалось вполне обыденным и незначительным. Но, согласитесь, этот факт не мог не отразиться на взаимоотношениях внутри семьи и распределении ролей, поэтому в то утро, о котором идет речь, старик обратился к старухе с весьма странной просьбой.

- Старуха, испеки мне Колобок!

Бабушка была крайне изумлена столь странной фразе, впервые прозвучавшей в этих широтах со времен Маргариты Наваррской и, не придумав ничего лучшего, сочла возможным уточнить - что именно старик имел ввиду и почему он решил возложить на нее, на старуху, столь позорную обязанность. Старик глубоко вздохнул, потому что ничего другого от глупой бабы и не ждал, но поскольку был твердо уверен в том, что все горести и несчастья в этом мире происходят именно из-за женщин, он стал объяснять старухе, что Колобок - это такая форма хлебобулочного изделия, которое имеет мало общего с полуторафранковыми круассанами в кондитерской лавке напротив, а больше напоминает приличествующий сану десятисантимовый круглый хлеб. Старуха тут же обратила внимание старика на то, что поставки муки в их семью в последнее время стали столь нерегулярны и убыточны, что она даже сомневается в целесообразности желаний старика в принципе, даже если это не касается хлеба насущного, вид которого старик пытается придать своей жалкой просьбе. А по этой причине у нее не имеется в наличии необходимого количества расходного зернового материала, столь нужного для выполнения поставленной перед ней задачи. Старик, убедившись в полной непригодности его спутницы жизни для использования в домашнем хозяйстве, в кои-то веки! (да и вообще - во всем), со вздохом вручил ей заступ, лом и метелку, показал - как ими пользоваться и отправил старуху в амбар со словами

- А ты по амбару помети, по сусекам поскреби - авось чего и выметешь!

Старуха открыла было рот, чтобы уточнить значение слова "сусек", но, поскольку старик ее уже покинул перед тропинкой, ведущей к амбару, то она так и осталась стоять с открытым ртом посреди улицы.
Прошло довольно много времени, прежде чем старуха решилась-таки подступиться к амбару и, хотя не выполнила до конца своего задания, понадеялась на французский авось.
Амбар находился в северной части земельного участка, что принадлежал старику с 1623 года по праву наследования. Это ветхое строение имело в себе только одну дверь, что, в соответствии с действующим французским законодательством, имело возможность воспользоваться льготным налогообложением. Дверь, долго не поддававшаяся, несмотря на отчаянные усилия старухи, скрипнула и отворилась. И старуха, начав мести метелкой, тут же наткнулась на ШАГРЕНЕВУЮ КОЖУ. Вот так-то, блин!!!

Наиболее прозорливые читатели ( и терпеливые тоже) могли бы понять, что кожу нашел Колобок, но блинскийсатана у меня уже сил нет. Вот что я хочу в итоге сказать - если кто-то не знал - что такое Бальзак, то может сравнить с оригиналом это начало "Колобка". Сатанакожа тоже ассоциируется с этим произведением, но в меньшей мере. И один мой друг, когда его очередная девушка упрекнула в занудности, сказал следующее - "Да, несомненно, но это именно то качество, которому я обязан куском хлеба". Этим другом был я сам. Правда давно.

Это лучшее, что когда-либо я читал у Бальзака. Мысли настолько глубоки, что сомневаешься в их принадлежности. Язык и форма мышления очень понятны. Жаль, что он так мало прожил. Желаю, чтобы дольше. Пусть моя кожа уменьшится.

nad1204
Оценил книгу

Видимо, всё хорошо в своё время.
"Шагреневую кожу" я прочитала в двенадцать лет, когда на турбазу, где мы отдыхали, обрушился какой-то совершенно тропический ливень. До библиотеки тоже трудно было дойти, но сидеть в дощатых домиках без чтения и телевизора (напоминаю, компьютеров, телефонов и других благ цивилизации ещё не было) — это просто за гранью!
Я выползала и бежала в оплот "грамотности". Таких как я было много, а книг — мало. Читали всё подряд. Вот так я, малолетка, познакомилась с Бальзаком.
Зря. Это было рано.
Помню смертную скуку и обещание самой себе, что читать это не буду никогда.
Где-то через год прочитала "Гобсека". Впечатление то же.
Когда "Отец Горио" выпал в игре — расстроилась. Не хотела, вот правда.
А после прослушивания, ещё раз убедилась в том, как же полезны игры на нашем сайте!
Это — прекрасная книга!
Я даже не хочу разбирать её на составляющие.
Да, есть проблема отцов-детей.
Да, есть проблема богатых-бедных.
Да, есть проблема выбора.
Да, есть проблема нравственности.
Да, есть проблема....
Да много их!
Сама жизнь — это уже проблема. От этого умирают. Вот такая анекдотичная, бородатая проблема.
Вот только роман не смешной.
И он меня потряс. Я запомнила. Буду перечитывать Бальзака. И читать его заново.
Думаю, что будет много открытий.

blackeyed
Оценил книгу

Нельзя не заметить сходство «Шагреневой кожи» с «Портретом Дориана Грея» Уайльда и «Джекилом и Хайдом» Стивенсона – главный герой, поначалу благодетельный и добропорядочный, вступает на скользкую тропу порока и поддаётся своим потаённым желаниям, в результате чего с ним происходят определённого рода фантастические события. И так же, как свои «собратья», ГГ «Кожи» Рафаэль кончает плачевно, из чего следует глобальный и применимый ко многим образцам зарубежной классики вывод: держите свои желания в узде.

Фантастический элемент этого романа глубоко символичен. Шагреневая кожа – это фактически жизнь Рафаэля, которая сокращается, уменьшается в размерах при каждом новом выполненном желании. Несметные богатства? Минус пять лет. Пир на весь мир? Минус два года. Любовь до гроба? Ещё минус десять. Такой арифметикой, друзья, наполнена и наша с вами жизнь. Мы на всём её протяжении выполняем свои желания, не замечая как шагреневый кусок времени, отведённого нам на земле, становится всё меньше и меньше. Пять лет уходит на получение образования. Ещё лет пять – на то, чтобы получить хорошую работу и обрести стабильное положение в обществе. Года два-три, а то и десять – на то, чтобы создать семью. Лет двадцать на воспитание детей. И это только желания, присущие всем - если у вас есть персональные, будьте добры отдать за них дополнительно десяток-другой годков. Фокус в том, что ни я, ни вы, ни Рафаэль, ни старик, ни Емеля, ни Аладдин не знаем, чего мы на самом деле хотим. Бальзак на страницах «ШГ» называет желанием, за которое и жизнь отдать не жалко, любовь. Другие вольны называть то, что считают нужным, но прежде чем сделать выбор надо хорошенько подумать.

Символичны и персонажи.
Феодора, как сказал сам Бальзак, это общество. Нарядность, броскость, ужимки, этикет, а в душе – пустота. Ценны лишь внешние атрибуты, внутренние особенности никого не интересуют. Чтобы найти подход, необходимо «почерстветь», играть по общим правилам.
Полина – мать. Холит и лелеет своего питомца. Прощает ему все недостатки. Проявляет всеобъемлющую заботу. Любит несмотря ни на что. (свидетельство – в предсмертной агонии Рафаэль кусает Полину за грудь)
Растиньяк – змей-искуситель. Подчиняет своей воле. Навязывает мнение. Толкает к сомнительным действиям. Не скупится на похвалу.

«Шагреневая кожа» - характерный пример французской литературной традиции, в которой главенствует эстетическое начало. Любой факт или событие романтизируется, толкуется в усладу душе и чувствам. Эстетический принцип находит отражение во всём, даже в самых прозаичных ситуациях. Нигде, кроме излишне детализированных (и, применимо к женщинам, идеализированных) описаний персонажей, это не идёт во вред повествованию. Первые страницы с непривычки даются с трудом, но затем слова текут плавно и мелодично, искрясь, как ручей на солнце, яркими лучами. Одно удовольствие вчитываться в глубокомысленные пассажи автора:

Всё есть движение. Мысль есть движение. Природа основана на движении. Смерть есть движение, цели коего нам мало известно. Если Бог вечен – поверьте, и Он постоянно в движении. Бог, может быть, и есть само движение.
Для одних образование состоит в том, чтобы знать как звали лошадь Александра Македонского или что дога господина Дезаккор звали Беросилло, и не иметь понятия о тех, кто впервые придумал сплавлять лес или же изобрёл фарфор. Для других быть образованным – значит выкрасть завещание и прослыть честным, всеми любимым и уважаемым человеком, но отнюдь не в том, чтобы стянуть часы … а затем отправиться умирать на Гревскую площадь.
Бог ли во всём, по Спинозе, или же всё исходит от Бога, по святому Павлу… Дурачьё! Отворить или же затворить дверь – разве это не одно и то же движение! Яйцо от курицы или курица от яйца? … Вот и вся наука.
Существуют сердца нежные, хрупкие, как цветы, и они ломаются от лёгкого прикосновения, которого даже не почувствуют иные сердца-минералы.

Читайте, не пожалеете!

be-free
Оценил книгу

Отцы должны всегда дарить, чтобы быть счастливыми. Всегда дарить - это и значит быть отцом.
Оноре де Бальзак "Отец Горио".

Не часто я завидую литературным героям, но тут сдержаться было сложно. Нет, ну почему так? Почему кому-то папа готов отдать последнюю рубашку, а у кого-то этого родителя нет вообще. Причем не в силу сложных жизненных обстоятельств (смерть, например), но потому что он – плохой человек. Очень плохой человек: козел в простонародье. Я, конечно, делаю скидку на то, что отцовские чувства заведомо слабее материнских, но, кажется, у многих мужчин они вообще не предусмотрены природой. И это грустно. Спасибо Бальзаку за такой милый моему сердцу образ почти идеального отца. Почти, потому что не хватает этому папе немного прагматичной мамы, которая бы объяснила Горио, что здоровый родительский эгоизм облегчает и улучшает жизнь как самим родителям, так и их отпрыскам. Но, как говорится, это была бы совсем другая история.

Всем уже давно и хорошо известно, что богатые и знаменитые – самые несчастные люди на планете (за редким исключением), страдающие завышенной самооценкой и еще кучей психических недомоганий. Так есть сейчас, так было раньше. За позолотой скрывается жестокость, равнодушие, презрение и радость чужим бедам. Ни о какой морали и вовсе не идет речь. И все-таки толпы людей с более низким достатком и низшим положением в обществе всегда штурмуют порочный Олимп, пытаясь проникнуть туда изо всех сил. Так и Анастази с Дельфиной, с самого детства слышавшие от отца исключительно о своих достоинствах, возомнили о себе бог знает что. Используя деньги папы, обе девушки вышли замуж за состоятельных и родовитых мужчин. Только вот ни счастья, ни собственных денег у них не прибавилось. А их самовлюбленность и глупость сыграли с ними злую шутку. История и банальная, и не интересная, но образ отца, его судьба и самоотверженность – вот что достойно внимания.

Что тут сказать? Жизнь – несправедливая штука. Таким противным и мелочным барышням достался отличный отец. Но с другой стороны автор не раз намекает на то, что господин Горио сам же и способствовал развитию всех пороков современного общества в своих дочерях. Именно его благоговейное отношение к ним, буквально поклонение, и стало причиной такого конца. Все-таки все самые важные и главные черты характера закладываются в раннем детстве, а потом уже корректируются. Здесь же и корректироваться было нечему: чем старше становились дочки, тем лучше они осознавали свою власть над отцом, тем умелей учились управлять им. Так что даже не совсем уверена, что сам Горио нуждается в сочувствии или жалости. Нет, это его вполне осознанный выбор, о чем он сам и сообщает на смертном одре. Даже если бы ему представился шанс прожить жизнь второй раз и изменить что-то, вряд ли бы он им воспользовался.

О странностях приличий в высшем обществе и заключение...

И вот еще одна тема, о которой я хотела высказаться уже несколько месяцев. Это тема псевдоприличного поведения в высшем обществе (особенно во Франции, так как именно французская классическая литература мне попадается последнее время). Я понимаю, что мы живем в мире абсурда и по сей день. Многие вещи кажутся неподвластными нашему пониманию. Причем я имею в виду не паранормальные явления, а вполне себе наши бытовые повседневные привычки, переходящие в поведение среднестатистического человека. Но все-таки не могу выразить, как меня удивляет то, что в том же ХIX веке принято было разговаривать исключительно на «Вы» даже с собственным супругом, а вот иметь любовников и любовниц не было стыдно. И мужья чаще всего даже не в курсе были, кто из их теоретических наследников был на самом деле ребенком по крови (да, не было у них экспертизы ДНК, что поделать). Странные представления о чести и достоинстве, вы не находите? Или вот еще пример: гулять под ручку с новым соседом – это нормально. А спать с родным мужем в одной комнате – нет. У каждого должны быть свои апартаменты. О времена! О нравы! Хотя много таких абсурдных примеров можно привести из нашей теперешней жизни.

Бальзак – поистине талантливый и замечательный французский классик. Да, словоблудие присутствует, а у кого его нет из творцов той эпохи? Да и если слог настолько прекрасен, а мысли так и просятся в цитаты – почему бы и не быть длинными описаниям и рассуждениям? Не знаю, как другие произведения Бальзака, но «Отец Горио» помимо всего мне понравился своей небанальной темой отеческой любви. Все-таки она не так «пообтрепалась» в литературе, как, например, тема любви между мужчиной и женщиной, супружеской измены или предательства. К тому же, Бальзак – еще одно подтверждение моей неоспоримой любви именно к французской и английской классической литературе.

Delfa777
Оценил книгу

После первого чтения "Тридцатилетней женщины", закрались у меня подозрения, что Бальзак - латиноамериканец в душе. А может и не только в душе. В самом деле, не одному же Дюма иметь среди предков экзотических личностей из дальних земель. Ну или Оноре хотя бы ездил за океан и там понабрался идей. Потому что путает он читателя так, что не каждому представителю магического реализма под силу. То хронология ведется по датам, то по возрасту. С драмы необоснованно перескакивает на пиратские приключения, с описаний нарядов на философию. Мальчик то утонул, то не утонул. Разница в возрасте детей сбивает с толку не по-детски. Только приняла главная героиня обет воздержания, как через пару страниц у нее уже куча детей. Объяснение одних поступков Жюли автор рассматривает едва ли не под микроскопом. Причины других, не менее важны, упоминает вскользь, а то и вовсе пропускает. И все это под гипнотизирующую красоту слога, сочность описаний и силу умозаключений.

Поэтому, прослушав аудиокнигу, я поняла, что ничего не поняла и стала читать бумажный вариант. По старинке, с паузами и заметками на полях. Скажу сразу, легче не стало. Чесслово в Рюноскэ Акутагава - В чаще проще разобраться, чем в мотивах поведения француженок. Однако, определенный прогресс налицо. При повторном чтении появилась другая версия. Все намного проще. Бальзак составил свой роман из нескольких самостоятельных рассказов и новелл, оставив нам на радость кучу нестыковок. Поэтому и хронология сбивается, и вопросы остаются без ответов, и образ героини в единый пазл не складывается. Автор не счел нужным привести все к общему знаменателю. А потому, имеем мы лоскутное одеяло вместо законченного и проработанного произведения. Анализировать образ Жюли весьма затруднительно, так как это по крайней мере три разные женщины, объединенные лишь принадлежностью к высшему свету и несчастливым браком.

Остается только высказать несколько мыслей по поводу. Верю, выйдя замуж по любви, главная героиня схлопотала от разочарования настолько глубокую депрессию, вызванную осознанием себя несчастной, что та оказалась способна сказаться на самочувствии. И вполне могла довести если не до смерти, то до безумия. Будучи слишком юной, робкой и неопытной, чтобы говорить о своих проблемах, молодая женщина погружалась в пучину страданий молча и безропотно. Все, на что Жюли оказалась способна - ничего не менять и делать на людях вид, что все хорошо, скрывая свою боль. Не к кому ей было обратиться за помощью. И она уходила все дальше в саморазрушение, упиваясь своими страданиями, пока не достигла самого дна и единственно возможным направлением стало движение наверх. Но для этого потребовалось освободиться от груза приличий и морали.

В чем же причина ее несчастий? Что привело ее к тому жизненному пути, который живописал автор? Не в последнюю очередь воспитание, сделавшее ее инфантильной и тщеславной. Любуясь свежестью и грацией юной Жюли, Бальзак мимоходом делает замечания о ее своенравном личике, оживленным лукавством и тоне обиженного ребенка, который проскальзывает в ее словах. Она и есть избалованный своенравный ребенок, абсолютно равнодушный к нуждам и горестям других. Даже Наполеону досталось

Останемся, папенька! Я хоть посмотрю на императора, а то, если он погибнет в походе, я так его и не увижу.
Старик вздрогнул при этих словах, полных эгоизма; в голосе девушки слышались слёзы;

Милый и чуткий ребенок, не правда ли? Или вот еще перл

Жюли трудно было не поверить отцу, когда она взглянула на его лицо: старик был совсем подавлен своими тревогами.
— Вам дурно? — спросила она безразличным тоном: так была она занята своими мыслями.
— Ведь каждый прожитый день для меня — милость, — ответил старик.
— Опять вам вздумалось наводить на меня тоску разговорами о смерти! Мне было так весело! Да прогоните же свои противные мрачные мысли!
— Ах, балованное дитя! — воскликнул, вздыхая, отец. — Даже наидобрейшие сердца бывают иногда жестоки.

Если Жюли - наидобрейшее сердце, то мне страшно представить злодейское. Это же полная жуть должна быть. Хотя, справедливости ради следует отметить, что гг действительно добра. В том плане, что сознательно никому не желает зла, а вот неосознанно крушит жизни направо и налево. Это нежное тепличное растение оказалось не способным вынести смену климата. Очевидно, что Жюли баловали и приучали к мысли о собственной исключительности. Хотя никаких особых талантов, кроме вполне сносного пения, я за ней не заметила. В связи с чем совершенно не понятно, что давало ей повод считать мужа ничтожеством и бездарем. С каких пор быть славным малым, веселым и добрым, моветон? Возможно тетушка и смогла бы помочь молодой семье найти компромисс, а возможно Жюли пропустила ее советы мимо ушей, как сделала это с предостережениями священника. Советы ей были не нужны. Ей было нужно, чтобы ее боготворили. И ничего более. Как при таком отношении к себе и миру обрести счастье в браке, совершенно не понятно. Миссия невыполнима.

Лицемерие высшего света, поощряющего жизнь по принципу "Не пойман - не вор", тоже сыграло свою негативную роль в судьбе и характере Жюли. Похоже стремление обрести простое женское счастье и остаться при этом частью высшего общества несовместимы. Вот и у Карениной ничего хорошего не вышло. Каждый раз уже такое близкое счастье оказывалось для Жюли химерой и, отдаваясь мечте, она каждый раз теряла часть себя. Свой веселый и добрый нрав, уважение к себе, приверженность приличиям. Желая воспарить на крыльях мечты, она двигалась по замкнутому круг. В ужасе отвергла простецкого жизнерадостного Буратино, насмерть заморозила на балконе тонко чувствующего Пьеро и наплевала на все свои принципы с ветреным Арлекино. Чтобы положить свою привязанность и последние годы жизни на алтарь новой Мальвины - своей младшей дочери.

Вот такая безнадежно грустная история получилась у Бальзака. Если Толстой хотя бы предполагал существование счастливых семей, то французский классик не оставляет ни малейшей лазейки для женщин благородного происхождения. Вывод один - не ходите девки замуж, а то окружающим вас людям придется на собственной шкуре узнать, что под красивой поверхностью тихого омута такооое водится)

be-free
Оценил книгу

Уже три недели мучаюсь вопросом: Бальзак умел читать чужие мысли или, что вероятнее, сам был женщиной? В конце концов, век девятнадцатый был богат на такого рода сюрпризы. Вон Шевалье де’Эон до сих пор остается загадочной фигурой. Так почему бы Бальзаку не оказаться одной из подобных личностей. Тогда все стало сразу бы понятно: человек сам испытал все переживания своей героини, подробно изложил их, поделившись с окружающими. А иначе КАК можно объяснить такое знание женской души, женской психологии? Ведь чувства описанные Бальзаком из тех, в которых обычно не признаешься даже лучшей подружке в приступе безумного откровения - настолько они интимны, постыдны и неприглядны. ОТКУДА же о них мог знать ОН?

А если серьезно, то теперь я готова признаться в своей любви к Бальзаку. «Отец Горио» и «Шагреневая кожа», безусловно, достойные произведения, но «Тридцатилетняя женщина» - это нечто. Это откровение в каждой строчке. В главной героине, пожалуй, любая женщина найдет хоть черточку себя: то ли в юной Жюли, беспечно влюбленной в бравого красавца; то ли в уже замужней, но еще такой молодой и неопытной; то ли в матери единственной дочери и верной жене и т.д. (не буду углубляться, чтобы не раскрыть интригу). Несколько зарисовок из жизни одной женщины удивительно глубоко и очень точно показывают, как меняется не только ее положение в обществе, но и состояние души, взгляды на жизнь, духовные ценности. А ведь это знакомо каждой из нас. Как любит человек по природе своей зарекаться, давая обещание себе и окружающим, что его-то взгляды не изменяться никогда. Особенно такая горячность свойственна юности. Но проходит время, и уже даже невозможно представить, что раньше ты смотрел на мир по-другому, чему есть множество свидетелей. Сколько не оглядывайся на свою жизнь, очень сложно объективно оценить изменения, произошедшие с собой любимым. Особенно если эти изменения в худшую сторону. Не менее сложно признаться в своих ошибках – в человеческой природе искать виноватого на стороне. И вот Бальзак в своей «Тридцатилетней женщине» буквально препарирует главную героиню и всю ее жизнь, описывая чувства и переживания и рассказывая о ее поступках, давая читателю со стороны окинуть взглядом пройденный путь одного человека. И вроде бы так легко осуждать Жюли за ее неверность своим взглядам, за материнскую нелюбовь, разрушившую несколько жизней, за смиренность, где не надо, и отчаянную решимость, где стоило бы лишний раз задуматься. Но дело в том, что Жюли состоит из кусочков каждой женщины на земле, а значит, нельзя смотреть на нее без участия, без снисхождения. И если даже кому-то хватило благоразумия не совершить тех ошибок (ошибок ли?), которых не избежала Жюли, то это, несомненно, счастливая случайность.

Я получила истинное удовольствие от этюда. И если раньше Бальзак был для меня просто одним из хороших классиков, то именно после этой книги он вошел в число тех особенных, которые не только интересно и красиво пишут, но и умеют раскрыть перед читателем человеческую душу так, что возникает ощущение еще одной прожитой жизни. Именно от таких книг становишься чуточку мудрее. А не это ли, если разобраться, первостепенная задача литературы?..

8