Глава 2

Утро, как говорилось, было солнечным и ясным. Феаросс согревал землю тёплым светом.

Террас, второе солнце, настойчиво заглядывало в окно спальни. Белокурая девушка, мирно спавшая до сего момента, чихнула от солнечного зайчика, севшего на нос, и проснулась. Она провела рукой рядом с собой, простыни ещё хранили тепло.

– Солнце моё тёмное, ты чего так рано встал? – прошелестела простыня и девичьи руки обхватили такого же светловолосого мужчину, сидевшего за столом.

– Прости, Рейн, я разбудил тебя, – Мер притянул к себе девушку, усаживая на колени.

– Ничего страшного, пора было вставать, – легко потянулась к нему, чуть приоткрыв губы. – К тому, не Террас, так голод бы разбудил.

Простыня чуть сползла, словно бы случайно, обнажая грудь.

– Рейн, ты продолжаешь играть в эту опасную игру? – мужская ладонь легла на её плечо, едва сжимая.

– Прости меня, мой Господин, – Рейн опустила ресницы, склоняя голову. – Если это не дозволено, то я не буду.

– Дозволено, но когда я того захочу, – его ладонь скользнула ниже в распахнутую простыню, накрывая живот, опускаясь ниже, заставляя девушку сжать ноги. – Вот видишь… Ты хочешь играть в эту игру. Хочешь, но боишься. А предупреждал, что обратно дороги не будет.

Рейн вздрогнула, закусила губу.

– Или ты думала, что будет всё, как тебе рассказывали подруги. Я увижу красивую девушку, брошу всё к её ногам и стану ходить на задних лапках, лишь бы она обратила на меня внимание. А ты думала, иначе бы не пришла сюда одна, никому не сказав.

Рейн попыталась запахнуть простыню и слезть с коленей.

– И куда ты собралась? – Мер с ехидством в голосе задал вопрос, удерживая все на своих местах.

– Отдать распоряжения насчёт завтрака.

– Знаешь, он подождёт, а вот мой голод нет…

Он рывком поднялся на ноги, подхватив слабо протестующую девушку на руки, и направился в сторону спальни. А в это время на столе появился лист пергамента, на котором было начертано: «Началось».

Молодой мужчина сидел в кресле и задумчиво смотрел то на лист, то на пейзаж за окном. Феаросс и Террас стояли в зените, заливая окрестности раскалённым золотом, заставляя прятаться в тени тех, кто поумнее, что было безусловное большинство, а тех имел глупость или необходимость оказаться под палящими лучами, быстро искали убежище, либо носили специальные артефакты.

Так что фигура на ездовом ящере, направляющая к воротам, сразу привлекала внимание. Мужчина встал и подошёл к окну. Ему абсолютно не нравилась всё происходящее.

Примерно шесть декад назад. Шёл проливной дождь, когда поздно вечером его дозорные заметили фигурку, бредущую по колено в грязи со стороны Маарского леса. И ведь целенаправленно шла. Пешком.

Мер мрачно смотрел, ничего хорошего с той стороны быть не могло. А тут юная девчонка, считай одна ночью под дождём через эти места. Она лепетала что-то несуразное про нападение и прочее. Он был кем угодно, только не идиотом.

Ближе к ночи, девчонка стояла посреди полутёмной залы, одетая в лёгкую сорочку. Мер неслышно вошёл и остановился позади. В воздухе было разлито напряжение, страх. Всё явно шло не по её плану, иначе зачем под плащом было то, что весьма условно можно назвать платьем.

В его руках сверкнул кинжал, отливавший холодным голубым светом. Едва слышное слово и гостья стояла не в силах пошевелиться.

– Что же за птичка попала ко мне в силки? Причём добровольно?

Холодная сталь коснулась кожи в районе шеи, и клинок скользнул вниз, вспарывая тонкую сорочку и обнажая спину. Зала освещалась трепещущим пламенем светильников, но даже в их свете было видно, как кожа покрылась мурашками.

Она испуганно смотрела перед собой, прекрасно понимая, что избежать этого не получится. В голове непослушная фантазия начала рисовать все те ужасы, которые он мог с ней сотворить.

Сдёрнув распоротую сорочку вниз, мужчина встал перед ней. Тонкая одежда, ставшая просто куском ткани, сползла с плеч и теперь держалась лишь подмышками. Только инстинктивно прижатые руки не давали упасть одежде окончательно и открыть взору тяжёлые, полновесные груди. Оставшись без нее, девушка начала осознавать, что это всё по-настоящему. Что это не сон.

– Но…

– Но, я сейчас паду на колени и начну молить тебя? Как же вы легко верите в сказки, особенно те, что пишут по моему заказу.

– Но…

– Ты пришла, значит…

Лёгкое прикосновение к руке, тихий шёпот:

– Мер, – Рейн смотрела на него снизу-вверх. – Там гонец и он хочет очень с тобой встретиться. Найдёшь ему время?

Белокурая красавица выражала всем своим видом раскаяние и только озорные искры выдавали её с головой. Мужчина усмехнулся и притянул девушку к себе: она быстро учится правилам его игры.

– Скажи, я скоро буду.

Глава 3

– Травница, сколько можно собираться? – Расс проявлял нетерпение. Он надеялся выехать уже с рассветом. Но Боги над ним лишь посмеялись. Аэ и не собиралась делать, так хотел этот неотёсанный болван и его компания. Ну, по крайней мере, так быстро, как они желали.

Она неспешно собрала высохшие травы, после начала собирать сумку. Кот только крутился под ногами и помогал как мог. Вот откуда эта несносная скотина нашла наливку, травница никак не могла дать ответ. Но когда тот уселся на крыльцо, опустошая её запасы, девушка только выдохнула.

Самая главная загвоздка заключалась в том, что она не могла отказаться и не идти. Но вот про что она могла потянуть время, об этом никто не упоминал.

Напевая какой-то мотивчик под нос, Аэ следила, как заканчивается терпение у светлых. Должна же она была хоть как-то компенсировать те страдания, которые они уже ей причинили.

Травница сидела в седле перед Рассом, в очередной раз задавая вопрос:

– Может я пойду пешком?

– Нет, тогда мы потратим в несколько раз больше на дорогу. Сиди, не дёргайся, а то ненароком свалишься под ноги, – мужчина крепче прижал девушку к себе.

– Лиасса, вот где я провинилась перед тобой?

Но, как водится, ответа не было. Не захотела Лиасса ответить, видимо, не до того было.

– Расс, – Аэ попробовала зайти с другой стороны. – Ты ведь знаешь, что сейчас будет наплыв таких же, как и вы искателей. Около недели дорога будет относительно безопасна. И ты знаешь, что никто так и не вернулся обратно. С чего ты вообще взял, что артефакт в Башне существует?

– Так, никто не доказал обратное, – Зар, который ехал рядом, вклинился в их разговор. – Аэ, мы вступили на путь, обратно хода нет. Только дойти и вернуться.

– Боги, я всегда знала, что Светлых при рождении роняют головой о пол, но тут совсем…

– Точно так же, как и Тёмных, – Расс не остался в долгу. – Только вот у нас есть цель, а у вас нет.

– Цель у вас героически сдохнуть во имя мифических ценностей, да? – травница обречённо пыталась достучаться до их сознания.

– Нет, сдохнуть в эти планы не входит.

– Мыу хотиум жить долгоу, – показался на лесной тропинке кот. – И желаутельно богауто.

– Да, особенно такой блохастый меш… – она осеклась, глядя глаза в глаза с котом.

– Красаувица, что-то сказаула? – очень ласково промурчал кот.

– Мы и так потеряли полдня, – голосом Расса можно было замораживать лужи. – Продолжите обмен любезностями по дороге.

Аэ демонстративно не стала продолжать разговор. Она смотрела прямо на дорогу, даже весёлое убранство Маарского леса не радовало. Специально искала глушь подальше от Светлых земель, но нет же. Этот везде достанет, в любом уголке. Вот только зачем? Там он её не замечал, а теперь что? Судя по тому, что она ощущала на его плече, женился, вероятно, даже успешно. Но вот то, как он её обнимал и прижимал к себе. Эти объятия были далеки оттого, что проповедовали целомудренные светлые жрецы.

И они дарили спокойствие и чувство защиты, что девушка незаметно для себя задремала, хотя давала слово не доверять ему настолько.

* * *

Мер сидел за столом, изучая бумаги, которые привёз гонец. Осень, что же всем, как сиарским мёдом намазано и надо в эту треклятую Башню. Стояла она себе сотни лет и ещё столько бы простояла. Но нет же. Какой недоумок из Светлых земель растрезвонил, что там есть артефакт, который исполняет желания?

Всё бы ничего, ходили эти полоумные, но ведь они ходили через его земли, отбирая провиант у его людей. Да возмутиться нельзя было. Тёмные они, так должны всем, в том числе за право жить в этом мире.

В дверь тихонько поскреблись. Внутрь проскользнула Рейн с подносом в руках.

– Всё так плохо? – она бесшумно накрывала на стол.

– Я бы не сказал, но чудесного мало, – Мер притянул проходившую мимо девушку, сажая на колени.

– Совсем ничего нельзя сделать?

– Я пока не увидел решения этой проблемы. Но я думаю, – он задумчиво перебирал ее волосы, пропуская сквозь пальцы.

– У меня тут мелькнула одна идея, – Рейн развернулась так, чтобы видеть его лицо. – А почему бы не отправиться к Башне, нас с тобой. Подожди. Искатель приключений со своей подругой едут за артефактом. Его, скорее всего, и нет, но, а если, да? Загадаешь желание, чтобы они отстали от твоих земель.

– Может это и есть решение, – он по-новому посмотрел на девушку. – А может и нет. Но стоит проверить. Отдай распоряжения приготовить нам коней и всё, что надо.

– Сейчас всё сделаю, – она легко поднялась с его колен и направилась к выходу.

Глава 4

Маарский лес только на опушке был безопасный и, если можно так сказать, приветливый к живым существам. Но чем дальше въезжали в него, тем больше он показывал свой истинный облик.

В мире все вещи не таковы, какими покажутся. Маарский лес ужаса, иллюзии, магии столь жестокой, какой может стать только магия, порождаемая потерявшимся в пустоте разумом, пережившим чёрный день.

Кот идёт по нему с осторожной уверенностью существа, уже много лет говорящего с чудовищами. Между стволами призрачных деревьев клубится зеленоватый туман, сквозь марево которого проступают жуткие образы. Он старается на них не смотреть, но взгляд поневоле цепляется за отдельные сцены. Вот голубая роза отращивает дополнительные шипы, превращается в хищный венчик изумрудной мухоловки, из которого вылезает сизая птичья лапа с чешуёй и когтями, слепо шарит по вьющейся между деревьев тропинки в поисках желанной добычи.

Картинка меняется. Теперь ближайшее к Коту дерево крепко сжимает в объятиях полностью обнажённое тело девушки, и тонкие ветки алчно проникают в её уши, нос, рот… в тишине леса кошмаров отчётливо слышен хруст ломаемых костей. От этого звука Кот слегка вздрагивает и замедляет шаг. Умирающая в сгустках чудовищного тумана несчастная корчится в судорогах, но её агония совершенно беззвучна. Через пару мгновений конвульсии затихают, а веточки дерева выбираются прочь из черепа. Он морщится и идёт дальше.

Не все опасности этого леса воображаемы: теперь тропа пересекает болото, где под ногами вместо воды кровь, её вид и запах ощущаются очень реальными. Кажется, здесь недавно кого-то убили, и Кот опять замедляет шаг. Ближайшая к нему кочка вдруг поднимается над водой, открывая широкую пасть, полную острых зубов, расположенных в три ряда. Но, секунду помедлив, рот твари захлопывается и вновь погружается в разлитую кровь, отчего по поверхности жижи идут розовые пузыри.

Кот улыбается, лишь слегка приподняв уголки рта: этот лес временами до жути реален, и в эти моменты погибнуть в нём можно по-настоящему. Но он умеет быть наваждением внутри наваждения, и до поры лес не видит в нём жертву.

Над этим зелёным кошмаром поднимается ввысь столь же безумное небо, на котором покрытое плесенью, как прошлогодний сыр, солнце уступает место багрово-алой луне.

Улыбка его немедленно исчезает, волосы становятся дыбом, когда белый кролик, пробегающий мимо по мягкому мху, в какой-то момент словно взрывается изнутри. Его брюхо с чавканьем лопается, и из него, словно из кокона, выбирается хищное насекомое. Свежевылупившийся мухопаук тут же вонзает хищные жвала в ещё содрогающуюся в муках плоть под окровавленным белым мехом, но криков доедаемой заживо жертвы снова неслышно, похоже, они здесь не в чести. Смерть, страданье без звука и трансформация. Раз за разом, и каждый раз неудачно, рождая монстра за монстром, чудовище за чудовищем.

Он берёт себя в лапы, доходит до круглой поляны и присаживается на уродливый, весь в мерзких оранжевых наростах ствол упавшего дерева. Из-под него немедленно выбегает стайка почти бесцветных многоножек длиной c палец. Упавшее дерево открывает ранее спрятанные среди наростов глаза, и длинный, буро-зелёный язык быстрым движением отправляет всю стайку в древесную пасть.

Ему слышно, как хрустнули панцири, и он едва слышно вздыхает. Пытки, смерть…

– Сколько ещё будет их? Сколько их, брат? На которой из жертв тебе станет довольно страданий?

Но тот, к кому обращён этот крик, его не услышит или не захочет услышать.

Вот он вышел на тропинку, дождался своих спутников. Осталось понять, пройдут они через лес или нет.

Глава 5

Какое-то время погода радовала Мера и его спутницу тёплом. Потихоньку сгущались сумерки. Они остановились перекусить, да и надо было дать отдых коням. Чудесная полянка, окружённая звездчаткой и каплями золотых аресов. Чуть дальше были заросли фирсов, где кусты склонялись до земли под тяжестью ягод. Кони стреноженные паслись там же в зарослях.

Мер быстро разжёг костёр, оставляя Рейн готовить еду. Сам же он пошёл в лес.

Тот расступился перед ним, отводя ветки и убирая паутину. Мужчина направлялся к одному приметному дереву, чтобы проверить всё ли осталось на месте с той поры, как были заложены охранные артефакты. Вокруг старого дуба, такого огромного, что его обхватить могли несколько мужчин, стояла непримятая трава да заросли остролистого кустарника. Мер мрачно хмыкнул, когда обнаружил, что один из сигнальных маячков сдвинут в сторону. Был бы это зверь, сработала тревога. Сейчас же его просто переставили, открывая проход к дереву.

– Светлые, чтобы они провалились в Бездну, – прошипел он, когда заглянул в тайник и не обнаружил так своих артефактов. Так вот, стало быть, как нашли дорогу к Башне. Какая сволочь рассказала об этом. Но теперь поздно было сокрушаться. Надо исправлять, вернее, закрывать снова путь.

Тёмный порылся в сумке в поисках нового артефакта. Пара перьев, камень, обрывок ленты, со стороны может показаться мусором, который натаскала какая-то птица. Вещи легли в строго обозначенном порядке.

Asu jasnue vidjat zori krasnue,

Vanu arii zemlju rodnuju beregut,

Goluboglazue rusy idut skvos’ buri nenastja,

Sunu l’va pokoj mira steregut¹.

Сборный артефакт засветился ровным зелёным светом, показывая работоспособность. Осталось проверить ещё несколько мест и, похоже, зарядить всё по новой.

Каша уже была почти готова, когда Мер вернулся к костру.