***

Лежа на своей постели, Кэти вновь ощутила тот самый сладостный жар, который охватил её в храме. Это было похоже на волшебство, которое окутывало её с головой, погружая в море страсти и желания. В комнате стало невыносимо душно, и, выбравшись из-под одеяла, она нежно коснулась своей талии, пытаясь успокоить бушующие внутри неё эмоции, но любое прикосновение наоборот усиливало желание. Она чувствовала, что что-то приближается, или, скорее, кто-то. Шаги, доносящиеся из-за двери, заставили её замереть. Кэти знала, что это Он и с нетерпением ждала, когда он войдёт, чтобы вновь увидеть его глаза и губы, которые так манили её. Нежный стон вырвался из её уст, когда её рука сама собой начала блуждать по её телу, а тело изнывало от неутолимого желания.

Приподнявшись на постели, она томно взглянула на дверь, которая в этот момент открылась, и на пороге появился высокий мужчина. Его белая рубаха была расстегнута, открывая её взору сильную грудь, и Кэти почувствовала, как внутри неё закипает страсть. Он смотрел на неё с таким жгучим желанием, что она не удержалась и прикусила губу от нетерпения. Он уверенно вошёл в комнату, не отрывая взгляда от её глаз, и в этот момент она поняла, что не может больше ждать. Протянув к нему ладонь, она наблюдала, как он ловко поднялся на её постель, а звук скрипа его кожаных сапог был настолько отчетливым, что казалось, будто он заполнил собой всё пространство вокруг.

Он сделал несколько шагов, и встал над ней так, что её бедра оказались между его ног, когда он смотрел на неё сверху. Затем он неторопливо сел сверху подгибая ноги, Кэти ощутила его вес на своём теле, он буквально вдавил ее в мягкую перину. Жадно ухватившись ладонями за его крепкие ноги, она впилась в них ногтями, словно пытаясь удержать его рядом. Он неторопливо снял с себя рубашку, открывая ее взору свое горячее тело и в этот момент она почувствовала, как его горячая ладонь коснулась ее ладони и он крепко прижал её к своему сердцу. Кэти ощутила жар, исходивший от него, и её ладонь стала горячей, наполняя ее еще большей страстью. Она застонала, продолжая испытывать желание, извиваясь под ним, как будто пыталась слиться с его теплом.

– Ты нужна ему, – произнес он низким, хриплым голосом, который заставил её приоткрыть глаза. Она, изнемогая от жажды его поцелуя и от пламени, обжигающего её ладонь, спросила:

– Кто ты?

Но он не ответил. Кэти с заворожённым взглядом наблюдала, как его грудь накаляется, вены напрягаются, и словно ручейки лавы начинают заполнять их огненным свечением на руках, шее и уходят ниже. Она хотела убрать ладонь, но он крепко держал её, не позволяя ей даже пошевелиться.

– Что ты делаешь?!

– Назови мое имя! – прорычал он, и его грудь начала светиться огнем, ослепляя ее. – Призови меня!

Огонь начал испепелять ее ладонь. Все вокруг погрузилось в пекло, и Кэтрин в ужасе закричала сгорая в огне.

С громким криком, который вырвался из ее груди, Кэти резко проснулась, вскакивая на постели. Пот ручейками струился по ее лицу, оставляя влажные следы на коже. Ее ночная сорочка прилипла к телу, и, осознав, что это был всего лишь кошмар, она почувствовала облегчение. Однако, дотронувшись до своего лба, она заметила, что температура ее тела была повышенной. В этот момент за окном раздался странный скрип, и, испугавшись, она быстро обернулась.

Не раздумывая, Кэти вскочила с постели и, подбежав к окну, дрожащими руками потянулась к щеколде. Она распахнула окно, впуская в комнату свежий и прохладный воздух.

Кто этот таинственный человек? Что означали его слова и тот огонь, который сжигал его и ее изнутри? Почему именно она оказалась в этом пламени, словно в ловушке?

Она понимала, что это состояние ненормально, что все эти чувства – не ее настоящие переживания. Это было что-то навязчивое, что-то, что овладело ее разумом и заставляло испытывать странное сладостное возбуждение. В оставшиеся часы до рассвета она пыталась уснуть, но мысли не давали ей покоя. Она ворочалась на постели, мучаясь от своих размышлений и пытаясь найти хоть какие-то ответы. Под утро, измученная, она, наконец, смогла закрыть глаза и погрузиться в сон.

Глава 2

Даниэль вышел из своей комнаты, торопливо застегивая пуговицы жилета. Его путь лежал к комнате сестры, и когда он достиг двери, он остановился, прислушиваясь к звукам изнутри. Там царила тишина, и, немного выждав, он все же постучал. На его стук ответа не последовало.

– Кэти, ты все еще в постели? – произнес он с надеждой, что сестра откликнется. – Могу я зайти? – вновь спросил он, но в ответ только молчание. Даниэль задумался: неужели она снова спит так крепко? – Кэти! – позвал он чуть громче и, почувствовав, что не может ждать больше, нажал на ручку двери.

Когда он вошел в комнату, его взору предстала картина, от которой сердце Даниэля наполнилось теплом. Кэти спала, как дитя в мире сладких снов, ее лицо было мирным и спокойным. Длинные, пушистые ресницы слегка дрожали в такт ее дыханию, а волнистые волосы, распущенные по подушке, создавали вокруг нее причудливый ореол. Одеяло она зажала между ее ног, а руками обнимала подушку. Девушка спала так сладко и крепко, что Даниэлю стало жаль ее будить. Но слушать потом ее возмущения он совсем не планировал. Тем более сегодня Кэти была нужна. Ее обаяние и дружелюбие иногда помогали ему наладить контакты с нужными людьми. Отец Адриан назначил встречу, и явиться на нее один он не сможет. Придется будить… Даниэль присел на край кровати и, осторожно дотронувшись до ее ладони, произнес:

– Кэтрин.

На его слова девушка отреагировала недовольным стоном и, не открывая глаз, уткнулась лицом в подушку.

– Что уже пора? – пробубнила она, явно не желая покидать постель.

– Уже девять, – ответил Даниэль, взглянув на часы с кукушкой. – У нас много дел.

– Встаю, – произнесла Кэти, но мысленно понимая, что вставать ей совсем не хочется. Даниэль покинул комнату, оставив сестру наедине с ее сновидениями. Кэти же, хоть и собиралась встать, на мгновение задумалась: «Еще минуточку полежу», – но быстро опомнилась, вспомнив, что подобные уловки обычно заканчиваются плохо.

Когда Кэти открыла глаза, первое, что она сделала, – это потянулась, пытаясь избавиться от скованности тела. Внезапно в ее памяти всплыл образ ночного кошмара, и на ее лице появилась тень недовольства. Она отчетливо слышала хриплый голос: «ты нужна ему». Эта фраза продолжала звучать в ее сознании, но Кэти, полная решимости, прогнала эти мрачные мысли прочь.

Подойдя к туалетному столику, она сняла свою ночную рубаху и, взглянув на себя в зеркало, начала внимательно осматривать свое отражение. Перед ней предстал образ стройной молодой девушки с аккуратной грудью и округлыми бедрами и нежной, словно бархат, кожей. Кэти была привлекательной девушкой и часто становилась объектом внимания мужчин, которые не могли не заметить ее красоту. Однако ни один из них не вызывал у нее интереса.

Она могла легко и непринужденно улыбаться, когда это было необходимо, могла даже прогуляться по парку с настойчивым кавалером, но вскоре чувствовала себя неуютно и сбегала, прячась за спиной своего старшего брата. Даниэль всегда был готов прийти на помощь и объяснить ее поклонникам, что они совершенно не подходят его сестре. И каждый раз он делал это по просьбе самой Кэтрин, которая буквально умоляла его освободить ее от их навязчивости.

Даниэль уже доедал свой завтрак, когда Кэти, наконец спустилась вниз. Она была одета в скромное, но элегантное платье, а на голове у нее красовалась небольшая шляпка, придающая ей особый шарм. В руке она держала маленький веер, который она непрестанно теребила пальцами.

– Твой завтрак остыл, – произнес он монотонным голосом, не отрываясь от своей тарелки.

– Я все равно не хочу есть, – ответила Кэти. – Ты готов?

– Давно готов, – с легкой усмешкой произнес он, поднимаясь из-за стола. Когда Кэти вышла из комнаты, Даниэль, не теряя времени, взял тканевую салфетку, аккуратно положил в нее булочку с корицей и, завернув, положил в карман своего сюртука.

Солнце вновь взошло на небосвод, и погода радовала своим теплом и ясностью. Прохожие, наслаждаясь солнечными ваннами, медленно прогуливались по улочкам, обмениваясь приветствиями и тихими беседами. Кэти, с улыбкой наблюдала за происходящим через окно кареты, наполняясь энергией от этого прекрасного дня.

Вскоре они подъехали к храму и Даниэль, сдержанно отдав кучеру несколько монет, протянув руку Кэти, чтобы помочь ей покинуть экипаж. Она, подставив лицо под солнечные лучи, с блаженством произнесла:

– Как же хорошо на улице!

– Да, действительно, погода просто великолепная.

Когда они вошли в храм, Адриан встретил их не с той радостью, которую ожидала видеть Кэти. Ей даже показалось, что он не узнал её с первого взгляда. Однако, когда она поздоровалась и представилась, он, наконец, вспомнил:

– Ах да, вы, кажется, интересовались Люси, – произнес он. – Как ваше самочувствие?

– Все в порядке, благодарю. А это мой брат Даниэль, – с гордостью представила она брата, переводя тему. Даниэль, уверенно протянув руку, получил дружеское рукопожатие от отца Адриана, который, несмотря на свою сдержанность, улыбнулся в ответ.

– Идемте прогуляемся, – предложил Адриан, указывая на выход из храма. Они вышли на солнечную тропинку, которая вела в парк, и, пока они шли, Адриан первым нарушил тишину:

– Вы расследуете пропажи девушек? Интересно, как долго вы уже занимаетесь подобными поисками?

– Официально я занимаюсь этим уже год, – без тени смущения ответил Даниэль.

– Так вы еще новичок в этом деле, – с легкой улыбкой заметил Адриан, но тут же добавил: – О, прошу прощения, я не хотел вас обидеть.

– Все в порядке, – совершенно спокойно ответил Даниэль. – Мы хотели бы узнать у вас, не замечали ли вы чего-то странного, связанного со всеми этими барышнями?

Отец Адриан мельком бросил взгляд на Даниэля, задумчиво поджав губы и слегка пожал плечами. Выражение его лица было задумчивым, а движения были немного рассеянны.

– О чем именно вы хотите узнать? – спросил он.

Даниэль остановился, пристально глядя на священника, рассмотрев в нем беспокойство.

– Возможно, они приходили к вам на молебны в компании кого-то? Или делились с вами тайнами, которые хотели бы оставить в секрете?

– Я не имею права раскрывать секреты исповеди, – твердо сказал отец Адриан. – Ведь вы осознаете, что это идет вразрез с моими долгом.