Выражаю благодарность

моим братьям Валентину и Олегу – за камчатское гостеприимство, которое позволило мне посетить город, основанный моим героем, Жанне Владимировне Ивановской – за помощь и отличную компанию, Вадиму Эрлихману – за неизменную поддержку, сотрудникам Российской государственной библиотеки.

Посвящаю эту книгу маме – настоящей сибирячке

Жизнь замечательных людей. Серия биографий. Основана в 1890 году Ф. Павленковым и продолжена в 1933 году М. Горьким

Выпуск 2087

© Погодина О. В., 2026

© Издательство АО «Молодая гвардия», художественное оформление, 2026

Предисловие

Жена называла его «тюхтя». Современники характеризовали как человека мягкого, нерешительного и пеняли за медлительность. Его не повышали по службе, в то время как его товарищи и сослуживцы один за другим занимали блестящие посты и становились адмиралами. На него писали огромное количество доносов, обвиняя в неверных решениях, проволочках, казнокрадстве и всех смертных грехах. В более поздние времена выдвигались версии, что Витус Беринг был датским шпионом или всего лишь безвольным орудием в руках своей предприимчивой супруги.

А. П. Соколов, первый историк Великой Северной экспедиции, характеризуя в середине XIX века деятельность Беринга, фактически повторил мнение чиновников Адмиралтейств-коллегии: «Человек знающий и ревностный, добрый, честный и набожный, но крайне осторожный и нерешительный, легко подпадавший под влияние подчиненных и потому мало способный начальствовать экспедициею, особенно в такой суровый век и в такой неорганизованной стране, какою была восточная Сибирь в начале осьмнадцатого века». Эту уничтожающую характеристику исследователи нередко повторяют до сих пор.

Однако академик К. М. Бэр примерно в те же годы оценивал деятельность Беринга иначе: «Нельзя не удивляться его мужеству и терпению, вспомнив, что он должен был преодолевать невероятные трудности, строить в одно время в разных местах новые суда, высылать огромные транспорты провианта и корабельных потребностей через пустынныя дикия страны… Большая часть его сотрудников, как видно из позднейших донесений, обвиняла его в жестокости, с какою он упорствовал в продолжении Северной экспедиции… У всякого другого, кто стал бы во главе столь громадного и необычайно трудного предприятия, все дело неминуемо развалилось бы».

Именно этот человек в немолодом уже возрасте трижды пересек по бездорожью всю Россию – от Балтики до Тихого океана. Именно он стоял во главе Великой Северной экспедиции – беспрецедентного по своему масштабу явления, равного которому нет не только в российской, но и в мировой истории.

Как такое возможно? Чем больше я погружалась в детали его биографии, тем яснее понимала, что перед нами исключительно редкий тип героя: герой не громкий, пламенный и могучий, а упорный и бесконечно терпеливый. Именно это качество, на мой взгляд, позволяло ему управлять более чем тремя тысячами людей, непосредственно участвовавшими в Великой Северной экспедиции, организовывать их снабжение и продвижение; командовать отрядами, за тысячи километров от своего командора год за годом штурмовавшими северные льды; проложить пути, по которым после него пойдут маршруты новых сибирских первопроходцев; совершить бесчисленное множество открытий, нанести на карты неведомые прежде берега Северного Ледовитого океана, устроить склады и заводы, построить корабли и выполнить, наконец, мечту умирающего Петра Великого – открыть Русскую Америку.

Витусу Берингу потребовалась на это целая жизнь – вся, без остатка отданная служению великой цели.

В Первой Камчатской экспедиции его по созвучию называли на русский лад – Витязь Иванович. По тому, что Витус Беринг сделал для того, чтобы наша страна стала такой, какая она есть – он действительно Витязь.

«Плавания Беринга и Чирикова есть события громадного значения. Эти мореплаватели пересекли Тихий океан и открыли северо-западный берег Америки ценой ужасных потерь и перед лицом неописуемых трудностей. Моряк следит за перипетиями их борьбы со все возрастающим уважением, преклоняясь перед людьми, которые совершили такое великое дело с столь неподходящими для его исполнения средствами», – написал американский капитан Элсворт Бертольф, много плававший в Тихом океане

Юрий Александрович Сенкевич – хорошо известный в советское время тележурналист и путешественник, президент Ассоциации путешественников России и ведущий старейшей телепередачи «Клуб путешественников» – в своей книге «Их позвал горизонт», посвященной знаменитым экспедициям, писал о Беринге: «Мы в долгу перед капитан-командором. За двести пятьдесят лет так и не написана его полная биография. С трудом, по крупицам из разных документов, можно собрать только отдельные факты из его жизни».

Сейчас о Беринге написано очень много. Но всегда применительно к чему-то, – к открытию Русской Америки, к освоению Арктики, к истории Сибири… Можно сказать, что он веками оставался незаметным, находясь у всех на виду.

Эта книга призвана познакомить читателей с Витусом Берингом как с личностью. Конечно, личность формируют и соответствующая ей эпоха, и обстоятельства, и люди, которые ее окружают. Поэтому перед читателем развернется огромное полотно, в которое вплетены судьбы многих исторических личностей, повлиявших на судьбу командора. За время его службы России на российском престоле сменилось пять монархов; известнейшие люди эпохи возносились и отправлялись в ссылку; гремели войны; вырастали с нуля русский военно-морской флот и академическая наука; основывались города, прокладывались сухопутные и водные пути на необъятных просторах Сибири… Так создавалась слава империи.

Капитан-командор Витус Беринг – это не только проливы, острова и города. Это прихотливая нить судьбы человека, пронизавшая целый пласт истории нашей страны и обогатившая весь мир великими открытиями, справедливо сравниваемыми с открытиями Колумба. Но что самое удивительное – все эти открытия совершены человеком, который, как мне кажется, даже не осознавал собственного величия. Беспримерный подвиг был для него обычной работой, которую надо делать на совесть, изо дня в день, из года в год. А если что-то идет не так – принимать несчастья, упреки, обвинения как должное, а затем вставать – и снова идти вперед.

Глава первая
Моряк

Витус Йонассен Беринг родился 12 августа 1681 года^[1] в датском городе Хорсенсе. Будущий великий путешественник и мореплаватель появился на свет в семье служащего таможни (по некоторым источникам – церковного попечителя) Йонаса Свендсена Хальмстадта (1637 – до 1720) и обедневшей аристократки Анны Педерсдаттер Беринг (1652–1713).

Хорсенс – один из древнейших городов Дании. Он расположен на берегу одноименного Хорсенс-фьорда, на восточном побережье Ютландии. Этот полуостров образует историческое ядро Датского королевства со времен его основателя Горма Старого, жившего в X веке. Хорсенс был основан немногим позже – в XI или XII веке – на месте более раннего поселения викингов. Он имел выгодное расположение и удобную гавань, на прилегающих к нему землях разводили скот, в частности лошадей. Отсюда и название Horsens, происходящее от слов hors и næs – «лошадь» и «полуостров». В 1442 году город получил первую торговую хартию и к XVIII веку стал важным коммерческим центром.

Так что Беринг родился в месте, овеянном историей, и происходил от людей довольно известных. Род его матери вел начало от Йенса Мадсена Беринга, жившего в середине XVI века в Виборге (Vibork) – городе на севере Ютландии. Фамилия Беринг образовалась от района Бьерринг – пригорода Виборга.

Один из потомков основателя рода, прадед Витуса, даже был бургомистром Виборга. Его звали Педер Нильсен Беринг (1580–1658). Бургомистр города – значимая фигура, тем более что Виборг – такой же древний (основан в XII веке) и даже в какой-то период основной город Ютландии. Здесь сражались за власть принцы Кнуд и Свен, здесь состоялась битва, по итогам которой занял престол Вальдемар Великий, здесь вспыхивали восстания и короновались датские короли. Однако к моменту, когда прадед Беринга стал бургомистром, Виборг пришел в упадок. В 1567 году пожаром была уничтожена восточная часть города. В 1602 году в Виборг пришла страшная «белая чума», а в 1615-м случился очередной разорительный пожар. Эти несчастья подорвали значение Виборга, хотя по переписи 1672 года он еще оставался третьим по величине городом Ютландии.

По линии матери Витус Беринг был также внучатым племянником Витуса Педерсена Беринга (1617–1675) – королевского историографа, профессора истории академии Сёре (до 1651 года) и профессора поэтики Копенгагенского университета. Как нетрудно догадаться, мальчик был назван в его честь. С дядей-тезкой вышла забавная история: долгое время за портрет великого мореплавателя принимали изображение его дяди. Только в недавние годы после скрупулезных научных исследований эта неточность была устранена.

Первым портретом Беринга, известным еще до революции, считался портрет, который был опубликован в седьмом томе «Истории русской армии и флота»^[2]. Но на этом портрете изображен мужчина в мундире с эполетами и орденами, хотя во времена Беринга эполетов не носили, а ни одного ордена капитан-командор величайшей в русской истории экспедиции так и не удостоился. Так что этот портрет никак не мог быть портретом Беринга и относился к эпохе Павла I. Уже в советское время выяснилось, что в Москве проживает правнучка командора Евдокия Трегубова, у которой сохранился якобы подлинный портрет Беринга. Она передала семейную реликвию в музей, но специалисты, изучив портрет, начали сомневаться в том, кто изображен на нем. Дело в том, что никаких надписей на портрете нет, а одежда не соответствует той, что носили в то время. Портрет изучили датские исследователи, пришедшие к выводу, что на портрете изображен именно дядя и тезка капитан-командора – датский поэт и историк Витус Беринг. Действительно, дородный человек с мягкими чертами мало походит на моряка, более двадцати лет отслужившего во флоте, а потом трижды совершившего путешествие через всю Россию. Однако этот образ много лет ассоциировался с Берингом повсеместно – от школьных учебников до советского фильма «Баллада о Беринге и его друзьях» (1970).

Окончательно коллизия разрешилась только в 1991 году, когда совместная датско-российская археологическая экспедиция нашла место захоронения командора и идентифицировала останки похороненных там. В результате реконструкции образ капитан-командора был воссоздан, и им оказался вовсе не человек с известного портрета. Ростом около 170 сантиметров, худощавый, с четко очерченными чертами лица – этот образ куда больше соответствует биографии командора. Так история с двумя Витусами Берингами пришла к своему завершению.

Отметим, что Беринг носил фамилию матери, что довольно необычно для европейца той эпохи. Это явно указывает на то, что ее род был гораздо более именитым и знатным. При этом его отец, скорее всего, был достаточно богат, чтобы вторым браком жениться на аристократке, пусть и обедневшей. Так что некоторые указания на бедность в семье Беринга, на мой взгляд, не соответствуют этим обстоятельствам. Скорее этот брак был близок к мезальянсу со стороны матери, что отчасти объяснет отсутствие связей между командором и большинством его родных. Среди немногих исключений была его тетушка, сестра матери Маргрете Беринг, которой адресовано несколько сохранившихся писем командора. Она, кстати, дважды была замужем за последовательно сменившими друг друга бургомистрами Хорсенса – Йоргеном Блюместером, умершим в 1697 г., и Мортеном Кортсеном, умершим в 1727 г.

У Витуса Беринга были сводные братья от первого брака отца – Йонас Йонасен и Йорген Кристофер Йонассен, а также сестра Анна Катрина. Был еще старший сводный брат, Свен, но о нем в семье предпочитали не вспоминать – совсем молодым он наделал такие большие долги, что вынужден был бежать в Индию, где в то время существовали датские колонии.

С самых ранних лет Витуса обучали грамоте и правописанию, Он посещал школу рядом с домом, которая находилась на той же улице. Это означает, что мальчик получил начальные знания, достаточные для построения самостоятельной карьеры. Семья его была весьма образованной: двое сводных братьев Витуса учились в Копенгагенском университете. Однако юный Витус выбрал совершенно другой путь.

В это время в Дании и Норвегии – их часто называли «королевства-близнецы» – правил король Кристиан V (1646–1699) из династии Ольденбургов. Несмотря на то что король был народным любимцем, результаты его политики еще до рождения Беринга привели к экономическому упадку. Война со Швецией, набиравшей силу, серьезно истощила страну. Мир, заключенный в 1679 году под давлением Франции, фактически «обнулил» результаты былых военных побед. Голландия, бывшая союзником Дании в этой войне, не имела сил противостоять шведско-французскому союзу, поскольку сама была истощена войнами с Англией и Францией.

В Европе того времени все воевали со всеми и выбор военной карьеры был куда более логичен, чем попытки заняться торговлей или ремеслом. Это был век Тридцатилетней войны, атак турок-османов на Европу, войн Англии с Голландией и, наконец, Девятилетней войны Франции с «Великим альянсом» Австрии, Испании, Швеции и других стран. Границы Европы менялись в результате боевых действий и заключенных соглашений; религиозные разногласия между католиками и протестантами оставались острыми; военные и политические союзы создавались и распадались.

«Большая Российская энциклопедия» сообщает, что Витус Беринг с 14 лет служил юнгой в датском флоте и дважды ходил в Индийский океан. Однако тут источники начинают серьезно расходиться. Как пишут многие его биографы, в 1695 году Беринг записался в морской флот в Нидерландах, которые были тогда союзником Дании. Впоследствии он якобы окончил кадетский корпус в Амстердаме в 1703 году и в том же или следующем году поступил на российскую службу в чине унтер-лейтенанта^[3].

Более достоверными представляются сведения о том, что Беринг совершил плавание в Индию не во время, а вместо учебы. Учитывая, что туда отправился (или был сослан) его брат Свен, выбор направления становится понятен. По утверждению советского историка А. И. Алексеева, доктора исторических и кандидата географических наук, Витус Беринг, как и его товарищ Петер Сиверс^[4] – будущий адмирал Русского флота, плавал до 1703 года в Ост-Индию на голландском корабле. По словам датского историка К. Нильса, Беринг поступил на русскую службу в 1703 году после окончания офицерской школы в Амстердаме, когда его и Сиверса адмирал Корнелий Крюйс пригласил служить в России.

Насчет учебы Беринга в кадетском корпусе существуют серьезные сомнения. Так, в 1993 году известный полярный путешественник Д. И. Шпаро обратился с просьбой к послу Канады в Нидерландах Майклу Беллу с просьбой прислать фотографию здания Морской школы в Амстердаме начала XVIII века, если оно сохранилось. Ответ оказался неожиданным: подобного учреждения в Амстердаме в тот период просто не было. Так что, возможно, сведения об учебе Беринга в этом городе были сочинены им самим для более успешного продвижения его по службе или уже после его смерти.